– Очнулась? – спокойно произнёс я. – Меня зовут Артем, князь Николаев. – Я обозначил свой титул и сразу же добавил: – Я целитель.

Как известно, целители – это уважаемая каста, пользующаяся всеобщим доверием. Облегчение, промелькнувшее на лице девушки, служило тому лучшим подтверждением.

– Слава богам! – прошептала она. – Где я?

– В гостинице небольшой деревни, в нескольких часах езды от замка, где вас нашли… Вы сейчас… – я запнулся, раздумывая, как представить её. – Гостья старшего сына герцога Адамадова… Руди.

И снова я услышал её:

– Слава богу! Я уже не надеялась добраться до Восточного Предела живой! Но что случилось с теми, кто меня преследовал в замке, и… – она понизила голос. – С моим братом?

– Ваш брат мёртв, – я решил не скрывать правду. – Он совершил глупость, напав на нас, и поплатился за это жизнью. – Упоминать, что именно я убил его, я не стал. – Вместе с ним погибли ещё двое наёмников, а один был взят живым. Остальным удалось скрыться.

Известие о смерти брата не вызвало у девушки печали. Напротив, услышав о его гибели, она отреагировала с явным облегчением:

– Собаке – собачья смерть… Он всю жизнь был отмороженным! Верный пёс своего отца!

– А вы, значит, другая, – заметил я. – Ведь не просто так они устроили за вами настоящую охоту, желая вернуть назад… Я правильно понимаю, что ваш отец всё-таки выжил, обманув всех и инсценировав свою смерть в замке?

– Я вижу, ты сам все понял, – произнесла полуэльфийка, в ее голосе звучала усталая констатация факта.

– Что ж, – я пожал плечами. – Несложно догадаться, когда мертвецы, по идее, должны оставаться в могиле, а вместо этого воскресают один за другим… Так что же произошло в замке той ночью на самом деле?

– Отец воспользовался мобильным порталом, который хранился у него в сокровищнице, и вывел из замка большинство верных ему людей… в том числе и нас, его семью, – ответила она. – Пусть он и был редкостным мерзавцем, но семью свою ценил и любил по-своему. Перед тем, как маги герцога Адамадова обрушили свой удар, он приказал раздать всем наемникам на стенах лучшее свое вино… с щедрой примесью дурман-травы. А всю челядь, которую он не планировал забирать с собой, его верные воины просто закололи. Затем, дождавшись огненного удара, они подожгли запасы земляного масла, которым предварительно облили весь двор и коридоры замка… Отец учел все, кроме одного: что его собственный сын вонзит ему клинок в спину прямо у портала, прежде чем сбежать последним из замка… Я только недавно узнала правду обо всем что произошло в замке, случайно подсушив разговор своих братьев, после чего решилась на побег…

Ошеломляющая, шокирующая правда семейных взаимоотношений!

Если верить словам этой женщины, семейство графа – не что иное, как клубок ядовитых змей, сплетенных в смертельном танце. Но прежде чем я успел облечь обуревавшие меня мысли в слова, тишину коридора разорвал приглушенный, полный ужаса вскрик. Дверь распахнулась с яростным, почти звериным рывком, и в комнату ворвались трое теней, закутанные в плащи, а в руках их зловеще сверкнули короткие клинки.

***

Артем.

Все произошло молниеносно, времени обнажить клинок просто не оставалось. Пришлось импровизировать с первых же секунд. И первым, что встретило ворвавшихся убийц – а кем еще могли быть эти трое в плащах? – стал табурет, еще мгновение назад служивший мне сиденьем.

За спиной запоздало вскрикнула полуэльфийка, но сейчас мне было не до нее.

Первый из нападавших, словно тень, уклонился и продолжил свое скольжение ко мне. Его плавные, быстрые движения напоминали танец на льду. Идущий следом отбил табурет в сторону, но эта мимолетная заминка подарила мне драгоценные мгновения. А вот первый уже был рядом, замахиваясь коротким, изогнутым клинком, на котором зловеще поблескивала синяя слизь – наверняка яд.

Мысль промелькнула в голове, но тело уже действовало на одних рефлексах.

Парирую удар левой рукой, защищенной наручем, одновременно ныряя правой за руку противника и, поймав момент, когда та еще согнута, резко соединяю свои кисти. Хруст ломающихся костей пронзил тишину. В мгновение, когда ошеломленный болью убийца застыл в прострации, перехватываю его же нож и с силой вонзаю его ему в грудь. А затем толчком отправляю тело обратно, и пока ошеломленные товарищи на миг замирают, споткнувшись о мертвое тело, я наконец выхватываю свой клинок. Встречаю оставшихся двух убийц, уже полностью готовым к бою, не упускаю из виду их зловеще поблескивают ядовитой синевой, клинки.

Клинок в моей руке описал смертоносную дугу, отбивая первый удар. Второй убийца попытался обойти меня с фланга, но я уже был готов к этому. Резким выпадом заставил его отступить, не давая возможности для атаки. Синие отблески яда на клинках противников напоминали о смертельной опасности, таившейся в каждом их движении.

Второй убийца оказался проворнее первого. Eго клинок, казалось, танцевал вокруг моего тела, то и дело норовя вонзиться в незащищенное, на его взгляд место. Вряд ли он даже догадывался, что моя, с виду обычная куртка имеет кольчужную подкладку.

Парирую, уклоняюсь, ищу брешь в его обороне. Полуэльфийка за моей спиной снова тихонько и испуганно вскрикнула, но я, сейчас, не мог позволить себе отвлечься. Слишком многое стояло на кону.

Первый оправился от толчка и вновь ринулся в атаку. Теперь нас было трое: я против двух убийц, одержимых жаждой крови, и тело их павшего товарища, лежащего у наших ног.

Резкий выпад, обманное движение, нырок под клинок – и вот я уже за спиной одного из убийц. Мой клинок вонзается в его спину, и тот безмолвно оседает на пол. Второй убийца, видя гибель своего товарища, издает яростный вопль и бросается на меня с удвоенной яростью.

Я отбиваю его удар, уклоняюсь от следующего и контратакую. Наш бой превращается в яростный танец смерти. Клинки скрещиваются, искры летят во все стороны, и я чувствую, как капля пота скатывается по моему лбу.

Адреналин захлестнул меня с головой, чувства обострились до предела. Я видел каждое движение противника, каждый отблеск яда на его клинке. Слышал шум собственного дыхания и приглушенные стоны полуэльфийки за спиной.

Убийца наседал, его ярость придавала ему сил, но делала его движения предсказуемыми. Он атаковал грубо, прямолинейно, не заботясь об обороне. Я принял его натиск, отступая шаг за шагом, заманивая в ловушку.

И вот он клюнул. В его взгляде мелькнула жажда крови, руки занесли клинок для решающего удара. В этот момент я и нанес свой удар – быстрый, точный, смертельный. Клинок вошел точно под ребра, пронзив сердце.

Убийца застыл с немым удивлением на лице, его глаза наполнились пониманием, а затем – пустотой. Он рухнул на пол, словно подкошенный, рядом с телами своих товарищей. Тяжело дыша, я окинул взглядом поле боя. Три трупа, лужи крови, перевернутая мебель – вот цена моей свободы. Но бой окончен. Клинок все еще сжимал мою руку, готовую к следующему сражению, но сейчас вокруг царила лишь тишина.

Бросив мимолетный взгляд на гостью, я убедился, что с ней все в порядке. Лишь испуганная, она забилась в угол комнаты, словно загнанный зверек. Хотелось бы сказать ей пару успокаивающих слов, но времени на это не было – кое кому сейчас ой как нужна была моя помощь.

Где-то в коридоре нарастал топот приближающихся шагов, но, не дожидаясь их, я ринулся прочь из комнаты. В тени коридора, у моих ног, лежал молодой парень. Лицо его посинело, но, слава небесам, он еще дышал, пусть и хрипло, прерывисто.

Не теряя ни секунды, я приступил к исцелению.

Первым делом – очистить кровь, остановить распространение яда. Задача не из легких. Нужно не только удержать пагубное влияние токсина, отравляющего и без того слабое дыхание парня, но и следить за раной, нанесенной, к счастью, не в жизненно важный орган.

Вокруг меня мелькали какие-то тени, чувствовалась суета, но я не обращал на них внимания. Мир сузился до размеров этого коридора, где мы были только вдвоем: я и умирающий у меня на руках парень, которого я был полон решимости спасти. Сейчас в моем распоряжении было лишь одно лекарство – моя магия исцеления. И это, как ничто другое, было самым мощным средством, нужно было лишь правильно его применить, точно рассчитать каждый импульс, чтобы вернуть его из тьмы.