Мобильный магический артефакт связи пискнул, требуя моего внимания. Зовут на ковер. Я оторвался от окна, опустился в кресло и приподнял крышку стола. На зеркальной поверхности тут же возникло личико моей… Императрицы! Без приветствий и светских любезностей она сразу взяла быка за рога:

– Ника уже выехала? – целую неделю мы не общались, можно было бы хоть из приличия спросить о моем здоровье. В другое время я бы даже обиделся, но сейчас было не до этого.

– Все в порядке, они выехали три дня назад, – успокоил я мать моих дочерей. – Думаю, через пару недель будут в столице.

Она бросила на меня странный взгляд и требовательно произнесла:

– Что-то произошло за эти дни? Ты какой-то напряженный и хмурый.

Скрывать правду не имело смысла, да я и не собирался.

– Во время их путешествия кое-что произошло… – начал я и рассказал ей все, что узнал сам: о письме сына, о покушении на дочь графа, о полуэльфийке, сорвавшей планы убийц.

Сиона молчала, лишь изредка кивая. Она умела слушать и молчать, когда это было необходимо. Я выложил все подчистую, о полуэльфийке, о ее матери и последствиях того визита.

– Да, ситуация неприятная, – довольно спокойно произнесла Сиона, когда я закончил. Внешнее спокойствие обманчиво. Я знал, что сейчас в ее голове лихорадочно плетутся планы и выносятся решения.

– Где сейчас твоя гостья? – спросила меня Императрица. В ее голосе звучало напряжение, предвещавшее бурю.

– Я укрыл её в подземелье, в самом сердце Города Пауков. Туда не дотянется ничья рука, и оттуда ей никуда не деться, – ответил я Сион, стараясь сохранить невозмутимость. – Честно говоря, пока не знаю, как с нею поступить… Но уж точно убивать не стану. – решительно заявил.

– Насколько ты доверяешь её словам? – вновь вопросила мать моих дочерей, вглядываясь в мое лицо, словно пытаясь прочесть мои мысли.

– Тебе ли не знать о моём даре отличать правду ото лжи? – мой голос был тих, но тверд. – Она не солгала мне.

– Скверно, – Императрица не сдержала вздоха. – Было бы благом для всех, окажись это ложью… – в ее глазах мелькнула тень усталости. – Теперь мне придется вплотную заняться всеми родами, связанными с эльфами, и теми немногими, кто еще обитает в нашей империи… Если подтвердится их причастность к интригам за нашей спиной, мы навсегда захлопнем дверь примирения.

– Я понимаю, – вздохнул я в ответ. – Скажи… – внезапно спросил я, – а что твоя провидица? Неужели она не предвидела этих событий? Начиная с покушения на нашу дочь… Прежде, она часто предостерегала тебя от подобных опасностей?

– Она не всеведуща, – со вздохом ответила Сион. – Некоторые грядущие события она видит лишь как осколки калейдоскопа, как неясные образы, ускользающие от понимания. Такие видения она не способна «прочесть», хотя и докладывает мне о них. Покушение на нашу дочь предстало перед ней как несколько разрозненных картин: меч, куст алой розы и пламя… И ещё, с её слов она ощутила противодействие, словно некая сила пыталась оттолкнуть ее от этого видения… И последнее время такие разрозненные виденья стали постоянными

– Понимаю, – негромко проговорил я и кивнул. – Что же нам делать?

– Действовать осторожно, – просто ответила Сион. – С кланами и родами, связанными кровью с эльфами, нельзя переусердствовать… Я займусь этим лично. А вот с Ночной гильдией убийц… или как они себя теперь именуют, «ночные охотники», – она усмехнулась, – церемониться не стану. Если они забыли свое место, я им напомню…

В ее голосе прозвучала такая неприкрытая жестокость, что я невольно ощутил жалость к тем, на кого обрушится ее гнев. Моя любимая, когда это необходимо, могла быть беспощадной.

"Ночные охотники" всегда были головной болью для империи. Их теневые дела и связи простирались слишком далеко, а отбросы, готовые на все ради звонкой монеты, плодились быстрее сорняков. Теперь, с одобрения Императрицы, можно было развязать руки и действовать без лишних церемоний.

Разговор с Сионой вселил определенность, но не успокоил. Слишком многое оставалось неясным. Та эльфийка, непонятно, действует сама по себе или выполняя какой-то неясный план своих длинноухих сородичей, зреющее недовольство дворянство – все это звенья одной цепи, которую предстояло распутать. И самое главное – мотивы. Что двигало этой эльфийкой, зачем ей понадобилось вмешиваться в жизнь империи, ставить под угрозу хрупкий мир с другими расами? И кто стоит за ее спиной, кто дергает за ниточки, используя ее в своих грязных играх? И это при условии, что демоны, хоть и ослабли после закрытия демонических врат, что связывали их мир с нашим, слабее не стали и они все ещё представляют нешуточную угрозу.

В голове вертелись обрывки фраз, предположения, догадки. Нужно систематизировать информацию, составить план действий. Первым делом – допросить того пленного наемника, что участвовал в охоте на полуэльфийку… и пожалуй на этот раз с ним особо не церемонится. И хоть меня претили такие методы допроса, но в данном случае они были оправданы и необходимы. Необходимо выжать из него все, что он знает, каждую мелочь, каждое оброненное слово. Возможно, именно в этих деталях кроется ключ к разгадке.

Я нахмурился, погружаясь в размышления. Впереди – долгая и опасная игра. Но я не привык отступать перед трудностями. За мной – империя, моя семья, моя честь. И я сделаю все, чтобы защитить их от любой угрозы, будь то коварная эльфийка, алчные убийцы или кто-то еще, скрывающийся в тени.

***

Полуэльфийка, беглая дочь графа (недалекое будущее).

То ли пленница, то ли гостья, скованная невидимыми цепями, я парадоксально прижилась в этом подземелье. Вопреки всему, арахнидное царство начало мне нравиться! С Эмми, поначалу вызывавшей леденящий ужас, мы стали подругами. Ночные посиделки на мостике между двумя домами, я ждала с нетерпеливым предвкушением.

Герцог Адамадов, несмотря на ледяную маску, не внушал мне страха. Я была с ним поразительно откровенна, честно отвечая на все вопросы. Когда он коснулся темы моего отношения к отца моего ребенка, я без колебаний заявила – "Никак".

Он сам возжелал меня, решил вырвать из привычного мира. И я, признаться, не сопротивлялась. Это был приемлемый выход, более того, он казался спасением.

Трус… Обладая недюжинной силой, он трепетал перед отцом. И бежать к властям с повинной он не собирался. Его план – затаиться в Восточном Пределе, где у Гильдии Убийц не было влияния. Он и понятия не имел о моих намерениях. До сих пор с презрением вспоминаю миг нашего краха, когда нас настигли. Боже, до чего же он был жалок и напуган! Не пытаясь даже обнажить клинок, он рухнул на колени, моля о пощаде. Совершенно не похож на того целителя-блондина, с которым свела судьба. Вот кто был настоящим мужчиной, бесстрашным бойцом, чистым от упрека. Как легко и играючи он расправился с убийцами – это вызывало восхищение.

А потом – неожиданное знакомство со старшей сестрой по матери. Нет, внезапной сестринской любви не случилось, как и с её стороны. Мы и не знали о существовании друг друга. Но не стану лгать – встреча произвела впечатление. В ней сразу чувствовалась сила, независимость… Да и муж под стать – пусть и демонойд. Таких можно уважать и любить! Я не обмолвилась с ней и парой слов, но перед тем, как меня увели в сторону гор, она бросила мне в спину:

– Что ты будешь делать с ребенком?

Я не знала. Честный ответ – не знаю.

И тогда она произнесла:

– Если он тебе не нужен, я заберу его себе… Дети не должны отвечать за ошибки родителей!

Её слова врезались в память, словно высеченные на камне. Она права. Вечерами, гладя наметившийся животик, я думала о том, что, возможно, она права. Ребенок не должен нести бремя чужих грехов. Но уверенности до конца не было.

Глава 3_ Графство Эрнест.

Артем.

Деревня… или всего лишь город, уменьшенный до размеров мечтательной тоски?