— Допустим, я, — сказала она. — А вы кто будете?

— Для начала поговорите, пожалуйста, с вашей матушкой, — мягким тоном произнес мужчина, достал из внутреннего кармана пальто сотовый, быстро набрал номер и протянул ей.

Соня послушно взяла, внутренне обмирая: что-то ей все это очень-очень не нравилось…

— Сонечка, алло! — сказал в трубке веселый, жизнерадостный мамин голос. Она уже два года так радостно не говорила! — Это же ты, да?

— Д-да… — сказала Софья, и тут же подумала, что не надо было. Если это фальшивка…

— Там к тебе симпатичный молодой человек подошел, ты делай, что он скажет. Мы все его знаем, он тебе все объяснит. Как там твой поход?

— Хорошо, мам, спасибо… — пробормотала Софья.

И подумала, что надо было маме позвонить, когда приехали в Чандрос. Не позвонила, потому что знала: мама у нее не волнительная, раньше назначенного срока нервничать не станет — а они и так на сутки раньше добрались.

— Ну и прекрасно. У нас дома тоже все хорошо, просто замечательно! Пока, солнышко, ждем тебя.

Вызов прервался.

Мамин тон, ее слова про «дома все просто замечательно» как-то сразу прогнали от Софьи последние остатки сна.

— Мне нужно, чтобы вы уделили мне полчаса, — мягким тоном произнес подозрительный тип с косой. — Нужно подписать документы для оформления вам более высокого уровня допуска, а потом я вам все расскажу.

— Так, а электричка же… — Соня кинула взгляд на табло. — Через пятнадцать минут!

— Не беспокойтесь, я личным транспортом доставлю вас сразу домой. Пройдемте?

— Угу… — сказала Соня.

Встала, вытащила из клапана рюкзака бутылку с водой, отщелкнула крышку, глотнула… и остаток плеснула этому типу прямо в лицо! А потом рванула с места в карьер, насколько способны были ноги, вопя во всю глотку:

— Помогите! Насилуют!

Может, не самая лучшая идея, но ничего удачнее она в такой степени усталости и спросонья придумать не могла.

Тут же мир вокруг нее мигнул, выцвел, сделался слепяще белым. А еще через секунду, после очередного шага Соня оказалась лицом к лицу с подозрительным типом, прямо напротив! Он стоял, облитый водой, со светлых бровей и с носа капало, но смотрел на нее вроде бы без злости. А в руках у него…

— Это что у вас, предмет-компаньон? — зачарованно спросила Соня, разглядывая черно-золотую косу — сельхозинструмент, а не прическу! — который подозрительный тип держал в руке.

— Он самый, — кивнул мужчина. — Приятно говорить с понимающим человеком.

— Но… — она оглянулась.

Все вокруг белое и светящееся. Ни следа здания вокзала или окружающих людей. Другое измерение? Свернутое пространство? Метакосмос? Вот хрен так поймешь. В любом случае, сбежать не удастся, пока этот мудак не выпустит.

Соня сжала зубы.

— Вы не ребенок-волшебник, — сказала она вслух. — Значит… древний маг? Что вы сделали с моей мамой?

— Да нет, — вздохнул он, — я именно ребенок-волшебник! Просто очень… нестандартный. А с Татьяной Евгеньевной я ничего не сделал, сейчас она, кажется, стряпает пирог к вашему возвращению. Если еще его не закончила. И, правда, лучше бы вы пошли со мной в отделение полиции, спокойно подписали бы документы о неразглашении, я бы вам все и рассказал… А теперь придется как минимум с вашими друзьями объясняться!

— Нет уж, рассказывайте сейчас, — мрачно сказала Соня. — А если посмеете сделать что-то с моими друзьями!..

— … То вы меня наизнанку выверните и с высоты трех километров сбросите, понял, — усмехнулся подозрительный тип. — Рад видеть, что будущее нашей гражданской авиации в надежных руках!

После чего он все Соне и рассказал. Объяснил: мол, он, вообще-то, ее дядя, старший брат ее отца. Тот самый, о ком отец ей рассказывал сказки на ночь! Мальчик с серпом и прозвищем Смеющийся Жнец, который охотился на всяких нехороших бандитов. Он, выходит, не погиб, он сумел снять Проклятье, но очень тяжелым и кривым способом («Каким, я пока не могу вам сказать, это засекречено»), сделался очень тяжело болен и десять лет не вылезал из больниц. И отец обо всем этом знал, вот что самое поразительное! Общался с ним, даже фотки семьи показывал…

— Последний раз мы виделись с Алексеем буквально за неделю до его смерти, — вздохнул бывший Смеющийся Жнец. — Кстати, говорили о вас, Соня. У вас тогда был несчастный роман с одноклассником…

— Не надо, я вам и так верю! — торопливо сказала Соня, чувствуя, что краснеет.

— Теперь, чтобы выздороветь, я временно вернулся под власть Проклятья, — продолжил этот подозрительный тип. — Но у меня куда меньше ограничений, чем у обычного мальчика-волшебника. В частности, я, например, женился. И мы с женой теперь живем вместе с вами… в смысле, с моим отцом, вашим дедом, и с вашей матушкой. Поэтому вас нужно было проинформировать обо всем этом до того, как вы вернулись домой.

— Офигеть… — пробормотала Соня. — А ваша жена — тоже девочка-волшебница? Бывшая?

— Нет, моя жена, Леонида Георгиевна, до недавнего времени работала хирургом в военном госпитале, а теперь заведует центром экспериментальной медицины, — чуть улыбнулся Сонин подозрительный дядя. — Надеюсь, вы друг другу понравитесь. Мне, в свою очередь, очень жаль, Соня, что я не пытался завязать с вами отношения еще в ту пору, когда был мальчиком-волшебником традиционного формата. С вашей матерью я пару раз виделся, с вами и вашей сестрой — нет. Мне казалось, что это не нужно. Я не думал, что мне когда-то удастся сбросить гиасы и зажить вместе с семьей.

— Ясно, — заторможенно кивнула Соня.

— Тогда, может быть, все же подпишете бумаги? Для отчетности нужно.

Соня все подписала, и отправилась с ним домой — на служебном вертолете, елы-палы! И дома все оказалось… по-другому.

Жена Аркадия — Соня все-таки не стала звать его дядей, слишком молодо он выглядел! — действительно ей понравилась. Милая, разумная женщина. Но слишком занятая и слишком взрослая, чтобы с ней можно было подружиться. Опять же, какая-то… правильная и скучная? Вроде бы всего тридцать, но по менталитету оказалась куда ближе к Сониной маме — то-то эти двое сразу поладили!

Плюс кроме них в доме откуда-то появился приятель отца, которого дед зачем-то пригласил пожить — он Соне не досаждал, но все-таки странно было то и дело натыкаться то в кухне, то в гостиной на постороннего человека! Простоватый такой толстенький дедушка, чуть ли не деревенщина — а вроде магистр солнца, да еще военно-инженерной службы! У него тоже какие-то дела с Аркадием были. Потом этот дедок съехал, зато Аркадий еще своего подопечного мальчика-волшебника в доме поселил…

Этот Димка вообще Соню раздражал. Вроде симпатичный пацан, но как он смотрел в рот Аркадию и ходил за ним хвостиком!..

Деду, кстати, новая движуха нравилась: он с удовольствием играл с этим Димой в шахматы, пил чай с Леонидой, а о собственном сыне вообще мог говорить без умолку — Аркадий то, Аркадий се! Потом и вовсе съехал, стал жить в каком-то санатории, омолаживали его там. А мама как-то особенно зачастила на прогулки с подружками.

Когда в июне Соня опять приехала на каникулы, выяснилось, что Леонида, оказывается, беременна, причем уже солидный такой срок, ходит с пузом. Мама полностью сконцентрировалась на предстоящем племяннике: рубашонки-распашонки, специальная гимнастика, вот это все. Блин, она столько активности не проявляла, когда Майка была беременна! Неужели только потому, что те жили отдельно?.. Особого интереса к Соне и ее делам мать не выказывала, поэтому Соня подумала-подумала — и упала на хвост группе Трофимова, которая отправлялась в малый яхтенный поход. Соню они звали, но она сперва отказалась. К счастью, у них тоже кто-то передумал в последний момент, и место нашлось…

Потом грянуло снятие Проклятья. Соню все в Высшем авиационном училище расспрашивали: что, да как, у тебя фамилия «Весёлова» — это ты, выходит, родственница тому мужику, исполняющему обязанности заместителя главы Службы, который в прямом эфире детей-волшебников отпускал?