Алекс говорил, а до меня постепенно стал доходить смысл сказанного. А вдруг он прав. Вдруг человек сможет достичь своего величия, став сверхчеловеком? Но тут я вспомнил Марка, роняющего винтовку, его отца, лежащего в грязи и пропахшего мертвечиной, глаза Раффа, Малого, отчаяние во взгляде Карэн.

— Нет! – четко произнес я, сделав шаг вперед сквозь голограмму. – Человек способен сам развить в себе способности, какие захочет. Перед ним нет преград, кроме тех, что создаёт он сам себе. А чем ярче горят мосты за спиной, тем светлее дорога впереди! – вспомнились слова Артона.

— Будь по-твоему, – произнес Алекс за моей спиной, и мне даже показалось, что он сдался, однако помимо нахлынувшей слабости, я уловил ещё и странное движение со всех сторон.

Тени. Снова эти чертовы Тени. Они безмолвно двигались на меня, протягивая свои щупальца. До кристалла оставалось ещё каких-то метров десять. Я рванул вперед, выхватывая кинжал Бесконечности, но был остановлен грубым ударом черной плети, откинувшей меня обратно.

Послышался хруст ребер, резкая боль сдавила грудь. Кровь хлынула изо рта, перекрывая дыхательные пути. В глазах потемнело, однако свист новой плети задавил меня дернуться, и я откатился на бок. Ещё одна плеть, и ещё, и ещё.

Я катался по полу, загребая ногами песок, пока Тени вконец не загнали меня в ловушку, окружив со всех сторон. Около кристалла послышался смех Алекса. Кажется, он уже праздновал победу. Тени оплетали мои ноги, двигаясь вверх словно змеи.

— Я не буду тебя убивать, – произнес Алекс довольным голосом, – я буду держать тебя в клетке, как подопытную крысу, выкачивая всё, что заложил в тебя старый учёный.

Пытаясь выбраться из Теневой ловушки, я рубанул по щупальцам кинжалом Бесконечности. Тень дернулась, противно шипя, а отрубленная часть тут же втянулась в кинжал, словно напитывая его.

Лезвие кинжала засияло, покрываясь голубыми искрами. Из последних сил, я заставил себя встать на ноги и принять боевую стойку.

«Когда я говорю – удар, это значит, что я буду тебя атаковать. Твоя задача — парировать мой удар. Понимаешь?» – услышал я слова Барса.

— Удар! – произнес я сам себе в момент, когда Тени подняли свои щупальца, нацелившись на меня.

Отрубленная конечность тут же втянулась в кинжал, а Тень отшатнулась с противным шипеньем.

— Ещё удар, – твердил я сам себе, вспоминая уроки Барса, – ещё, и ещё.

«Мечник никогда не покажет спину врагу. Замах с разворотом возможен только для удара ногой. Не думай, что так меч ударит сильнее. Ну что ты опять дёргаешься. Ноги, Бэл. Согни колени. Удар», – голос Барса внутри меня придавал силы. Я крутился между Тенями, кромсая их, словно кулинар кусок мяса, пока последняя часть не впиталась в кинжал.

— Если ты его разобьешь, ты умрешь первым, – возобновил уговоры Алекс, стоя возле кристалла, но я уже его не слушал, идя на пролом.

За спиной послышался до боли знакомый треск. Новые Тени спешили на помощь своему хозяину, но было уже поздно. Я вонзил кинжал прямо в огненное сердце, медленно пульсирующие на постаменте. Кристалл раскололся, выпуская наружу бешеный поток энергии, льющийся сквозь мои пальцы. Я захлебнулся от собственного крика, застрявшего в горле.

Моя кожа покрывалась тонкой коркой, превращаясь в металл, а потом слой за слоем, утолщаясь, сковал меня полностью. Я так и застыл металлической статуей на постаменте, а в моих глазах бушевал океан. Я чувствовал брызги морской воды на своем лице, слышал ритмичный шум прибоя и наблюдал за горизонтом.

Матрица более не дееспособна. Соединение прервано.

Стройная девушка в легком платьице обиженно смотрела на своего молодого человека, надув пухлые губки:

— Он что? – недоуменно спросила она, – опять выжил?

— Да, дорогая! – ответил ей молодой человек спокойным и в тоже время властным голосом. – Пойдем, заберем свой выигрыш.

— Но я ставила на то, что он умрет! – воскликнула девушка, топая аккуратным башмачком.

— А я нет, – улыбнулся ей молодой человек, властно притягивая её к себе за талию.

___________

от автора: продолжение тут https://author.today/work/392885

Тишина… Благословенная ти-ши-на. В этом мире, где все бегут, спешат, порой кажется, это великий дар – насладиться тишиной. Лёгкий ветер нежно гладит по лицу, принося с собой спокойствие. Никаких тревог и забот, и нет ничего более ценного, чем это чувство гармонии с собой и миром.

— Он тут! Давай сюда!

— Живой?

— Кажется, живой.

И кто это может быть? Я прислушался к звукам, доносящимся откуда-то издалека.

— Надо сначала убрать эту балку, а потом уже попробовать отодвинуть вот этот блок.

Что это они собрались отодвигать? Свет резко ударил в глаза. Я дернулся, пытаясь прикрыться рукой, однако моё движение привело к более серьезным последствиям, чем просто поднятие руки. Раздался грохот падающих тяжёлых предметов.

Моё лицо прикоснулось к чему-то холодному и твердому, царапающему кожу. Видимо, это прикосновение я принял за лёгкий ветерок. Что только не привидится во сне.

— Твою ж .... – кто-то грязно выругался, а мне стало интересно, кто это может быть.

— Бэливер, ты меня слышишь?

Ещё бы не слышать, так орать – и медведь проснется. Интересно, кто такой медведь? Его еще бером зовут. Зверь огромный, красивый. Спит всю зиму в лесу. Глупость какая-то в голову лезет. Я приоткрыл глаза, рассматривая говорящих.

Двое мужчин крепкого телосложения в монашеских рясах стояли надо мной, внимательно разглядывая моё лицо.

У одного из них были длинные волосы серебристого цвета. Не седые, а именно серебристые. А второй имел миловидное лицо, как у девушки, хотя крепкие плечи и сильные руки все же не давали повода для насмешек. Обычно люди предпочитали таких обходить стороной, а дамы падали к ногам, пытаясь привлечь внимание.

— Ну скажи хоть что-нибудь! – попросил монах с миловидным лицом.

— Что-нибудь, – буркнул я, откидывая в сторону валун, придавивший мне часть тела.

— Барса, ты это видел? Балку, что мы с тобой битый час не могли поднять, он просто откинул одной рукой, будто это одеяло.

— Мы просто не могли за неё нормально ухватиться, – пробурчал второй монах.

Я сел на каменный постамент, внимательно рассматривая присутствующих. Имя Барса мне показалось смутно знакомым. Оно вызвало какое-то странное чувство внутри. Что-то очень важное, что я забыл и никак не мог вспомнить. И тут резкая волна воспоминаний нахлынула на меня.

Острая головная боль скрутила сознание. Перед глазами всё поплыло. Тошнота подкатила к горлу, но я держался, стараясь не упасть в обморок.

— Что с тобой? – заботливо спросил Кейли. – Тебе плохо?

— Конечно, плохо, – в своей обычной манере пробубнил Барса. – Наверняка, его не хило так по башке приложило.

Кажется, Барса был прав. Оглядываясь по сторонам, я вспомнил всё, что произошло до этого момента. Однако обстановка вокруг стала немного другой.

При хорошем освещении огромный зал оказался не более чем пещерой, причем грубо вытесанной прямо в скале. Весь пол был усыпан жёлтым песком, а толстые провода, которые так напоминали живых змей, сейчас лежали бесполезным хламом. Металлическая лестница, ведущая наверх, больше не казалась такой зловещей.

— Марк, – вспомнил я, глядя на Барса.

Тот отрицательно покачал головой. Кейли при этих словах отвернулся, стараясь не показывать своих эмоций.

— Рафф, – продолжал я расспрашивать друзей.

— Он ждет тебя возле лифта вместе с Малым, – произнес Барса, внимательно рассматривая меня с головы до ног. – Идти можешь?

Я встал на ноги. Голова ещё немного кружилась, но тошнота уже прошла, и я смог твердо сделать пару шагов, убедившись в своей дееспособности.

— Пошли, – сказал я братьям, направляясь в сторону лестницы.