— Тебе не нравится эта затея, но ты не просишь возможности отказаться, — наконец сказал гость, видя, что невесте-невольнице это так и не пришло в голову. Дочь короля смутилась, хотя мятежные речи не привели ее в ужас.

— Но ведь я не могу. Если Соверин окажется очень противным, я буду просить папу отменить помолвку, но если ничего… какое я имею право отказываться? Это ведь очень важно для всего королевства.

— Не откажешь, в любом случае. Тебя убедят, что свадьба не завтра. А за несколько лет сам принц и твой вкус могут весьма измениться.

Южена печально кивнула, признавая его правоту. Дик дождался, когда сможет перехватить ее взгляд и, не давая принцессе отвести глаза, спросил, смягчая твердость тона улыбкой:

— Если ты согласишься в любом случае, зачем звала меня? Чтобы заверил, будто в таком союзе нет ничего плохого? Нет.

— Что "нет"? — нахмурилась Южена. — Нет плохого или не скажешь, что его нет?

— Тебя саму грызет сомнение. В чем оно? — ушел от ответа Дик.

— Не понимаю, почему все так носятся с этой любовью, — недовольно проворчала принцесса и стала очень похожа на своего отца. — По-моему, ничего в ней хорошего нет.

— Нет, — так же двусмысленно, то ли согласился, то ли возразил Дик.

— Ты меня дразнишь, — фыркнула принцесса. — А сам-то знаешь ответ?

— Знаю. Но тебе не понравится. В королевских браках веками царил расчет. Лучше представь, что будет, если принц уже любит кого-то, а вынужден согласиться на помолвку с тобой. Он такой же невольник, как ты. Не посмеет отказаться, ради общего блага.

— Но я же не виновата, что родилась принцессой именно в Кровьладе!

— Ты не выбирала. Выбор сделала мать, когда решила оставить тебя здесь, а не взять с собой. Очень интересно, зачем она это сделала. Из любви к тебе или наоборот?

— Опять любовь! Ладно, говори, что за секрет.

— Детям, рожденным без любви, очень трудно живется. У них нет примера правильных чувств, и в сто раз труднее найти свою пару. А нормальных, родительская любовь защищает лучше всяких доспехов.

— А ты сам родился в любви?

— Не знаю. Во всяком случае, не чувствую этого.

— Но твои родители любили друг друга? — настаивала принцесса.

— Мне не пришлось долго наблюдать за ними.

— Да, я знаю, но отец говорил тебе, как относился к своей жене, пока она была жива, и что думал о ней потом?

— Он никогда не говорил о ней, — с легким сожалением вздохнул Дик. — Будь я девчонкой, да ещё похожей на мать, по его отношению, наверное, угадал бы, любит он меня самого, видит ее во мне, или винит меня в ее смерти? А так — не знаю. Отец никогда не был мной особенно доволен, но не объяснял, почему.

— Папа, пожалуй, любит меня, — раздумывала Южена. — Но не ради мамы. Он всегда гордится тем, что я больше похожа на него. Он имеет в виду характер. Все портреты бывшей королевы сняли, но я видела несколько на чердаке. Она красивая. У нее тоже черные волосы, только прямые. И глаза, как у меня… Нет, меня папа точно любит. Но это нисколько не проливает свет на то, любит он себя во мне или меня саму? И любит ли он хоть одну из своих королев?

— Отец уговаривает тебя закрепить союз с вашим добрым соседом сильнее других или меньше?

— Меньше всех, пожалуй. У него на это нет времени, — горько признала принцесса. — Он доверил мое воспитание слугам.

— Кто так говорит? — Дик мгновенно почуял чужие слова.

— Маркиза Эфина, его двоюродная сестра. Моя тетя.

— Что маркиза думает о предстоящем браке?

— Ее мужа убили на охоте, на лесной границе Доминоля. Больше двадцати лет назад. Что она может думать! Но мирный союз нужен всем, даже тем, чья кровь взывает к отмщению. Чтобы избежать новых жертв.

— Это уже советник Гельд, — проницательно усмехнулся Дик.

— Откуда ты знаешь?

— Слышу. Кто он по происхождению?

Южена ненадолго задумалась. И вспомнила, что по материнской линии советник из разорившегося дворянства, а по отцу из торговцев.

— Его дедушка оказал важную услугу моему дедушке. За это Гельдам пожаловали дворянство и должность королевского ключника, переходящую по наследству. Папа сделал его четвертым советником.

— Первым по дипломатии. До того, как король женился второй раз или после?

— После. Или… в общем, эти события рядом. Гельд был свидетелем со стороны невесты. Они с мамой Абелиной дальние родственники.

— Ага. Значит, именно он тебя сватает. То-то советник так огорчен успехом своей тайной миссии. Предпочел бы меня не найти! — Дик вспомнил, как вышагивал советник перед "Медным котлом", не желая переступить порог. — Мы очень вовремя проскочили к трону, успев перед ним.

— А для чего мы так спешили? — вспомнила, что так и не получила объяснений Южена.

Дик легкомысленно потянулся, раскинув руки:

— Чтобы мог сейчас сидеть на крыше башни, а не восемью этажами ниже! Гельд обещал мне свободу, но король и королева не давали такого слова. Если им вовремя посоветовать…

— Зачем, Дик? — испугалась принцесса.

— Чтобы не мешал их планам. Советник Гельд боится, что отговорю тебя от помолвки.

— Незаметно, чтобы ты отговаривал.

— Не вижу смысла. Это твоя судьба.

— Ты уверен? — Южена так расстроилась, что казалось, всё-таки надеется на другой исход. Но рыцарь убежденно кивнул:

— Сама посчитай. Ты могла не быть дочерью короля, это раз. Могла родиться не в королевстве, истощенном кровной войной с соседями. Могла не остаться принцессой, когда твоя мать отказалась от короны… Соверин старше тебя?

— На два года.

— Вот. Ты могла вообще не родиться девчонкой, тогда идея с помолвкой никому бы в голову не пришла. Вас растили бы как врагов. И, в конце концов, могла отказаться или сбежать. Но ты согласилась. Пять знаков! Для дороги это немало. Кстати… что за почетная должность у советника Гельда? Хранитель ключей? Тоже знак и очень удобный! Пожалуй, тебе пора спать. Спустимся в комнату.

— Нет, пожалуйста, давай побудем на крыше ещё немножечко. Я никогда не видела столько звезд! — Южена запрокинула голову и закружилась, радуясь тому, что считала свободой.

__________________________________________________________

[1] (прим. Лины) Дик говорит, что просто зверел, когда должен был впутываться в истории со свадьбой очередной Юго-Западной королевской династии. Начиная с принца Холодина из Тирлада, у него множились не слишком приятные воспоминания о любовных историях в родном краю. Правда, от его настоящей родины весь Юго-Запад отделен лесом.

Ровлад — наследство трех весьма злопамятных королевств, которые основали трое братьев: Тир — отец принца Холодина, Хав — отец герцога Хавладского, и Совин — старший из них и проживший дольше братьев, но после его смерти Совладская династия не протянула и двадцати лет.

Какое-то время земли были поделены между родственниками, а когда в Совладском замке снова короновали наследника, спорные земли в народе уже давно именовалась Ровладом из-за оборонительных рвов, которые постоянно копали солдаты соседних королевств. И оврагов в тамошних лесах не меньше, чем сов, а символ мудрости никак не подходил для герба этих земель.

Через некоторое время Ровлад стал Кровьладом. Это народное название прочно за ним закрепилось на полтора века. Если честно, то именно на его территории и руками его жителей было совершено и первое убийство, и первая месть. Соседи у Ровлада значительно более миролюбивые. Но на ветви этой давней ссоры росли и множились убийства и заговоры с обеих сторон. Подробностей теперь не узнать.

Они гуляли по плоской площадке на крыше замка, обнесенной зубцами. Взбирались на высокие остроконечные башенки, выходя через слуховое окошко и держась за шпиль. Под ночным ясным небом цвета королевского флага и рисунка герба не разобрать. Гораздо важнее казались узоры, начерченные над всем королевством. И даже за его пределами. Звезды одинаково светили для принцессы и всех крестьян Ровлада и над землями их соседей.