Выждав момент, я перехватил инициативу, обрушив на Рона шквал контратак. Моя сталь, словно ожившая змея, ускользала от его защиты, целясь в бреши. Рон отшатнулся, едва уклонившись, и равновесие покинуло его. Мой шанс! Я обрушил град ударов, заставляя отступать.

Но Рон не был бы Роном, если бы сдался так просто. Он выдержал натиск, собравшись и ответив яростной, беспощадной контратакой. Наши клинки сплелись в вихре стали, воздух звенел от столкновения лезвий, а тишину разрывало лишь наше тяжелое дыхание.

Внезапно Рон отступил, присев в обманчивой позе. Его фирменный прием, за которым часто следовал выпад. Он рассчитывал, что я ринусь вперед, раскрыв защиту. Но я знал его слишком хорошо. Замер, ожидая. И не ошибся. Рон мгновенно выпрямился, его клинок описал молниеносную дугу, целясь в шею.

В последнее мгновение я парировал удар, и наши клинки застыли в напряженном равновесии. Мы стояли, вглядываясь друг другу в глаза, тяжело дыша. В глазах Рона я видел уважение и тень усмешки. Он знал, что я предугадал его маневр. Поединок достиг своего апогея. И…

Мы вновь прервали бой, разойдясь в стороны. И снова никто из зрителей не понял, кто одержал верх. По толпе прокатился ропот разочарования, но ни я, ни Рон не удостоили его вниманием. Мы сражаемся не ради потехи зевак и не для того, чтобы кому-то что-то доказать. Мы сражаемся, потому что… просто не можем иначе. Тем более, когда твой соперник – достойный противник.

И, между нами говоря, негласно этот бой снова остался за мной…

Я оглянулся на толпу и уже не заметил тех парней с бала, которые по-тихому слиняли, явно передумав бросать мне вызов. Ну что же, не особо и хотелось.

***

После утренней тренировки выдалась редкая передышка, которую я решил посвятить визиту в мастерскую вечно брюзжащего дворфа… мастера Норда, чтоб его изжога заела от его ворчания бесконечного. Прихватил с собой потрепанную сумку с останками некогда смертоносного самострела, я всю дорогу терзался мыслями, как бы подсунуть ему эти обломки так, чтобы самому голову на плечах унести. Но как ни крути, ничего дельного в голову не лезло. Пришлось положиться на старое доброе «авось» ... авось пронесет, и дворф-мастер будет в духе.

И вот я стою на пороге мастерской…

Не пронесло…

Меня встретил таким мрачным и недовольным взглядом, что он говорил громче любых слов: Опять этот остолоп заявился! Когда ж он меня оставит в покое?!

– Мастер, приветствую! – бодро воскликнул я. – День сегодня дивный, не находите?

Мастер Норд одарил меня взглядом, словно наполненным арктическим холодом.

– Тебе заняться нечем? Впрочем… раз уж пришел проходи. Есть у меня кое что для тебя.

– Ваша любезность не знает границ, – съязвил я.

– Не испытывай мое терпение, – проворчал он, водружая передо мной какой-то ящик.

– Что это? – я потянулся к нему.

– Руки прочь! – рявкнул дворф. – Держи свои хваталки при себе!

Я послушно опустил руки и с любопытством стал наблюдать, как он снял крышку ящика и отложил ее в сторону. Моему взору открылось…

– Ух ты! – невольно вырвалось у меня. Там лежало то, чего я меньше всего ожидал увидеть.

Помните тот пневматический пистолет, с которым я попал в этот мир? Тот самый, на мой взгляд бесполезный, что я подарил Нике, а она, после местной модернизации, подарила своей сестренке Юнне? Не важно, если не помните. Сейчас передо мной в ящике лежали два идентичных пистолета, очень похожие на ту самую пневматику.

– Я создал копии того, что ты мне тогда отдал, – произнес мастер и показал мне крошечное ядрышко, миллиметров семь в диаметре. – Стреляют этим… В магазине их десять. Эффективная дальность – сто шагов. На расстоянии до пятидесяти пробивает легкую броню или пехотный щит. Вместо сжатого воздуха, что использовалось у тебя, здесь – воздушный магический кристалл… В общем, на мой взгляд, моя копия ничем не уступает оригиналу, а по мощности даже превосходит. И главное, ими сможет пользоваться любой, у кого уровень магического объема хотя бы единица. Настолько все просто! – он задумался. – Ну, по крайней мере, раз восемь выстрелить сумеют. – В голосе дворфа зазвучали нотки гордости. – А теперь проколи палец и осторожно капни кровью на вон тот белый камушек на рукояти… Только после того, как кристалл изменит цвет на красный, можешь брать их в руки.

Я взял предложенный нож и полоснул палец, как было велено. Затем с той же осторожностью капнул кровью на белую капельку на рукояти… И, словно по волшебству, на обоих пистолетах она тут же покраснела. Я вопросительно посмотрел на мастера.

– Теперь можешь брать их и использовать в свое удовольствие, – разрешил он.

Я взял в руки два первых пистолета этого мира и прикинул их вес – увесистые, но не настолько, чтобы причинять неудобство. Разглядывать их здесь я не стал, а тут же убрал в специальные карманы на разгрузке. Они, конечно, не были предназначены для такого, но пока сойдет. Позже можно будет заказать у местной швеи аналог кобуры для ношения на бедре.

В ящике так же лежал тяжелый мешочек, в котором было около двух сотен ядрышек для моих пистолетов.

– А зачем нужны были все эти сложности с кристаллом и кровью? – уточнил я на всякий случай. Стало любопытно… не просто же так Норд все это устроил. Я уже давно заметил, что мастер ничего не делает просто так.

– Чтобы никто, кроме тебя, не смог ими воспользоваться, – заявил тот. – И, к слову, это первый и последний раз, когда я делаю нечто подобное.

– Не понимаю, – честно признался я. – Ты же сам сказал, что этими пистолетами смогут пользоваться даже слабаки… Ты бы мог неплохо заработать, продавая их. – Я начал выкладывать на прилавок золотые монеты, что были при мне. На двадцатой мастер остановил меня. Впрочем, даже если бы он этого не сделал, я бы все равно больше не дал – банально, у меня больше не было.

– Именно по этой причине я и не желаю, чтобы ими пользовались всякого рода проходимцы, – категорично произнес дворф. – Это слишком опасное оружие, которое не должно попасть не в те руки… Не хочу, чтобы моим оружием завладели бандиты и использовали его для своих грязных делишек.

Я молча кивнул, принимая его логику. Что же, в отличие от меня, мастер видел обе стороны медали и все её грани, а не только блестящую.

– Благодарю, мастер! – я поклонился дворфу.

– А что ты мне там притащил в том мешочке? – кивнул он на мою ношу, про которую я уже успел забыть. Первой моей мыслью было сказать: Да ничего особенного, это вообще не вам. Но я переборол своего внутреннего труса и поставил мешочек на стол перед дворфом.

– Вот, сломалось, – скромно произнес я и бочком-бочком стал сдвигаться к выходу… и, как оказалось, не зря. Когда любопытствующий дворф, развязав горловину мешка, заглянул в него, его лицо исказила гримаса ярости.

– ЧТО?! – дико взревел он, и я, не сдерживаясь, рванулся к двери. – Ты его сломал! Прибью, собака! – В мою сторону полетел тяжелый молот, который, попади он в меня, размазал бы по стенам этой мастерской. Но я успел уклониться, и молот, пролетев мимо, сокрушительно врезался в каменную стену, оставив на ней внушительную вмятину. А я рыбкой нырнул за дверь, слыша за спиной рев, подобный рычанию раненого медведя:

– Чтобы духу твоего больше на моем пороге не было!

Рон, находившийся в этот момент снаружи, сочувственно и иронично посмотрел на меня.

– Поздравляю! Ты теперь для мастера враг номер один. И он совершенно серьезно прибьет тебя, если ты посмеешь снова заявиться к нему.

– Посоветовал бы ему кто-нибудь меньше волноваться из-за всякой ерунды… – пробормотал я. – А то нервные клетки, говорят, не восстанавливаются. – сказав это я засунул окровавленный палец в рот слизывая все ещё текущую из него кровь...

***

Оказалось, Рон не просто коротал время, ожидая меня. Он явился, чтобы передать срочный вызов на совет к герцогу… и, как подчеркнул Рон, ждали только меня. Пришлось прибавить шаг, и, разумеется, мы вновь появились последними.