[3] (прим. Лины) Это только меньшая часть правды. И Польгер сперва не понял приказ, а со второго раза — подчинился. Дика привязали к столбу, который поддерживал навес над дверью главы совета. Начальник отряда решил заставить жителей селения доказать свою непричастность к восстанию. Для этого он велел принести камни и бросать в мятежника. Если кто промахнется, будет бросать, пока не попадет, а если не бросит, будет признан сообщником и тоже арестован. Глава отряда надеялся, что они откажутся! (Он сам потом это говорил). Но бросали все, и мужчины, и женщины. Не очень сильно, но, главное — поступок.

[4] (прим. Лины) Это правда, но опять не вся. Когда отряд уезжал, глава селения и другие старейшины, в том числе и хозяин крайней усадьбы, заикнулись о награде. Ведь они выдали преступника и вправе рассчитывать на компенсацию за свои страдания. Поступок командира наемников был ответом на эту просьбу.

[5] (прим. Лины) Дик недолго оставался вместе с этим отрядом, но времени пофилософствовать им с пленником хватило. Этот командир потом перешел на сторону мятежников. Пользуясь своим авторитетом, он убеждал бывших сослуживцев складывать оружие и расходиться по домам.

То было одно из немногих восстаний, которые закончились победой жителей края. Король уступил требованиям народа и распустил армию наемников. Самое смешное, никто не помнит, зачем она ему была нужна? Речь шла о какой-то дальней экспедиции, но цель и смысл ее стерлись в веках.

.

История тридцать вторая, о том, как Благородный Дик вернул вдове сына

На краю большого селения стояла старая водяная мельница. Рядом, сразу за пригорком, начинался лес. А на пригорке, обняв руками ствол кривой вербы, сидел мальчик лет десяти и горько плакал.

Дик никогда не мог пройти мимо плачущего ребенка. Он спросил, что случилось.

Мальчишка испуганно вскочил. Увидев, что рядом с ним чужак, а не односельчанин, вздохнул с явным облегчением и отпустил ствол дерева, которому жаловался на свою судьбу.

— Тебя из дома выгнали? — спросил Дик.

— Нет. Я сам… собираюсь уйти. Наверное…

— Кто-то обидел?

— Никто, — мальчик судорожно всхлипнул. С такой тоской, что Дик понял: в селении было хорошо. Слишком хорошо, чтобы покинуть его без сожаления. Но что-то не дает пареньку остаться и жить здесь. Он оплакивает свое потерянное счастье. Возможно, его отчаяние преувеличено, а возможно случилась настоящая беда.

— Нужна помощь?

— Никто не может мне помочь, — безнадежно пробормотал мальчик. И тут же искоса глянул на костюм странствующего рыцаря: — Ты умеешь проходить в другой мир?

— Да. Нужен переход?

— Я не знаю… не мне! — мальчишка стиснул кулаки на груди, думая, что так будет понятнее. И замолчал, не решаясь ничего добавить.

— Дальше, — поощрил его Дик. Тот молчал. Дик спросил, как его зовут, и представился сам. Мальчишку звали Новин. Когда он понял, с кем говорит, в глазах Новина разлилась жуткая тоска.

— Иногда по ночам я думал, что найду тебя, — тихо, по секрету, сказал он Дику. — Или мечтал, что ты сам придешь… Теперь ты здесь, но не могу просить о помощи.

— Почему?

Новин опустил голову, слезы снова покатились из глаз:

— Для этого придется рассказать, что я сделал, — прошептал он. — Если узнаешь, ты не станешь мне помогать.

— Глупо, — возразил Дик. — У меня нет прав осуждать тебя, что бы ты ни натворил. Лично мне ты ничего плохого не сделал. У Всевышнего все просят помощи, даже самые отъявленные преступники, а перед ним признаться ещё труднее.

— Он хотя бы и так всё знает. Ему не надо объяснять…

— Мне тоже не обязательно. Поклянись, что это никому не принесет зла.

— Если и принесет, только мне! Клянусь своей несчастной жизнью!

— Что надо делать?

— Вернуть домой одного человека. Только я не знаю, где он. Его затянуло в неведомые миры. Это я во всем виноват…

— Дальше. Почему ты уверен, что искать надо в другом пространстве. Если видел переход, расскажи о нем всё, что знаешь. Все приметы и когда это случилось.

— Почти семь месяцев уже прошло, — Новин долго не решался прибавить ни слова. Потом стал выкладывать всё подряд, забыв, что недавно предпочитал провалиться сквозь землю, чем признаться во всём кому-либо. Тем более, Дику.

Новин — сирота, родился где-то на Севере. Сюда он пришел год назад и прижился в селении. Помогал по хозяйству в разных дворах, его за это кормили и давали приют в холодные ночи. Такой вольный работник назывался "ничей слуга". Его уважали и не давали в обиду. Каждый день для него находилась тысяча поручений, то в одном доме, то в другом. Селение большое, полсотни дворов. Иногда Новин ездил в ближайший город, помогал торговать на ярмарке, иногда пас коров и коней вместе с другими мальчишками. Его считали исполнительным и тихим. Хозяйки, со вздохом сожаления о сиротской судьбе, говорили, что он золотой ребенок и ставили Новина в пример своим лентяям и шалунам.

Новин знал всех в селении, у него появились приятели. Но для него один дом на особом счету, где он любил бывать больше, чем в других хозяйствах, пусть они богаче и там лучше платили. Дом вдовы Илиной. Там жил его самый близкий друг Пашка. Но не только из-за дружбы Новину хотелось как можно чаще бывать в его доме. В мечтах он представлял, что они — настоящие братья. И вот бы произошло чудо, и Пашкина мама стала бы и мамой Новина.

Вдова жила довольно бедно, но еды в доме хватало и родному сыну, и мальчишке-работнику. Новин никогда не брал у нее денег. Мужская помощь по хозяйству Илиной требовалась постоянно, а Пашка, веселый и загорелый здоровяк, думал только о том, как сбежать на речку или умчаться в ночное. Он искренне верил, что Новин берется помогать ему, чтобы им вдвоем скорее избавиться от работы и бежать прочь из дому. А "ничей слуга" на самом деле тянул время, как мог, и выискивал всё новые поручения.

Иногда Новин великодушно предлагал другу идти гулять одному: зачем же двоим страдать? Пашка — знатный рыболов, жил только рекой, презирая другую домашнюю работу. Он всегда мог обеспечить ужин для всех троих и поэтому гордо именовал себя "кормильцем семьи". Мать смеялась, трепала его за вихры, говорила, что сынок ее непутевое создание, лентяй и выдумщик, а Новина хвалила, но вела себя с ним сдержанно, как и полагается со слугой. А он бы всё отдал, только бы госпожа Илина так же весело шлепнула его полотенцем по шее или хоть случайно назвала "сынок", как иногда говорили другие хозяева.

Однажды Новин весь день проработал в кузнице, качая меха и таская уголь и воду. Он смотрел на жар в кузнечном горне и думал о сокровищах. Это новое всеобщее увлечение, искать клады. Дети селения, как трудолюбивые кроты, рыли ямы повсюду и вызывали бурю нареканий со стороны взрослых, которые, естественно, предпочли бы вскопанный огород разрытому двору курятника.

Кузнец словно подслушал его мысли, только истолковал их в другую сторону. Ему самому россыпи углей напоминали яркие звезды, которые он видел в детстве в одном тайном месте. Услышав слово "тайна", Новин стал качать меха прилежнее. Угли-звезды разгорались всё ярче.

Кузнец рассказал, как давным-давно старый бродячий сапожник сказал им, мальчишкам, что из глубокой шахты или колодца днем видны звезды. Они решили проверить и спустились в заброшенный колодец на мельнице. Даже в те времена заброшенный. Никто так и не знал, для чего его вырыли таким глубоким и так близко от реки? Возможно, это всё-таки не колодец, а шахта, в которой хозяева мельницы что-то искали или, наоборот, прятали?

Их пришло пятеро. Двое потом заявляли, что видели звезды, но другие не верили. Но то, что в колодце настала ночь среди дня, это кузнец сам может подтвердить. Солнце светило точно в шахту, пока они спускались на дно. А когда подняли голову, то вместо солнца в колодец светила луна. Они так испугались, что поклялись никогда никому не рассказывать о том, что видели. Старики говорят, что есть на свете места, откуда открывается ход в иные миры. Что угодно — озеро, дупло в дереве, пещера или даже заброшенный угол сада со старинной калиткой. Если заглянуть туда, увидишь такое, чего быть никак не может и не должно. Но что бы там ни увидел, входить в такие места не следует, иначе можно не найти дорогу обратно. Похоже, в колодце за мельницей скрыта такая дверь в соседний мир.