Может ли за всем этим снова стоять знакомая мне и крайне вредная, и падкая на… не смешные шутки, богиня? – подумал я. Вполне возможно, учитывая то, сколько раз она уже вмешивалась в мою жизнь. Но какой-то внутренний голос настойчиво шептал, что конкретно в этом случаи она не причем.

Взгляд скользнул к мечу. Холодная сталь – единственный верный друг в этом змеином клубке. Он не предаст, не обманет, не будет плести интриги за спиной. С ним я чувствовал себя увереннее, готовым к любым неожиданностям. А их, судя по всему, будет немало.

Наконец, тяжесть усталости взяла свое. Провалясь в беспокойный сон, я увидел лица. Сиона, с пронзительным взглядом, полным властной решимости. Ника, с печальными глазами, полными какой-то невысказанной тоски. И я, в центре этого водоворота, пытающийся удержать равновесие, не утонуть в чужих амбициях и желаниях. А под конец, мне почему-то привиделась Юнна. Эту вторую принцессу я только что повстречал, но что-то в ней меня сильно притягивало… возможно дело было в её груди, которая своими размерами не уступала размеру груди моей подопечной...

***

Юнна.

Я не ожидала, что приезд сестры вызовет во мне такую бурю чувств. Словно воссоединилась половинка моей души, потерянная шестнадцать лет назад. Мне хотелось обрушить на неё водопад слов, расспросить обо всём на свете… Поэтому мы и провели эту ночь вместе, в одной постели, – и не нужно никаких пошлых домыслов! Мы просто разговаривали, до самого рассвета, пока первые лучи солнца не заглянули в окно. Естественно, рано или поздно разговор коснулся спутника моей сестры.

– Ты в курсе, что мама уже присматривает его тебе в мужья? – осторожно поинтересовалась я.

– Ну… тем даже проще, – беспечно отмахнулась Ника. – Это значительно облегчит мои планы по его обольщению.

– У тебя уже есть план?

– Я решила не торопить события, – после небольшой паузы ответила она. И в этой медлительности чувствовалась растерянность, её внезапная неуверенность в том, как покорить сердце возлюбленного. Что ж, я её прекрасно понимала. В моём собственном опыте общения с противоположным полом зияла настоящая пропасть.

В памяти всплыл взгляд Артёма, скользнувший по мне, там, возле кареты в момент моей встречи с Никой. Он видел меня почти обнаженной, в одной ночнушке, и эта картинка смущала до глубины души. Почему-то рыцари, сопровождавшие сестру, не вызывали во мне ни малейшего трепета, а вот парень Ники, словно заноза, засел в голове. Блондин с пронзительными голубыми глазами… В его облике чувствовалась внутренняя сила, надежность, – не зря же сестрёнка положила на него глаз.

И эта навязчивая мысль никак не хотела отпускать.

– Расскажи мне о нем, – попросила я, сдавшись. – Чтобы я могла составить о нём хоть какое-то представление.

И Ника начала свой рассказ.

Из её слов становилось очевидно: она безумно влюблена в своего телохранителя. И меня внезапно пронзила острая, щемящая зависть, смешанная с грустью. Я тоже хотела себе такого парня!

Ника говорила о нём с таким восторгом, что я невольно ловила каждое её слово. Она описывала его как храброго, доброго и невероятно внимательного, вспоминала, как Артём приходил ей на помощь, восхищалась его чувством юмора и умением поддержать в трудную минуту. Чем дольше я слушала, тем сильнее разгоралось моё любопытство к этому загадочному человеку – и тем острее ощущалась собственная, непроглядная одинокость.

***

Ника.

Из-за ночных бдений, плавно перетекших в утренние не́ги, пробуждение наступило почти в полдень. И тут словно гром среди ясного неба: Юнна сегодня отбывает в Академию, и сборы должны были завершиться уже давно.

Впрочем, паники не наблюдалось. В запасе оставалось целых три часа, да и чемоданы сестры давно ждали своего часа. Единственная моя просьба – взять с собой домовых, Нафаню и Кузю, мирно дремлющих в своей корзинке-переноске. Маленькие хранители очага, когда не заняты делом, погружались в подобие летаргии, ожидая нового задания или пробуждения от руки хозяина. Так и наши мохнатые друзья уснули еще в самом начале нашего путешествия в столицу.

Увидев их, Юнна пришла в неподдельный восторг.

– А можно их погладить? – пролепетала она, с умилением глядя на пушистые комочки и робко надеясь на согласие.

– Конечно, можно, – разрешила я и тут же предостерегла: – Только осторожно.

Наблюдать, как сестренка кончиком пальца едва касается каждого домовенка, было до смешного трогательно. Неужели и я когда-то была такой же, при первом знакомстве с этими милыми созданиями?

Затем последовал… поздний завтрак… или ранний обед – как посмотреть. Выбравшись из комнаты сестры, мы нос к носу столкнулись с явно встревоженной горничной, спешившей к нам с важным известием.

– Госпожа Ника, – обратилась она ко мне. – Ваш спутник…

– Господи, – перебила я, не дожидаясь объяснений. – Только не говори, что он и здесь успел кому-то набить морду?

Горничная на мгновение потеряла дар речи.

– Что? Нет, никого он не бил… – замотала она головой.

Сестра бросила на меня быстрый взгляд и поспешила успокоить девушку.

– Ника шутит… Так что случилось? – потребовала Юнна.

– Ваш наставник… – взгляд на сестру. – Командир Императорской гвардии.

Напомню – Императорская Гвардия и Имперская Гвардия – это не одно и то же. Первые служат лично Императрице, а вторые – Империи.

– Так, – видя, что девушка сильно взволнована и не может собраться с мыслями, мягко обратилась к ней Юнна. – Успокойся и объясни толком, что произошло?

– Господин князь направлялся к вам, когда нам по дороге повстречался ваш наставник, госпожа принцесса, – тише заговорила горничная. – Он пожелал сразиться с господином князем, заявив, что должен лично испытать его. Практически силой увел его на тренировочную арену Императорской Гвардии.

Юнна лишь нахмурилась, и по её лицу было видно, что она не ждала от этого поединка ничего хорошего. Я же, напротив, усмехнулась, и азартно произнесла:

– О! Это будет захватывающе! Я должна это увидеть!

– Командир Имперской Гвардии – непобедимый и сильнейший мечник, – мрачно произнесла сестра. – Он еще никому не проигрывал…

– А Артем? – возразила я. – Сильнейший мечник Восточного Предела. И он тоже не знает поражений… Вот почему я и говорю, что это будет интересно! Так что идем скорее! Где находится эта ваша арена?

Мы успели как раз к началу боя, когда соперники стояли друг напротив друга, ожидая сигнала. Выражения лица Артема словно говорило за него: Вот какого хрена, я здесь делаю? Настолько оно было красноречивым и недовольным.

Арена представляла собой огромную круглую площадку, окруженную высокими стенами, с ярусами мест для зрителей. Они были переполнены гвардейцами, яростно поддерживающими своего командира.

Среди галдящей толпы я заметила Ольгу, Шери и Ками – они как-то прознали о поединке и заняли лучшие места у бортика. Протиснувшись сквозь толпу, я встала рядом с ними.

– Фу… успела! – с облегчением выдохнула я и, недовольно покосившись на ликующих гвардейцев, набрала в грудь побольше воздуха и оглушительно свистнула, вложив в рот два пальца – так, как меня научил Артем. Может, благородной даме и не пристало так свистеть, но сейчас мне было плевать.

От моего свиста смолкла вся арена. Артем оглянулся, безошибочно выделив нас взглядом. Я махнула ему рукой и крикнула во все горло:

– Давай заканчивай побыстрее, и пойдем прогуляемся по саду!

– Хорошо! – ответил он, махнув мне в ответ рукой.

***

Артем.

Черт! Ну как же они все меня достали? И что я, вообще, здесь забыл? – раздраженная мысль хлестнула сознание, словно кнут.

Внезапно, оглушительный свист распорол тишину. Даже оборачиваться не нужно – и так понятно, кто это упражняется в звукоизвлечении. Научил на свою голову… Хотя, если честно, «хорошей девочкой» Ника никогда и не была. Подняв взгляд, я увидел, как она, стоя наверху, неистово машет мне рукой. Черт возьми, все-таки приятно, когда тебя хоть кто-то поддерживает в этом балагане… даже настроение поднялось.