Ирида глядела на обеих, слегка раскрыв рот.

— Погодите, — сказала она. — В нашем районе что, случай многоженства⁈ С несколькими детьми⁈ И вы так спокойно об этом говорите⁈ Они что, сектанты? Или как? Это же нужно проверить! Там же могут быть ужасные условия для детей!

Мелькнула полуоформленная мысль: если это расследовать и добиться полноценной реабилитации женщин и детей… Как минимум дело будет громким. Может быть, даже до Магистра народного благополучия дойдет!

— Я тоже так сначала подумала, — подавив смех, уже серьезным тоном отвечала докторша, утирая слезы. — Даже расследовать затеяла, вон, к Клаве бежать хотела — выручай, беда, потенциальная секта назревает, может, торговля детьми — кто их знает, многоженцев этих! Но тут сомнения меня взяли. Думаю, если они какие-то подозрительные, то почему детей не прячут, спокойно их на обследования носят, прививки все по возрасту делают, электронные карты оформлены? И еще я сообразила: у всех детишек были пометки о магической диагностике и магическом лечении! А это тогда только в обиход входило, да и сейчас недешево без показаний врача — а там показаний не было, можете мне поверить, детки все образцовые, как сейчас на выставку народного хозяйства! Опять же, медсестра моя, смотрю, с ними нормально разговаривает, без стеснения всякого — а видит то же, что и я. Я ее отозвала в сторонку, говорю: «Маш, ты что, знаешь что-то?» Она отвечает: «Ну да, это же Кирилл Ураганов, бывший мальчик-волшебник, который Проклятье снял». Я про него, говорит, передачу видела. Документальный фильм! У них тут в горах неподалеку Школа магии, они в церковь нашу ходят. Батюшка о них все знает. Вот об этом я как раз и не подумала, я ж не верю во всю эту божественную дребедень… Но отец Евлампий мужик правильный. Пошла я к нему, так и так, что это за Ураганов со своими женщинами, беды, часом, не выйдет? С детьми особенно? Он: ну да, странная история, но школой они своей хорошо управляют, детки все обихожены, а живут вместе с давних пор, еще когда вместе под Проклятьем были. Так и не могут разойтись. Ну, вы же понимаете — у детей-волшебников у всех какие-то травмы психологические остались… — Аделаида Викторовна вздохнула. — Вот и эти, видно, друг дружку отпустить не смогли. Может, если бы полечились хорошенько, все получилось бы, но кто же детей-волшебников заставит? Пусть даже бывших. Тем более, национального героя, как этот Ураганов!

— А он национальный герой? — удивленно спросила фиг Ирида.

— Ну да! Он первым освободился от Проклятья и остальным помог. Как — это до сих пор засекречено, хотя уже… сколько, десять лет прошло? Нет, больше даже! Но Ураганов за это даже рыцарское звание получил! — словоохотливо пояснила Аделаида Викторовна. — И настоящий рыцарский замок вместе с долиной Ихоса, это, кстати, не очень далеко отсюда — километров тридцать с чем-то. Вы, наверное, не знаете.

— Да, не знаю, — медленно проговорила Ирида. — Это, получается, они в рыцарском замке живут? Семья с пятью женами и… сколько там детей уже?

— Тоже пять, — усмехнулась врачиха. — Но на самом деле больше, потому что там же школа. Так что детей и подростков немерено.

Ирида покачала головой.

— И что, никто не проверял условия проживания? Это же многодетная семья, да еще так явно… нестандартная! Что там у них с доходом? Как дети устроены? Я уж не говорю, что эти средневековые замки — там же вечно сквозняки и сырость! — тут Ирида блеснула знаниями, полученными как-то на экскурсии по Вайнфорду и замку Последнего Герцога, куда она ездила с родителями в старших классах.

Клавдия и Аделаида переглянулись.

— Иридочка, дорогая, тебя маленько заносит, — сказала осторожно Клавдия. — Говорю же, школа там. Они государственные гранты получают. Значит, все нормально обустроено. Наверное, хороший ремонт сделали. А насчет нестандартности семьи… Ну да, юридически там живет вместе несколько матерей-одиночек и отец их детей, который поддерживает их всех материально. Но это не запрещено законом, и нет никаких оснований причислять семью к неблагополучным, если у них все хорошо, никто не пьет, не ширяется… Опять же, они все маги, а ты знаешь, какое к магам сейчас отношение!

— Вот именно! — Ирида закусила губу, лихорадочно подбирая аргументы к своей полуоформившейся мысли. — К магам — особое отношение! Это значит, что там многое могли… проглядеть. Мне нужно увидеть своими глазами, чтобы с чистой совестью не заниматься этим вопросом! Потому что… Клавдия Федоровна, вот сами подумайте и скажите мне: не будь этот Ураганов известен и на слуху, как бы вы отнеслись к информации о том, что кто-то живет с пятью женами и кучей мелких детей в глухой горной, — это слово Ирида выделила, — долине?

— У них там искровая пушка стоит, мне Маша рассказала, — вставила Аделаида Викторовна.

— И с пушкой, — так же многозначительно добавила Ирида.

Клавдия Федоровна вздохнула.

— Ну… если ты так ставишь вопрос, то, конечно, нужно проверить. Но на каком основании? Для проверки социальной службой нужно основание.

— А мы не для проверки! — осенило Ириду. — Мы… узнать, можно ли организовывать экскурсии для деток на соцподдержке в их замок и школу магии заодно. Раз они всего в тридцати километрах, то пусть поработают на благо округа в конце-концов!

— Да они и так… — начала Клавдия Федоровна, но вдруг оборвала себя. — Ладно, как хочешь, Иридочка. Ты начальство, тебе виднее. Сама туда позвонишь или мне их набрать, договориться?

— А ты там знакома уже, что ли? — удивилась Ирида.

— Немного с их завучем, Ксенией Архиповной, имела дело, — сдержанно сказала Клавдия Федоровна.

— Тогда договорись, пожалуйста, буду благодарна. На ближайшее удобное им время. Сама видишь, какой у нас сейчас завал работы!

Про себя Ирида подумала, что в августе учеников в школе магии тоже не будет, а значит, под предлогом занятий Ураганов с его кодлой не откажутся.

Поездка в школу «Маяк» оказалась тяжелее, чем Ирида себе представляла. Узкие горные дороги, по которым только плестись, превратили эти тридцать километров больше чем в час пути! Не говоря уже о том, что большую часть маршрута само дорожное полотно было старым: видно, чинили его тут редко… за ненадобностью. И только последний десяток километров, когда они свернули на прямую трассу из долины Вьосы, машина бежала хорошо и ходко.

Сам замок Ириду тоже не впечатлял.

Она уже успела представить что-то вроде конфетно-пряничного вайнфордского с его разноцветными витражами и шпилями. А тут что-то приземистое, квадратное… Правда, действительно вроде бы отремонтированное! Рядом с замком располагалось аж две посадочные площадки для вертолетов, хорошо заметные даже с земли и днем за счет проблесковых маячков; вдоль долины выстроились вышки ЛЭП; на крышах поблескивали синим панели солнечных батарей. Сама же долина Ихоса оказалась не столько живописной, сколько переосвоенной! Если глядеть сверху, от перевала, создавалось впечатление, что у нее едва ли не каждый сантиметр распахан — а что не распахано, то засажено деревьями.

— О, сколько молодых яблонь! — воскликнула глазастая, несмотря на возраст, Аделаида Федоровна, которая напросилась с ними. — Должно быть, весной тут чудесно, когда это все цветет!

Ирида не могла бы отличить яблоню от липы, тем более на таком расстоянии, но она оценила большое, обнесенное низкой оградой пастбище в излучине реки. Там паслись какие-то крупные животные… Коровы? Нет, похоже, лошади! Коровы, вроде, более прямоугольные, тяжеленькие такие.

Да, в виду гор находиться с непривычки казалось странным, и Ирида совсем другими глазами глядела на защитный купол и дуло пушки, торчащие вместо одной из башен старинной крепости. Ей казалось, что доверять такое оружие гражданским — верх легкомыслия, особенно если рядом есть дети. Но теперь почувствовала, что просто в присутствии искрометного оружия поблизости легче дышится.

Уже почти под стенами замка шофер вдруг резко нажал на тормоз и ругнулся. Ирида, сидевшая на переднем сиденье рядом с ним, чуть не клюнула носом в стекло. А подняв глаза, увидела, что перед передним бампером откуда ни возьмись взялась молоденькая разбитная девица с впечатляющими формами, в белой футболке и джинсах. Она яростно жестикулировала и что-то говорила, похоже, показывая шоферу ехать куда-то в сторону. Секунду назад ее не было!