А Сергея Андрей Васильевич понимал отлично, учитывая, что родителей у него шесть человек, и что у них там постоянный выводок мелких детишек и вообще в целом проходной двор.

Его внуки тоже звали жить с ним, и Андрей, благосклонно покивав, согласился, чтобы одна комната и кабинет считались как бы его собственными. Но реально ночевал там редко. Его основной базой стала либо все та же старая квартирка в Салокке, от которой он так и не избавился, исправно оплачивая коммуналку все эти годы, либо дом Аполлона Квашни на побережье. Тот, как и Андрей, так и не смог жениться второй раз после смерти супруги, и хотя заводил время от времени романы, ни с кем не съехался, так что обитал в основном один. Андрей довольно часто у него гостил. Видимо, не так часто, как нужно, раз проворонил эту ситуацию с бутылками…

Что же касается его собственных романов, то уже лет двадцать он предпочитал короткие связи, когда и он, и подруга остаются на собственных территориях. Очень тяжело вписаться в чужие привычки в его возрасте, когда так долго живешь один! И еще сложнее ждать того же от женщины — своей ровесницы, которая также успела привыкнуть к одиночеству и независимости. А с более молодыми Андрей Васильевич связей не заводил — это и вовсе люди другой эры.

Что ж, кажется, пришло время изменить этой привычке.

Его очень интересовала Тильда Коннах, «мать»… ладно, просто мать, без кавычек, нового тела его сына. А она не просто юная девушка — ей только-только стукнуло сорок! — но и представительница совсем другого культурного бэкграунда и экономической формации. Поскольку Андрей Васильевич сам летал на ее планету и посмотрел своими глазами на то, как обстоят дела в этом средневековом мире, лишенном не только технологий, но даже и магии, он представлял ширину пропасти между ними.

Как рассказал ему Аркадий, Тильда однажды дала яд пятнадцатилетнему подростку, чей отец был обвинен в измене и которому потому тоже предстояло быть казненным, но это волновало Андрея Васильевича не так сильно. Он, в конце концов, и сам был хорош. И даже его покойной жене, его любимой солнечной Майе, доводилось убивать. А вот тот факт, что Тильда за свою жизнь прочла не больше сотни книг, уже несколько фраппировал.

Но Андрей Васильевич предпочитал не пасовать перед неизбежным. Решение принято — его нужно исполнять.

Его автомобиль въехал на паркинг на территории Весёловского дома. Малышня, как всегда, побросала скутеры у входа в гараж — не заехать. Андрей Васильевич не стал возмущаться, только ухмыльнулся. Он все равно не собирался ночевать здесь, да и вообще планировал скоро выехать — нет нужды прятать машину в гараж. Вышел из машины, поднялся на основное крыльцо — еще то, старенькое, которое Лешка-сын оформлял собственноручно, прикручивал сюда кованый фонарь и козырек. Андрей Василевич тогда мысленно посмеивался над сыном: мол, не иначе как фамильное поместье строит, на века — это в нашей-то жизни, где ничего нельзя загадывать надолго! А получилось, действительно, на века… Ну, почти. Век еще не прошел, конечно, однако фамильное поместье — вот оно.

В коридоре слышался галдеж — дети занимались в классной комнате с приглашенным учителем. И, видимо, в основном приезжие дети, потому что Андрей Васильевич слышал речь репетитора: очень правильную, медленную.

— Да, верно. Орден — то государство, где мы с вами живем. У Ордена много территорий на двух континентах. Каждая территория граничит с территориями других государств. Мы сейчас находимся на Основных землях Ордена, наш материк называется Ойкос, а провинция — Лимани. На юге находится Арагосское море, по территориальным водам мы граничим с…

Андрей Васильевич прошел в малую гостиную, некогда основную гостиную дома. Теперь «основной» стала гостиная в новом, большом крыле. А эта использовалась больше как неформальная рабочая комната для Хлои и ее старшей дочки. И вот теперь, видимо, для Тильды.

Андрей Васильевич остановился на пороге, разглядывая женщину, на которой собирался жениться, если не обнаружит в ней при близком знакомстве неких неприемлемых недостатков, которые ускользнули от внимания его сына. Она сидела у окна с планшетом и что-то слушала в наушниках, шевеля губами. Скорее всего, учила язык. Густые рыжие кудри были подхвачены на голове простым тканевым ободком или лентой, она была одета по-домашнему — в длинную тунику и бриджи. Весьма аппетитная женщина, несколько стройнее, чем Афина Ураганова-старшая, дочка Аполлона, но вполне себе булочка — тяжелые бедра, пышная грудь. В молодости Андрею очень такие нравились. Все его сослуживцы еще смеялись, что в итоге он женился на тоненькой легконогой Майе. Ну, он ее не за внешность полюбил, надо сказать. А за стальной характер и общий авантюризм. И вообще по-настоящему любовь пришла к ним в браке, так-то они решали связать друг с другом жизнь по совершенно житейским мотивам: ему нужно было жениться до окончания военной Академии, а Майе подходил возраст — она была чуть старше Андрея: по тогдашним понятиям и в той социальной среде считалась уже чуть ли не старой девой.

Маловероятно, что между ним и Тильдой Коннах со временем возникнет нечто похожее. Но, во всяком случае, Андрей Васильевич был твердо намерен постараться.

Что касается лица, то оно тоже выглядело очень приятным: пухлые губы, правильные черты. Глаза карие. Почти совсем не похожа на нынешнего Аркадия, то есть Лиса Коннаха… в смысле, он почти не похож на нее. Как рассказывал ему сам Лис, лицом он, согласно всем свидетелем, удался в деда по отцу. А вот рыжая шевелюра почти материнская, только Тильда еще и кудрявая, а у Лиса волосы прямые.

— Добрый день, Тильда, — позвал Андрей.

Женщина охнула, отложила планшет.

— Андрей… Васильевич?

— Я вам говорил, можно просто Андрей, — напомнил он.

Женщина чуть-чуть покачала головой. Проговорила с акцентом и медленно, но очень правильно:

— Я заметила: все люди, кто вас сильно моложе, зовут «Андрей Васильевич».

— Почти все сильно моложе меня. В этом доме только один человек старше годами. Так что вы можете звать просто Андреем.

— Хорошо, — с сомнением проговорила Тильда. — Вы ищете Хлою? Или Варду?

— Нет, я приехал к вам, — улыбнулся ей Андрей. — Хочу пригласить вас на свидание.

— Свидание? — удивилась Тильда.

— Вам знакомо это слово? — она помотала головой. — Свидание — это когда двое людей отправляются вместе провести время и пообщаться, чтобы лучше узнать друг друга. Я знаю от Хлои, что сегодня вечером они с Вардой и Алёной… в смысле, Сорой, берут всех детей на Остров Бореатов. Это парк развлечений. А вы от поездки отказались. Но вам тоже нужен отдых и развлечения. Вы очень напряженно учитесь последнее время. Со мной же не откажетесь посмотреть интересные места и отдохнуть? — он улыбнулся ей максимально ласково, как только мог.

Но Тильда неожиданно напряглась еще сильнее. Андрей подумал, что она сейчас начнет искать вежливый предлог отказаться, но ошибся.

— Конечно, — сказала женщина из средневекового мира. — Только предупрежу Хлою и детей. Как я должна одеться?

Андрей усмехнулся.

— Вот очень хорошо, что вы об этом заговорили! С одежды и начнем.

2.2. Тильда Коннах и пути цивилизаций

Тильда уже несколько раз выбиралась в центр большого города Лиманион в автомобиле. Ей странно и непривычно было в этом мире почти все, но если говорить о городе, то он представлялся квинтэссенцией странности! Архитектура, правда, полузнакомая: в центре тех же Тверна или Варида, где ей доводилось бывать, здания выглядели похоже. Но все остальное!..

Широкие улицы, то ли механические, то ли магические повозки, огромные окна-витрины, которые никто и не думал защищать решетками или как-то охранять. Музыка, которая то и дело начинала звучать прямо на улице, без всяких уличных музыкантов! (Неудобно: кого же побить камнями, если не понравится?) Множество растений, либо вдоль улиц, либо прямо посередине. Это вообще удивительно: да, дровами здесь не топят и городские деревья не вырубают, но разве земля не дорогая? Почему они спокойно позволяют расти тут зелени?