На черной улице внизу собрались люди. Пламя жарко дышало в затылок, дверь трещала, словно в нее ломились снаружи не языки пламени, а крепкие кулаки. Ни водостока, ни спасительного выступа на соседнем доме, ни балкона в пределах досягаемости нет. Дик прыгнул вниз, не примериваясь, боком перемахнув через подоконник. Если весь удар придется вертикально на ноги, будет только хуже. Дик и не рассчитывал удержать равновесие на скользких после дождя камнях.

Прежде чем сознание провалилось глубже твердых камней мостовой, он успел увидеть огромный костер на месте верхнего этажа гостинцы, которой сейчас очень подходило ее название.[91] Он покатился под ноги испуганным людям и остался лежать лицом вниз, сжимая в одной руке пояс с мечом. Зрители сначала отхлынули, как вода, потом обступили неподвижную фигуру, вполголоса совещаясь, чем можно помочь, и стоит ли вызвать полицию…

.

_____________________________________________________________________________

*****

Темноту вокруг разгонял слабый свет масляной лампы. Недавнее происшествие показалось сном. Но первая попытка повернуться на бок и приподняться на локте мгновенно развеяла все иллюзии.

— Тише, тише, — удержала его чья-то маленькая заботливая рука. — Лекарь сказал, никаких резких движений. Ты помнишь, что случилось?

— Огонь… — Дик тщетно пытался увидеть ту, что сидела у его изголовья. — Это было?

— Да, в гостинице был пожар. Ты чудом остался жив. Выпрыгнул из окна. Упал удачно, только пока старайся не двигаться. Я не поняла, почему. Переломов у тебя нет. Лекарь говорит, что если у тебя не шла кровь из горла, то и внутри всё цело. Можешь есть и пить, если хочешь. А ещё он придет утром, проверит, есть ли сотрясение, и оставит лекарства. Сейчас хочешь чего-нибудь?

Дик прикрыл глаза и слабо покачал головой. Если не шевелиться, тела своего он совсем не чувствовал. Это его устраивало.

— Кто ты? — спросил он у нежного заботливого голоса.

— Анита, — свет и голос переместились, так что Дик мог теперь видеть хорошенькое румяное личико, обрамленное золотыми в свете лампы, кудрями. Девочка лет девяти-десяти. — Мой папа нашел тебя на улице. Люди хотели вызвать полицию, но папа велел перенести тебя сюда. И разрешил мне ждать, пока ты проснешься.

— Сейчас ночь?

— Да. А мне позволили сегодня не спать, раз я не хочу, — с гордостью сообщила Анита.

— Кто твой отец? Хочу поблагодарить.

— Советник Руст. Вообще-то, это он позвал тебя в наш город.

В голосе дочери советника звучал упрек, мол, тебя просили помочь, а не прыгать с третьего этажа!

Дик, молча, слегка усмехнулся: "Звали? Пришел. Остальное — подробности".

Некоторое время Анита рассматривала лицо Дика. Выражение ее собственного личика становилось всё более глубоким и спокойным. В глазах зрел серьезный вопрос.

— Тебя хотели убить? — она проверяла, знает ли сам Дик об этом.

— Откуда знаешь? — слегка нахмурился он.

— Взрослые говорили. Они думали, я не слышу. Зачем?

— Понятия не имею. В этот раз, может быть, для того, чтобы не мог помочь вам. Позови отца. Постой… — остановил он маленькую сиделку, когда та неохотно пошла к двери, не желая делить Дика со взрослыми. — Помоги поставить подушку.

Анита прислонила подушку вертикально к спинке кровати и помогла Дику приподняться. Он не мог опираться на руки так, чтобы не скрипеть зубами от боли. Казалось, в каждом суставе застряла острая крестовина, которая колет при малейшем повороте или нажатии. Но, хуже, что, несмотря на усилия, локти сами сгибались, когда хотели, не слушаясь. Колени вели себя точно так же. Спина и прочие кости болели слабее и не мешали бы своему хозяину, если бы суставы согласились выдерживать вес тела. Но пока удалось только сесть в кровати. Так удобнее принимать посетителей.

Анита ушла. И прибежала снова, в сопровождении высокого молодого мужчины. Несмотря на природную живость движений, он старался держать солидный образ представителя власти. Господин Ёлин Руст явился в домашнем длинном сюртуке из вышитого коричневого атласа. В отличие от дочки, его волосы темно-русые, строгий профиль достойный резца скульптора, тяжелые веки прикрывают блеск глаз.

— Простите за причиненное беспокойство, — вежливо сказал Дик. — Спасибо за помощь.

— Что вы, рыцарь, не стоит благодарности, — светски отмахнулся господин Руст. — Мое участие не полностью бескорыстно. Нита наверняка уже сказала, что мы вас ждали с нетерпением.

Советник придвинул грубо вытесанный круглый табурет и присел напротив кровати.

— Папочка, Дик сказал, что его хотели убить, чтобы не помогал нам, — взволнованно сообщила Анита. — Но ты ведь не отпустишь его? Ты всё равно нам поможешь? — потребовала она заверений у гостя.

— Смотря, что от меня хотят, — честно ответил он. — Выйти сейчас на поединок, конечно, могу… Но победы не обещаю.

— Ниточка, позволь нам с Диком побеседовать наедине. Государственные дела тебе неинтересны. Иди, лучше, к себе. Поспи хоть пару часов.

— Но, папа! Ты ведь разрешил!

— Да. Но лишь пока Дик не пришел в себя. Теперь ему твоя забота больше не нужна. Ты умница, ты очень помогла нам.

Анита недовольно топнула ножкой, понимая, что в этой игре взрослых для нее нет места.

— Спасибо. До завтра. — Когда девочка закрыла дверь, Дик спросил Руста, где они находятся? Это похоже на подземелье или темницу.

— Мы в крепости, — подтвердил советник. — Это самое безопасное сейчас место в городе.

— Вы здесь живете?

— Да, семьи "золотого круга" временно перебрались сюда. Здесь есть роскошное жилое крыло… Завтра сами увидите.

— Что происходит? Просьба о помощи была без подробностей: "Спасите наших детей". И указание места. Даже не знал, что меня ожидает высшее общество.

— Не знаю, как объяснить вкратце, — замялся советник Руст. — В городе заговор. Всем нашим детям, детям золотого круга — самых богатых и уважаемых людей города, грозит неведомая опасность. Их похищают… чтобы шантажировать нас.

— Должен сказать… — Дик попытался сесть прямо, не опираясь на подушку. Руст предупредил его движение:

— Нет-нет, дети ни в чем не замешаны! Наслышан, вы не участвуете в политических интригах… Но прошу выслушать меня, а после, решайте.

— Дальше. Суть заговора.

— Борьба за власть. Замышляется переворот. Мы вольный город, но земли вокруг принадлежат вельможе, который давно хотел бы взять город под свое покровительство. Подозреваю, что это его рук дело, хоть доказательств у меня нет… — советник стиснул переплетенные замком пальцы, уперся в них лбом и ненадолго задумался. Видно, как он пытается справиться с волнением.

— Все говорят о драконе. Будто бы условие отцам города, — подчиниться его власти, или же за наше упрямство заплатят дети "золотого круга", — выдвинул он.

Но я уверен, никакого дракона нет. Кто-то прикрывается удобной маской злодея, чтобы сильней напугать людей. Подозреваю нашего соседа, но… Только факты. В городской совет поступают различные требования. Если мы их не выполняли, в течение недели пропадал кто-то из детей городской знати. После второго похищения мы перебрались в крепость и живем здесь, под охраной.

— Это вы предложили занять оборону здесь? — спросил Дик.

— Да.

— Вы глава совета?

— У главы совета дети давно выросли и сейчас, к счастью, гостят в другом городе, у родных, — раздраженно ответил Руст. — А у меня единственная дочь!

— Дальше. Здесь кто-нибудь пропал?

— Увы… — советник опустил голову. — Мы радовались, что воздвигли между собой и чужаками надежные стены, но после нового требования "дракона", которое совет никак не мог исполнить — оно бесчеловечно! — пропал сын Хвара Клареса. Тогда я решил вызвать вас. Мы плели собственные сети, чтобы выяснить, кто ищет власти над нами. Строили заговоры, как помешать ему… Всё напрасно. Каждый наш ход, словно известен ему заранее. А мы не знаем, ни его лица, ни имени, ни к чему он стремится в конце концов! Но теперь, после нескольких провалов наших замыслов и нового похищения, стало очевидно, что в крепости у него есть глаза и уши. Помогите найти того, кто продает наших детей какому-то… не важно, кто он! Мы должны его остановить. Как только дети будут в безопасности, в политике мы разберемся сами!