Мы очень много и между собой дрались, особенно молодые. Всегда найдется из-за чего. Командиры иногда уезжали в короткий отпуск к родным. К некоторым, часто приезжали их дамы сердца или просто красотки. Вот тогда начиналась настоящая война… — Рак улыбнулся воспоминаниям. Но темные брови тут же сошлись. — И однажды к командиру полка приехала красавица-дочь. Дома слишком мало еды и денег, чтобы оставаться. А для армии отбирают самое лучшее. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что я буду служить ей всю жизнь, и она ответит взаимностью. А к вечеру того же дня Бастен спьяну сделал этому ангелу предложение. И ее отец тоже был, наверное, не в себе, если согласился. Хотя, его можно понять: герцог, кузен короля… тварь!.. — сквозь зубы глухо добавил Рак, не сумев сдержать чувства. И тут же спокойно продолжил:

— Маринелла отказалась, естественно. Главнокомандующий так широко известен своей галантностью, что девушка за несколько часов пребывания у нас твердо поняла, от чьих глаз следует держаться подальше. Я только приехал, ничего не знал, просто услышал крик. Тут же столкнулся с ее отцом, который заверил, что всё в порядке. Пришлось без приглашения влезть в окно и разукрасить главнокомандующему всю физиономию. Потому что слов вызова на поединок он в запале не понимал.

Мы договорились встретиться через час. Я успел отправить Маринеллу в селение, которое мы недавно прошли, в трактир, под защиту братства. Ничего другого в тот момент не придумал, не догадались бежать вместе. Но у меня поединок… и я присягал королю… Когда вернулся, Бастен ждал меня на пустыре. Не один, с отрядом своей личной гвардии. Может, он рассчитывал арестовать меня мирно или тихо убить, но не получилось. Я устроил грандиозный шум. Сбежались другие, началась общая свалка. Наутро королю доложили, что Бастен нашел предателя в королевском военном совете. Я — шпион, и поэтому отсутствовал, а вовсе не ездил в дозор. Это я напал на девушку, а герцог ее героически защищал…

Отец подтвердил. Они ещё много чего придумали. Хватило бы на три смертных казни. Король не поверил, но нашлись свидетели. И вся армия находилась в прямом подчинении Бастена, что Бальд мог сделать? Только оставить в живых. В общем, лишили меня рыцарского звания, объявили отступником, не позволили драться с каждым по очереди, отстаивая свою честь, перед всеми сломали меч и отправили в рядовые. Ещё полгода герцог и его прихвостни устраивали мне веселую жизнь. Каждый день приезжали посмеяться и придумывали боевые задания посложнее. А когда и этого стало мало, донесли, что я нарушил присягу и пытался сбежать. Я не раз думал об этом, но не решался. А уж если всё равно объявили беглым, что терять? Получить пару сотен плетей и перейти в полк рабов совсем не хотелось!

Дик с пониманием двинул бровью.

— Ты сразу вступил в братство?

— Да. Я искал Маринеллу. И когда нашел, уже стал рыцарем дороги. Но пока не закончится война, мы не можем жениться без благословения ее отца. Или, пока его не убьют. Иначе она никогда не сможет вернуться домой, боясь навлечь позор на семью. Знаешь, что самое смешное? Герцог Бастен сегодня здесь, на турнире. Похоже, король отправил кузена подальше, дав командование армией кому-то другому. Если Всевышний на моей стороне, он даст мне поквитаться с этим гадом в открытом бою, и наш поединок, с которого он сбежал, состоится!

— Надеюсь, тебе повезет.

Снаружи ударил колокол.

— Кто здесь забивает юным рыцарям головы всякими сказочками о мести и военных походах? — в шатре появились ещё дюжина рыцарей братства в разноцветных костюмах маскировочных дорожных цветов. — Дик? Будем знакомы, — они по очереди обменивались приветствиями с новичком, смеялись, подтрунивали над изящными манерами Рака, их мечи звенели и вспыхивали в полумраке, когда на них падал луч солнца от входа.

— Что тебе нужно для боя? — деловито спросил пожилой рыцарь, похоже, не сразу нашедший своей призвание в жизни, но найдя, больше он с пути не сворачивал. Его звали Колин и остальные относились к нему с почтительным уважением, ведь он самый опытный, прошел больше трехсот ежегодных турниров и хорошо знал саму королеву братства.

Дик ответил, что доспехи и меч у него есть, что ещё надо?

— Если тебя внесли в список, оружие у тебя в порядке, то лучше на время стань гостем, а не участником, — посоветовал Колин. — Им куда веселее! До начала ещё много времени, погуляй. Ты "жестянок" уже видел близко? Один к их шатрам не ходи.

— Не пойду. Насмотрелся, — ответил Дик. — А чем будут драться воины леса?

— Чем угодно, — хмыкнул самый широкоплечий, Эрл. От его присутствия огромный шатер сразу казался намного меньше. — Кто мечом и кинжалом, кто боевыми хлыстами. Видел? Их именное оружие по желанию превращается во что захотят, хоть в щит, хоть в плетку, хоть в дубину с шипами… "Жестянки" на своих турнирах тоже любят менять оружие, а на нашем, не успевают! — Эрл засмеялся, его поддержали другие. — Колин прав, что сидеть на месте? Иди, погуляй. Тоже бросим вещи и разбежимся. Кроме Рака, наверное!

— Я вам сторожем нанимался? — фыркнул Рауль.

— А куда ты пойдешь такой? Оденься прилично, вдруг герцог увидит! Или думаешь напугать его сверканием голых пяток?

— Бран, и ты, Эрл, дождётесь! — лицо Рака приобрело тот же оттенок, что и доспехи.

— Не дождемся! — хохотали два медведя в зеленой и черной шкурах. — Ты пока с одним врагом разберись, а мы займем очередь на кровную месть!

Рауль весело хлопнул их по плечам и пошел за костюмом, ластиковая одежда сохла так же быстро, как живая кожа. Дику было хорошо здесь. Но хотелось найти знакомых и, пока есть время, что-то перекусить.

______________________

Шатаясь по верхнему краю чаши над полем, Дик заглядывал на прилавки торговцев. Рассматривал великолепные шитые золотом гербы и флаги: многие прекрасные дамы покупали такие, чтобы поднимать их в поддержку любимых воинов. Наибольшим спросом пользовались дешевые, из бумажной ткани или крапивного шелка большие флаги на длинных тростях. Серебристые, серо-голубые, серо-зеленые квадраты с гербом леса и разных его земель. Красные флаги квадратные и треугольные: с кистями, с бахромой, со львами, драконами и коронами нарисованными серебром или золотом. Бесконечно длинные треугольные вымпелы с двумя языками, изумрудным и золотым, с зубчатым колесом — словно солнце лучами к центру, и змейкой дороги. Всё это великолепие стоит по десять медных грошей и доступно любому гостю.

Дик с большим интересом наблюдал за прекрасными дамами. Многие из них тоже в братстве, а таких он прежде не видел. Платья знакомые, но лица и оживленные разговоры ничем не напоминали фей или придворных красавиц.

— Даже не представляешь, Лили, какой он хорошенький! С меня ростом: тис, полировка, на рожках резьба с позолотой, тетива — волос единорога!

— Умора! И сколько?

— Полста! Три дюжины стрел в придачу, колчан вышит бисером…

— Хоть попробовать дали?

— Да!.. Таким можно выбить пятнадцать из десяти! Можно даже вообще не стрелять, только возьмешь в руку…

— Ах!.. Ты пробовала торговаться? Глазки строила?

— Строила! Сорок пять! Не дождусь, когда будет состязание, выбью все возможные призы и куплю!

— Может, господин рыцарь подарит?

— От него дождешься! Он хочет купить кинжал. Лесной, с изумрудами, представляешь? Как будто я против! Но ведь это же верных двести, а то и больше! Где он своим мечом столько заработает? Выйдет в десятку?

— А, думаешь, нет?

— Не выйдет. Сегодня ого-го сколько народу, кто умеет сражаться по-настоящему. Надо было ехать на королевский турнир, постучать по "жестянкам". Там бы тысячу золотых на зиму легко сколотили. Но какой лук… м-м-м!… Без него не уеду!

Две подружки оглянулись на Дика и прыснули, поспешно ныряя в толпу.

Возле другого прилавка живо обсуждался вопрос, правда ли, что на турнире появится сама королева братства?