Люсия высунула из-под одеяла свой точёный носик и вопросительно уставилась на лорда Менхельского. Девушка не заметила, что часть одеяла была откинута, и стройная ножка, обнажённая до колена, выглядела особенно соблазнительно на фоне белоснежных простыней. На мгновение в глазах мужчины блеснула похоть. Стараясь усмирить возбуждённую плоть, лорд схватил со стула приготовленный для Люсии халат, и небрежно бросил его на кровать, прикрывая объект желаний.

— Так как вы уже пропустили и завтрак, и обед, я бы хотел пригласить вас на ужин, – произнёс лорд, и в его голосе девушка почувствовала раздражение.

«Странно. Когда это я успела его разозлить? Или он так реагирует на мой дар?» – думала Люсия, но в ответ она лишь удивлённо спросила:

— Сколько я уже здесь нахожусь?

— Не в моих правилах следить за гостями, – соврал Менхельский, – так что, точного времени я вам не скажу. Кажется, около двух дней.

На самом деле он с нетерпением ждал, когда девушка проснётся, осторожно заглядывая в комнату каждые два часа. Менхельский и сам не мог понять собственного поведения. Зачем, спрашивается, он притащил её в своё поместье? Он, спокойно мог оставить Люсию на растерзание Теням. Однако с того момента, как девушка протянула ему свою руку, он и увидел в её глазах надежду, все его мысли были только о ней.

Он никогда не видел, чтобы на него так смотрели. Ненависть, алчность, похоть, страсть, а больше всего страх. Вот что видел он, когда смотрел на собственное отражение в глазах людей. Но не надежду! Люсия поверила ему, и сама, без сомнений, вверила ему свою жизнь.

Два дня тому назад, он ворвался в свой дом, с Люсией на руках, требуя немедленно вызвать врача. Девушка была без сознания. Её тело было покрыто множественными ранами, которые в будущем, даже если она сможет выжить, останутся уродливыми шрамами на её нежной коже.

Старый лекарь сделал всё, что было в его силах, пообещав Менхельскому, что через два дня она придёт в себя. Однако все сроки подходили к концу, а девушка так и не вышла из своей спальни. Постепенно беспокойство начало терзать его сердце, и он, набравшись решимости, зашёл в её комнату.

Люсия лежала на кровати, укрытая тонким одеялом. Её лицо было бледным, а губы чуть приоткрыты, словно она пыталась что-то сказать. Лорд улыбнулся, поняв, что девушка разговаривает во сне. В желание узнать её сокровенные мысли, он склонился над лицом Люсии, внимательно вслушиваясь в бессвязное бормотание.

— Где ты, Бэл? Вернись ко мне! – прошептала девушка, но для Менхельского эти слова прогремели как гром среди ясного неба.

В ту же секунду он вылетел из комнаты, готовый разорвать любого, кто встанет на его пути. Мысли путались в его голове, но он уже решил, что не отдаст Люсию никому.

Сейчас он уже усмирил свои эмоции. Внутренний шторм утих, и на его лице вновь легла непроницаемая маска. Он был самим собой — спокойным, властным и несокрушимым. Взгляд лорда стал ясным и проницательным, как будто он мог видеть сквозь людей и ситуации, предугадывая каждый шаг.

— Хорошо, – сказала Люсия, выдернув Менхельского из его мыслей, – я составлю вам компанию, как только вы покинете комнату, и я смогу одеться.

Он в недоумении уставился на девушку. О чём это она? Однако оглянувшись по сторонам, он понял, что всё ещё стоит в комнате Люсии. Лорд кивнул девушке в знак согласия и быстрым шагом вышел из спальни.

— Можно подавать ужин, – отдал он приказ слуге, ожидавшего его в коридоре.

⃰ ⃰ ⃰

Люсия внимательно вглядывалась в зеркало. В отражении на неё смотрела худая, уставшая девушка с тёмными кругами под глазами. «Боже, на кого я похожа?» – прикрыв лицо ладонью, спросила себя Люсия. Она бы сейчас всё отдала, лишь бы оказаться дома, а не ужинать с этим ужасным человеком.

Каждый раз, когда она думала о лорде Менхельском, в её сердце разгоралось пламя ненависти. Он был символом всего, что она презирала: высокомерия, жестокости и безразличия к страданиям других. Как же она могла оказаться в такой ситуации?

Девушка глубоко вздохнула, стараясь успокоить сбившееся дыхание. «Не поддавайся его манипуляциям», – шептала она себе, но уверенности в этом не было. В её голове крутились образы: его холодный взгляд, самодовольная улыбка, когда он говорил о своих планах.

Люсия знала, что не может позволить ему взять над собой верх. Она должна быть сильной, даже если это означало притворяться, что всё в порядке. Девушка вспомнила о том, как её мать всегда говорила: «Сила не в том, чтобы не чувствовать, а в том, чтобы уметь контролировать свои чувства». Эти слова звучали в её голове, как мантра, и она старалась следовать им, несмотря на нарастающее волнение.

Собравшись с мыслями, Люсия отвела взгляд от зеркала и направилась к двери, где её уже ждал слуга, готовый проводить девушку в зал, где уже накрыли ужин.

Лорд Менхельский сидел во главе стола, его фигура казалась величественной и угрожающей одновременно. Он был одет в тёмный костюм, который подчёркивал его статность, а глаза, как всегда, светились холодным блеском. Люсия почувствовала, как по спине пробежал холодок.

«Не показывай ему слабость», – повторяла она про себя, подходя ближе. Каждый шаг давался ей с трудом, но ей удалось заставить себя улыбнуться, когда их взгляды встретились. Его улыбка в ответ была отчуждённой, как будто её появление мешало по-настоящему насладиться трапезой.

— Как вы себя чувствуете? – спросил лорд, внимательно глядя на девушку.

Люсия сделала шаг к столу, стараясь не выдать своего смятения. Она опустилась на стул, чувствуя, как его взгляд пронизывает её до самой души.

— Хорошо! Спасибо за заботу, – стараясь говорить непринуждённо, произнесла Люсия.

— Приятно это слышать, – сказал Менхельский, потянувшись за бутылкой дорогого вина. Бордовая жидкость, тягучей массой медленно заполнила бокал, отражая свет свечей, которые мягко освещали комнату. – За ваше здоровье.

Лорд протянул Люсии бокал вина, и девушка приняла его, надеясь, что руки её не предадут. Игнорируя традиции, Люсия сразу сделала большой глоток, ощущая, как тепло распространяется по её телу. Что ни говори, а вкус у Менхельского был потрясающий. Девушке ещё ни разу не доводилось пить что-то подобное.

И именно в тот момент, когда напряжение в комнате постепенно начало спадать, к лорду быстрым шагом подошёл слуга.

— Господин, – взволнованным голосом произнёс он, – Вы просили доложить, как только будет установлена личность тех двух простолюдинов, что напали на ваших людей.

— И?.. – ожидая продолжения, лорд грозно посмотрел на него, всем своим видом показывая, что если новость не стоит его внимания, то он строго накажет нарушителя.

— Один из них лорд Чарльз Филипп Йорк Таринстон младший. Ваш сын, – дрожащим голосом проговорил слуга, и глаза Менхельского покрыла тёмная пелена.

— А второй? – спокойно спросил лорд, но в его словах чувствовались металлические нотки.

— Бэливер из Лочленда, за которым ведёт охоту господин Клим Чупилок.

Гертруду била мелкая дрожь. Она рыдала у меня в объятьях и никак не могла успокоиться. Время от времени девушка пыталась вырваться из моих рук. Гера продолжала бить в моё плечо хрупкими ладошками, но я никак не мог позволить ей вырваться. С таким даром, только на одних эмоциях, девушка могла такого натворить, о чём потом бы очень жалела.

— Я же могу перемещаться во времени. Я могу всё изменить, – причитала девушка, подтверждая мои опасения. Гертруда корила меня за то, что не позволяю вмешаться в судьбу Ино.

На какой-то момент я даже поверил Гере, задумавшись над её словами. И всё же стоило мне только подумать, чтобы дать девушке шанс, как перед глазами встала новая картина. В изменённом прошлом, Гера бросится на меч Урса и погибнет сама. Возможно, это лишь моё воображение, но проверять желания не было.

— Нет, – возразил я девушке, – я не верю, что Ино можно так просто убить.