Телега со скрипом катила по лесной дороге. Отъехав достаточно далеко от селения, палач натянул поводья и остановил лошадь.

— Приехали. Давай, помогу…

— Почему вы меня отпускаете? — спросил Дик, пока Фанч распутывал веревки на его плечах и запястьях. — Могли просто сказать дочке, что позволили мне бежать. Ладно, в доме, она бы проверила. А здесь?

Лицо палача отразило некоторое раздумье.

— Наверное, потому что ты единственный, кто играл с ней. Кто ее защитил. Никогда прежде никого она не любила, кроме меня. Не могу ее обмануть.

— А мне кажется, потому что чувствуете себя перед ней в неоплатном долгу… Разве я единственный, кто посмел приблизиться к ней? — возразил Дик. — А Оскар Твинк?

— Не произноси при мне имя этой ехидны! — палач от злости стал дергать веревки сильнее, чем следовало. — Я боюсь его. Он обманет мою малышку, хитро влезет в доверие, а потом будет мстить мне через нее.

— Братство Дороги не мстит детям, всё равно чьи они.

Фанч возмущенно проворчал что-то себе под нос насчет наглых мальчишек. И со вздохом признался:

— Мне до пенсии двадцать лет. За это время мне могут приказать выполнить очень многое. И моя малышка возненавидит меня, если будет общаться с такими, как эти Твинки.

— Так отпустите ее.

— Что? Куда?

— Когда она больше не сможет оставаться рядом и одновременно уважать вас, устройте им побег. Вам не удалось сделать это для ее матери?.. Так спасите хотя бы дочь, прежде чем закон прикажет вам вывести ее на площадь.

— Замолчи! Всё, — Фанч смотал длинную веревку в кольцо. — Проваливай!

Дик смыл краску с лица, забрал свои вещи и спрыгнул с телеги. Но убегать не спешил. Сперва поклонился:

— Спасибо. Никогда не забуду вас и Мари-Астэль.

Хмуро зыркнув на него из-под напряженно сведенных бровей, Фанч словно бы через силу пообещал:

— Я подумаю о ваших словах, рыцарь.

— Думайте, мастер. Думайте. Посмотрим, может, ещё встретимся через двадцать лет…[61]

— Больше не попадайся мне! — палач погрозил веревкой.

Дик со смехом пожал плечами, намекая, что не все желания в людской власти. Он отступал спиной в заросли, не спуская глаз с телеги, пока не скрылся за зеленой стеной. Только верхушки папоротников долго качались на том месте, где он пропал. Палач тронул поводья и неспешно покатил прочь, по дороге в город.

(конец истории)

_________________________________________________________________

.

история двадцать восьмая, о том, как Благородный Дик был учеником у мастера Глерхэна

Даже когда Благородный Дик стал знаменит так, что в каждом селении всегда находился житель, который видел его лично, и детям стали рассказывать на ночь истории про рыцаря-мальчишку, сам Дик никогда не упускал возможности учиться чему-нибудь у других. Он несравненно владел мечом, но старался изучать новые приемы.

Ведь время шло, менялась мода и приходило в жизнь людей новое оружие. Уже родилась шпага, защитница дворянской чести. Многолюдные турниры всё чаще уступали место дуэлям всего с одним или двумя свидетелями, хотя и старые поединки один на один никуда не исчезли. Возник первый в истории орден странствующих рыцарей вне Братства Дороги — Темный круг. Он объединял родовитых и дерзких, обычных воинов, дэкайских повелителей стихий и магов, но никого не защищал по зову чести. Услуги рыцарей Темного круга и в те дни стоили дорого и по карману далеко не каждому королю, не говоря уж о частных лицах.

В один год общий турнир всех рыцарских орденов (тогда такие ещё собирали хоть раз в году), вывел в десятке победителей сразу троих рыцарей Темного круга. Из Братства Дороги в десятку вышли четверо, но это соперничество стало уже явной угрозой.

Из-за Темного круга в народе стали известны имена магов, которых прежде знали только в закрытых обществах. Одним из них стал магистр Темного круга, — богатый наследник замка и титула северного лорда, ученый, светский холостой красавец, остановивший свой вечный возраст на пределе сорока, странствующий рыцарь, который никогда не странствовал, — сэр Глерхэн. Для магов обычно называться одним именем, вместо фамилий у них башни — ветви общего клана.

Милорд Глерхэн быстро стал известен как лучший наставник в искусстве ведения боя, не состоящий ни в Братстве Дороги, ни на службе какого-то одного общества или королевства. Он выступал консультантом в турнирах, он брал учеников из приличных семей, требуя оглушительную сумму за месяц обучения и никогда не возвращая денег, если ученики не выдерживали и недели. Темный круг считал его своим почетным "крестным", поскольку да же бывшие ученики Глерхэна, сбежав от жестоких методов тренировки, всё равно просились на посвящение в Темный круг. Очень редко, дважды или трижды, ему случалось выбирать учеников самому и давать им уроки без денег. Эти рыцари пользовались наибольшим уважением среди всех крестников милорда.

Услышав об этом человеке как о лучшем мастере боя на мечах, Благородный Дик решил сам стать учеником Глерхэна, чтобы проверить, правду ли говорит молва о его мастерстве, невыносимом характере и точности удара. И об опасности его, как покровителя темных рыцарей.

Дик без труда нашел замок на отвесных скалах Северо-Запада, над бурными морскими волнами стального цвета. Светло-серый замок под черной черепицей украшали двенадцать башен. Их шпили пронзали северное небо, как острые шипы.

"Торчит здесь, как заноза в приморской карте. Не споткнуться бы всерьез, заноза, похоже, острая. Целый шип скального терновника. Надо непременно выяснить, что прячется за этими башенками!"

Придя к воротам Глерхэн-холла, Дик постучал и не ожидал, что ему откроет сам хозяин. Милорд оказался высоким, стройным, гибким, с надменным аристократическим лицом, с очень изящными руками и крепкими длинными белыми пальцами. Все его жесты подчеркнуто красивы. Взмахнуть рукой или пошевелить пальцами немузыкально он просто не умел. Молча сделал приглашающий жест, и гость прошел во двор замка. Заметив, как на руке незнакомца сверкнул огромный красный перстень. Дик сразу понял, кто перед ним.

— Что вам угодно? — хозяин насторожился, видя перед собой молодого странника и думая, какую весть тот может принести.

— Говорить с вами, милорд. Просить, чтобы взяли меня в ученики.

— Но вы же рыцарь, я не ошибаюсь? — Глерхэн слегка удивленно смерил его взглядом от макушки до каблуков.

— Не ошибаетесь. Но хочу совершенствовать свои умения.

— Как ваше имя?

— Дик.

В отличие от многих, кто не верил, что говорит действительно с Благородным Диком, а не с самозванцем, милорд поверил сразу. Но не пришел в восторг.

— Это шутка? Если вы, это действительно вы, то зачем вам учиться у меня? — Глерхэн надменно приподнял бровь, показывая, что дело вовсе не в том, что ему нечему учить даже такую знаменитость, а в том, что Дику не к лицу обращаться за помощью к человеку, который отнюдь не является его горячим поклонником.

Дик тонко улыбнулся, в лесной манере, отчего его лицо всегда менялось, и становилась видна печать вечной юности. Глерхэн сам такой. И хотя его действительный возраст пока не слишком отличался от видимого, но узнавать юнцов, которым больше ста лет, милорд давно умел.

— Понятно. Хотите узнать секреты врага. Как вы самоуверенны, рыцарь. С чего вы решили, что я соглашусь? Приди я к вам, в Братство Дороги, вы ведь не взяли бы меня в ученики!

— Лично я? — уточнил Дик.

Глерхэн не смог сдержать улыбки, представив это.

— Нет, братство.

— Не взяли бы. У нас не школа. Чтобы чему-то научиться, надо не только жить рядом с нами, а стать нашим. Это не входит в ваши планы, верно? Зато я — здесь. И вы легко можете узнать всё, что вас интересует в братстве, если возьмете меня в ученики.