Всадники замерли. Мой уверенный и твердый тон явно их смутил. Да и охрана у ворот недвусмысленно перехватила новейшие кассетные арбалеты, бросая на чужаков вызывающие и недобрые взгляды.

– Это не тебе решать! – процедил тот, кто натер задницу в седле, и пришпорил коня, повел свой отряд дальше по дороге.

– Господин? – тихо, с вопросительной интонацией произнес один из руссов, охранявших ворота.

– Все нормально… пусть едут. – Я махнул рукой на этих придурков и вернулся в госпиталь.

***

Ника.

Отец сердечно поблагодарил защитников Ромашки и, не теряя ни секунды, принял командование на себя. Первым делом измученных бойцов сменили свежие силы, те, что он привел с собой. Меня и Юнну тоже отправили в разбитый лагерь за пятой стеной, чтобы мы могли перевести дух. Я, конечно, предпочла бы быть рядом с мужем… за все это время нам так и не удалось остаться наедине. Но он наверняка поглощен делами, и надеяться на украденный час было наивно. Вместе с несколькими девушками-магами мы заняли большую палатку и, обессиленные, рухнули отдыхать.

Что до моих подруг-воительниц, Ками и Шери, то в недавних схватках с демонами им так и не удалось блеснуть доблестью. На передовую их, как и других девушек, не пустили, отчего те пребывали в мрачном расположении духа. А тут еще отец, как гром среди ясного неба, заявил, что молодым девицам не место в пекле битвы, и решительно отправил всех помогать раненым в импровизированном госпитале.

Ещё до обеда, они, кипя от негодования, собрались и двинулись по отцовскому указу. Но прежде случился инцидент – для одних потешный, для других не очень. К крепости подъехали всадники в сверкающих доспехах, представившиеся личной гвардией местного герцога. И, да, я охотно верила, что это и впрямь гвардейцы из личной гвардии герцога. Таких самоуверенных павлинов еще поискать надо. Они подкатили в самый неподходящий момент, когда девушки-воительницы, раздраженные до предела, готовились к отъезду. Естественно, при виде юных красавиц, приезжие распушили свои хвосты и пустились в галантные ухаживания. В результате, Шери и Ками размазали физиономии двум самым назойливым кавалерам. После чего, возглавив отряд девушек, покинули поле брани. Ну а «павлинов» отец расставил по четвертой стене.

Не знаю, что он им говорил, но после беседы их главарь выглядел как побитый пес. Когда же я, отдохнув четыре часа, вернулась на стену, сменив госпожу Арину, то обратила внимание на дрожащего сына герцога. Без лишних слов было видно, до чего ему здесь страшно. Но никто не смеялся над ним и не упрекал. Все делали вид, что не замечают его испуга. Да и если честно, видя этих самых демонов, что ощетинились на стене напротив нас… как-то совсем, было не до смеха.

А уже утром следующего дня… после ночи, полной тягостного напряжения и ожидания, к крепости подошел передовой отряд под личным командованием генерала Хойда Дориана. И сразу за ним прибывали все новые и новые войска… пока под стенами Ромашки не собралось более десяти тысяч бойцов.

И началась подготовка к предстоящему штурму третьей, второй и первой стен крепости. Ромашку пора было освобождать.

Отец, как опытный стратег, быстро оценил ситуацию и распределил силы. Он понимал, что демоны, захватившие большую часть крепости, будут сражаться отчаянно, и победа потребует не только численного превосходства, но и тщательной координации действий. Генерал Хойд Дориан, с которым отец провел немало времени, изучая карты и обсуждая планы, взял на себя командование основной ударной силой. Вместе они решили использовать тактику последовательного штурма, чтобы постепенно вытеснить демонов из занимаемых позиций.

Подготовка кипела полным ходом. Солдаты точили оружие, проверяли доспехи и получали последние наставления от командиров. Маги, в свою очередь, перебирали доступные им заклинания и готовили мощные заряды для прорыва вражеской обороны. Все понимали, что впереди их ждет тяжелое испытание, но никто не сомневался в победе. Ромашка должна быть освобождена, и они сделают все возможное, чтобы это произошло.

Но ещё до самого начала пришло внезапное сообщение из подземелья...

***

Слав.

Гоблин занес ржавый топор, но смерть его опередила. Я уклонился, и сталь клинка, рассекая воздух, отделила мерзкую голову от плеч. Оглядевшись, я увидел, что угрозы больше нет.

Отряд гоблинов оказался слишком мал, чтобы представлять серьезную опасность. За последние сутки мы отточили свое мастерство в истреблении подобных групп, коих расплодилось в этих лабиринтах немерено. Это была уже четвертая засада за день. Но найти место, брешь, через которую демоны и гоблины проникали в подземелье, по-прежнему пока нам не удавалось. И становилось очевидно, что это подземелье огромно и бесконечно… будь оно проклято.

– Вперед, – скомандовал я, указывая направление.

Спасибо паучкам. Без их незаметной помощи мы бы блуждали вечно. Множество туннелей обрывались тупиками, и лишь благодаря этих крохотных созданий мы избежали бесчисленных пустых ходов. Впрочем, и без тупиков оставалось множество развилок, требующих проверки. Здесь нам помогали следы врагов. Сомнительные ответвления, где не было протоптано, мы методично помечали, поверхностно исследовали и исключали из поисков. Так, составляя карту проходов, мы неуклонно продвигались к цели…

– Командир, – полуэльф привлек мое внимание, – воздух словно коснулся ледяным дыханием.

Я замер, обостряя чувства. И правда, духота словно отступила под натиском внезапной свежести.

– Всем внимание, – произнес я, окидывая взглядом товарищей. С этого момента мы двигались с удесятеренной осторожностью.

Как жаль, что паучки не могли общаться человеческой речью, лишь ментально транслировали свои смутные чувства, требующие расшифровки. Единственное, что мы знали о туннеле – он уходил вглубь, дальше, чем проникли наши разведчики.

Поэтому, когда впереди забрезжил яркий свет, настороженность наша достигла предела. Приблизившись, мы обнаружили огромную подземную полость, освещенную неземным ярким сиянием, и колоссальный ледяной ледник, источавший эту ощутимую прохладу.

Я уже готов был признать нашу ошибку, когда от паучка на плече пришло ментальное предупреждение, о том, что впереди кто-то есть. И этих "кто-то" было пугающе много.

Глава 7.

Артем.

В одной из лучше всего сохранившихся, но ныне пустующих комнат второго этажа старого замка, я обустроил себе временное пристанище. Скудный аскетизм обстановки подчеркивал ее заброшенность: старый стол, словно выброшенный волной на берег, грубая циновка на полу, походный матрас, брошенный поверх… и всё.

Наступило время моего долгожданного отдыха. Вернее, оно должно было наступить, но вместо умиротворения мне пришлось внимать потоку жалоб Шери, решившей, что мои уши — лучший сосуд для ее излияний.

– Ну почему мир так несправедлив! – причитала девушка с трагической вселенской скорбью в голосе. Стоящая рядом Ками молча кивала, выражая полную солидарность с подругой.

– Мы, – продолжала Шери, – без пяти минут прославленные воительницы, чей талант признан многими, а нас не пускают на передовую, твердят, что нам там не место! Разве это честно? – вопрошала она, но, казалось, ответа не ждала, продолжая исповедь.

– Скажи, чем мы хуже? – вновь обратилась она ко мне, но я молчал, понимая, что мои слова здесь излишни. В глубине души я был на стороне отца Ники, который решительно отозвал всех девушек из крепости «Ромашка», отправив их в тыл. Теперь некоторые из них помогали раненым в госпитале, а некоторые патрулировал улицы Варанска в рядах поредевшей городской стражи. Шери и Ками принадлежали к первой категории.

– Но почему такая чудовищная несправедливость, – не унималась дочь тети Оли. – Мы даже твою чертову полосу препятствий прошли с блестящим результатом! А к нам относятся как к беспомощным куклам… Где справедливость?

Я вздохнул, понимая, что, покоя мне не видать, пока не выскажусь.