В какой-то момент, когда чудовище, обессилевшее от ран, пошатнулось, Артем занес секиру в последний раз. Сокрушительный удар пришелся по основанию черепа. Раздался треск, подобный треску ломающегося дерева, и тело гигантской рептилии обмякло и наконец-то свалилось в реку, образовывая вокруг себя кровавую пленку. Правда быстрое течение, её тут же сносило вниз.

В какой-то миг из воды появилось ещё одно чудище, но оно схватило своего мертвого собрата и тут же утащило на глубину.

– Всем быть осторожными! Следите за водою. – громко выкрикнул мой муж оглянулся назад. После чего нашел взглядом меня и участливо с беспокойством спросил. – Ты в порядке?

– Это мне надо у тебя спрашивать. – на это заметила я. – Ты в порядке?

– А что мне будет, – пренебрежительно ответил тот. – Это всего лишь крокодил.

***

Артем.

Опасное место, где нам пришлось сразиться с крокодилом-мутантом, осталось позади. Берег начал подниматься, и вскоре река осталась далеко внизу, на целый метр ниже нас. Можно было наконец-то выдохнуть с облегчением. Вряд ли эти зубастые твари могли запрыгнуть так высоко. Тропа становилась шире, предвещая, что дальше мы сможем идти вдвоем.

Впереди вновь шел Шат, наш негласный "Сусанин". Как говорится в народе:

"Куда ты завел нас, Сусанин-герой?"

"Идите вы лесом, я сам здесь впервые!"

И только слышали дрозды в лесной тиши

Как дали Сусанину… (а дальше каждый додумает сам, как знает)

Тем не менее, Шат уверял нас, что дорогу знает, и к черту на кулички не заведет. Приходилось лишь надеяться на его слова.

Пещерный проход, узкий и извилистый, наконец расступился, и мы вновь оказались в громадной подземной полости. Перед нами раскинулся подземный город, разорванный рекой надвое, место, где контрасты бросались в глаза с поразительной силой.

По ту сторону реки, словно мираж, возвышался великолепный город-дворец, радующий глаз своим великолепием. Его красоту подчеркивали две монументальные, прямые лестницы, уходящие куда-то вглубь сводов. Шат, задумчиво поведя плечом, пояснил, что эти лестницы, по его сведениям, вели к запутанному лабиринту, из которого на поверхность вели более десяти тайных ходов.

Наш же берег, напротив, тоже вмещал в себя подземное поселение, но здесь царила иная атмосфера – приземленная, без намека на роскошь. Однотипные, невзрачные домики теснились друг к другу. Однако та часть города, где мы оказались, была окутана плотной, влажной паутиной. Ее было столько, что сама мысль приблизиться вызывала дрожь. И когда из зарослей паутины, где-то в глубине застройки, показалось движение, а затем и силуэт паукообразного существа, у нас разом пропало всякое желание исследовать этот жуткий уголок. Паук, ростом метра в три, казалось, пристально разглядывал нас, словно взвешивая наши намерения.

Я метнул взгляд на Шата:

— Только не говори, что нам нужно через это, — произнес я, кивнув в сторону паутины.

— Нет, нам туда не нужно, — успокоил меня Русс. — Наш путь лежит туда, — и он указал на набережную, тянущуюся вдоль реки до самого края полости. — Если я не ошибаюсь, там должен быть спуск на следующий, нижний уровень.

— Ты уверен? — спросил я, внимательно глядя на него.

— А чего ты хочешь, — огрызнулся Шат. — Я знаю об этом месте лишь со слов моей покойной бабушки и из ее исследовательского дневника. Никогда не думал, что сам когда-нибудь сюда попаду. — Он поделился своими мыслями, — Знал бы, что так сложится, в детстве расспросил бы бабушку обо всем подробнее.

Однако дойти до конца без приключений нам все же не удалось. Кто-то из парней, не удержавшись, запустил камнем в паутину. Неожиданно для всех, оттуда с яростным шипением выскочил паук, устремившись прямо на незадачливого метателя. К счастью, рядом оказалась воительница Дария, которая молниеносно выхватила обнаженный клинок и вонзила его прямо в непрошеного гостя, прервав его атаку.

Удар был так быстр и точен, что я едва успел заметить, как огромный паук обмяк и рухнул на землю, его лапы задергались в предсмертных конвульсиях. Дария, не выказывая ни тени страха. Её лицо оставалось непроницаемым, словно высеченным из камня.

Все остальные разом напряглись и тоже схватились за оружие. Но повторного нападения не произошло.

– Давайте обойдемся без лишних телодвижений, – строго глянув на молодого воина, хмуро произнес я. Тот только виновато опустил взгляд.

Но как бы там не было, до следующей лестницы, на более нижний уровень мы добрались без новых происшествий. Но прежде чем ступить на неё, нам пришлось задержаться, подготавливая факела. На лестнице царила кромешная мгла.

Глава 22.

Артем.

Когда впереди забрезжил свет, дабы не выдать нашего присутствия, факелы были погашены. Лестница вывела нас в очередной туннель, залитый призрачным сиянием световых кристаллов. Шат поднял руку, и мы разом остановились.

– Это лабиринт! – возвестил он, словно делясь откровением. – Я читал о нем в дневниках бабушки! По площади он занимает около двадцати километров… Нам нужно найти очередной проход вниз.

– Знаешь, как его пройти? – с нескрываемой надеждой спросил я.

– Ага, наизусть всю карту помню, – огрызнулся Шат, окинув меня быстрым взглядом, но затем смягчился. – Только то и помню, что надо всегда держаться центра, потому что проход где-то там. – Он помолчал, потом неуверенно добавил: – А еще… там про каких-то птиц упоминалось.

Шагов через сто мы и сами осознали, что угодили в настоящий лабиринт. Мы вышли в небольшую камеру, из которой вело целых четыре выхода.

– Ну что, други мои, – обернулся я, окинув взглядом своих спутников, – у кого какие мысли?

Идей было хоть отбавляй, но… как говорится: подумали, и в итоге Я решил. Я собрал четыре группы по пять человек, включая дроу, и каждую отправил в одно из ответвлений. Настоятельно велел каждой группе пройти не более двухсот шагов и вернуться, невзирая на результат. Одновременно с этим назначил ответственного, который должен был зарисовывать наш маршрут.

– И что дальше? – спросила моя супруга. – Мы так будем тут бродить, мать его, целую вечность.

– Хрен… – задумчиво произнес я, словно пробуя слово на вкус. – Какое проницательное растение… Всё знает. – Затем я взглянул на Нику. – У меня пока нет идей. – честно признался я.

Вскоре вернулись все четыре команды. Одна сразу сообщила, что уперлась в глухую стену. Две другие группы доложили, что не достигли конечных точек своих туннелей: один туннель вел влево и вниз, другой, наоборот, вправо и верх. А вот группа, которая пошла по центру, сообщила, что достигла очередного зала, где туннель снова разветвлялся на два.

– Если возражений нет, идем в центральный, – принял я решение. – К тому же, доверия к нашему проводнику нет, – с иронией взглянул я на Шата.

– Посмотрим, куда ты нас заведешь, – хмуро ответил мне Русс.

***

Ника.

Под чутким руководством моего мужа, мы благополучно… заблудились. Хоть смейся, хоть плачь.

– И куда же теперь направит нас наш выдающийся лидер? – в голосе Шата, несмотря на всю серьёзность положения, проскользнул едкий сарказм. Он стоял в шаге от моего мужа, который в этот момент склонившись в три погибели и что-то с напряжённым вниманием выискивая на полу.

На колкость Русса Артем не обратил ни малейшего внимания, и я уже готова была вступиться за него, как муж поднял руку, призывая к тишине и сосредоточенности.

– Слав, Вал… подойдите-ка сюда! – позвал он наших самых опытных разведчиков. – Вы у нас люди бывалые, скажите, кто мог оставить такие следы?

Движимая всепоглощающим любопытством, я тоже подошла ближе и заглянула мужу через плечо.

Перед нами был странный, ни на что не похожий след – глубокие борозды, явно прочерченные когтями.

Наши разведчики долго склонялись над находкой, даже замеряли расстояние между отпечатками.