— Вам доступен призыв союзника. Настоятельно рекомендую им воспользоваться. — Я снова тупил и никак не реагировал. Да и чем мне поможет какой-то там призрачный союзник?

— Дебил! — голос и тон внезапно изменились, и я узнал богиню Шутницу. — Сдохнуть собрался?! Давай делай, как я тебе велю! Призывай союзника. Быстрее, не тупи!

— Как мне его призывать-то? — мысленно и раздражённо ответил я.

— Вверх каком! — рассердилась Шутница. — Скажи вслух: призываю призрачного союзника, и всё! Остальное я сама сделаю.

— Призываю призрачного союзника, — чувствуя себя идиотом, громко гаркнул я.

— Исполнено! — торжественно ответила богиня. — Получи и распишись, и не забудь меня потом поблагодарить…

И…

Прямо подо мной вспыхнула пентаграмма метров десять в диаметре, где на краю сначала заклубился туман, а потом на его месте появился… появилась… ЗСУ «Шилка». Я даже обалдел, особенно когда сбоку на борту увидел до боли знакомый цифровой номер «126».

— Мать моя женщина! — только и смог вымолвить я, глядя на этот отголосок моего прошлого. Вот только эта «Шилка» рябила и сразу было понятно, что она не настоящая, а иллюзорная, похожая на голограмму. И тут люк мехвода открылся, и из боевой машины появилась голова в танковом шлемофоне. Знакомая голова, с лицом, которое я никогда не смогу забыть.

— Привет, братан, — белозубо улыбнулся мехвод. — В интересное же ты место попал.

— Артур! — это имя само собой вырвалось из моего охрипшего горла.

— Ну да, это я, — ответил он, полностью вылезая из ЗСУ. — Давно не виделись, братан!.. Прости, обнять тебя не смогу, — с сожалением произнёс Артур, чьё тело также призрачно колыхалось, указывая на тот факт, что здесь он был не совсем в живом состоянии.

— Прости, — тихо произнёс я, и из моих глаз потекли слёзы.

— За что, братан? — удивился тот. — Что за глупость ты несёшь?

Я встретил этих ребят на раритетной «Шилке» в первые дни своего пребывание на этой новой войне с возродившимися последователями Бандеры. С теми его потомками, для которых он стал героем, таким же, как для меня был Юрий Гагарин. Но у каждого поколения, как говорится, свои герои, и это как показатель целого народа… Ну да ладно.

Ребята со «126» в прошлом являлись дезертирами из армии Незалежной, и сбежали они вместе с этим самым агрегатом ещё в самом начале, как там у них это называлось… АТО! Сбежали и примкнули к ополчению Донбасса. И с тех пор они не расставались со своей «Шилкой». Сначала прикрывали позиции ополченцев, а потом работали исключительно по дронам.

Артур среди них был самый весёлый. Он ещё хвастался мне, показывая свою физию на сайте «миротворец», с гордостью мне говорил, что вот оно — признание от украинской власти. А через полгода нашего с ними знакомства их «Шилку» спалили дроны-камикадзе. Более десяти прилётов в уже подорвавшуюся на мине ЗСУ. Я сам видел, в каком состоянии она тогда находилась. И тем не менее Артур ещё был жив тогда, когда я с группой прикрытия добрался до «Шилки». Обожжённый, израненный, но живой. Помню, как тогда гнал на багги, уворачиваясь от дронов, в сторону госпиталя, вёз Артура. Помню, как на руках заносил того в палатку и орал на врача, а потом с этим врачом, в качестве его ассистента, оперировал Артура. И всё равно он умер прямо под скальпелем…

И вот сейчас я глядел на НЕГО…

— За что, брат, ты просишь у меня прощения? — снова спросил он. — Это я должен сказать тебе СПАСИБО! Ведь я ВИДЕЛ, как ты старался меня спасти. И за это спасибо! — он вздохнул. — Я бы ещё с тобой поговорил. Но у нас очень мало времени… Гости уже на подходе, а нам всего полчаса времени отведено. Так что удачи тебе, брат! Иди, и спасибо тебе от всех нас! — Сказав это, он снова полез на своё место мехвода, на прощание махнув мне рукой. А я чуть ли не силой заставил себя идти.

— Уходим, — всё тем же хриплым голосом сказал я и подтолкнул молчавшую Нику вперёд. — Ну, что стоим? — рявкнул я на остальных. — Нам полчаса времени выиграли только что!

Никто, и я был им за это благодарен, ничего мне не сказал.

А уже когда мы заворачивали по тропе за скалу, я оглянулся, чтобы увидеть появившихся огромных чёрных волков и повернувшую в их сторону все четыре своих ствола «Шилку». И вот она, вздрогнув всем своим призрачным корпусом, «заговорила» на своём языке.

Может быть, она и была призрачной ЗСУ «Шилкой» без личного имени, только с цифровым обозначением «126», но волков она разрывала просто на загляденье. Те выбегали на неё, а она их рвала, жестоко и беспощадно.

После я снова услышал в голове голос Богини:

— Мог бы хотя бы попрощаться с ними по-человечески, — укорила она меня. — Заткнись! — огрызнулся я в ответ… И неожиданно она промолчала.

***

Ника…

Ну вот и всё, — промелькнула мысль. — Мы так старались, но, похоже, всё закончилось в шаге от нашего спасения… Даже обидно!

Ещё обидно то, что я не могу как следует применять магию, так как мой резерв не восстановился.

Но как ни странно, в этот момент я даже и не боялась.

Тёмные гончие были слишком свирепыми тварями. По одной с ними ещё можно было справиться, или по крайней мере попытаться. Но они никогда не ходили по одной особи. А встречу с сотней гончих не сможет пережить ни один герой. По крайней мере я даже историй таких не слышала. Поэтому у четырёх воинов и кузнеца даже шансов на успех не было, ни единого.

И тут Артём нас всех удивил.

Я так и не поняла, что он сделал такого и кого призвал тот неизвестный мне магический круг вокруг пентаграммы переноса. Да я и пентаграмм таких даже в учебниках по запретной магии никогда не видела. Тем более я не слышала, чтобы можно было за мгновение из нечего создать настолько мощный магический круг призыва. Такого количества маны зараз ни один подобный круг собрать был не в состоянии. А этот возник прямо у нас под ногами, уже имея огромное количество маны, необходимой для призыва.

На краю пентаграммы появилось нечто… Я даже не знаю, что это было. Но это что-то было не живое. Вернее, ОНО находилось в другом измерении, из-за чего походило на некачественно сделанную низкосортную иллюзию… Но, как оказалось, Артём знал, что это! И лично знал человека, который появился из той штуки из металла.

Разговор Артёма и этого Артура был недолог, но на каждого он произвёл сильное впечатление. Да, собственно, и не сам разговор, а выражения лиц обоих. Те эмоции, что мелькали на них, даже описать невозможно… Они просто были сильными!

Артём тоном, не терпящим возражений, приказал всем уходить. На мгновение я даже подумала, что он останется, но он пошёл с нами. А потом я мелком увидала, как та металлическая громадина, издавая очень громкий грохот — «бу-бу-бу», только во много раз быстрее, — стала как ни в чём не бывало уничтожать появившуюся на тропе стаю демонических волков, у которых, попросту не было шанса.

Мы ещё какое-то время слышали это отражающееся от гор громогласное «бу-бу-бу», а потом всё стихло.

Ни через полчаса, и даже ни через три, волки нас так и не потревожили, зато мы увидели стены старой пограничной крепости, с которой тут же заметили и нас. И ещё до того, как мы приблизились и успели хоть что-то крикнуть, небольшие ворота крепости приоткрылись, и отряд тяжёлых латников, взяв нас в кольцо, отвёл в крепость, где нас тут же встретил старый комендант крепости и папин боевой товарищ, который даже не пытался скрыть своей радости от моего появления.

Ну, можно сказать, на этой самой ноте наше отчаянное путешествия по землям демонов подошло к концу. Комендант тут же отослал весточку с почтовым голубем в Восточный Предел, а нам наконец-то удалось впервые за несколько дней нормально отдохнуть на мягких постелях и в полной безопасности.