Магия моя струилась сквозь пальцы, проникая в тело парня, словно живительный нектар. Я чувствовал, как она борется с ядом, нейтрализуя его действие, как латает рану, сращивая разорванные ткани. Это была сложная, кропотливая работа, требующая полной концентрации и предельной точности. Малейшая ошибка могла стоить ему жизни. А ещё подобная магия исцеления вытягивала из меня огромное количество маны. Любой бы другой целитель, просто бы не смог бы довести начатое до конца. Банально бы не хватило маны. Но у меня её было много… хоть и не бесконечное количество

Но постепенно, дыхание парня выровнялось, стало более глубоким и ровным. Цвет лица начал возвращаться к нормальному. Я почувствовал, как он слабо шевельнулся, пытаясь открыть глаза. Магия продолжала свою работу, заполняя его тело жизненной силой, возвращая его к жизни.

Только после того как моей собственной маны стало уже мне не хватать, и я начал чувствовать истощение, но, когда я уже имел четкую уверенность, что опасность миновала, я отстранился, обессиленный, но удовлетворенный. Парень лежал, тяжело дыша, но живой. Он открыл глаза, посмотрел на меня затуманенным взглядом и попытался что-то сказать, но я жестом остановил его.

– Помолчи, тебе нужно отдохнуть, – прошептал я, словно укрывая его словами от надвигающейся бури.

Удостоверившись, что парню больше ничего не угрожает, я позволил себе вернуться в реальность, но увиденное лишь оглушило. Коридор пульсировал хаосом, словно растревоженный муравейник, а в центре его клубилась, казалось, вся «мифриловая гвардия».

– Не слишком ли вас тут много? – устало пробормотал я, вяло кивнув, скорее обозначая мысль, чем выражая ее. – Займитесь им! Пусть местные лекари удостоверятся…

Попытка подняться отозвалась лишь всепоглощающей слабостью. Сил не было даже на это простое движение.

Руди, словно капитан в шторм, раздавал четкие, отрывистые команды. Он приказал перенести меня и раненого в отдельную комнату. Мир качнулся, и чьи-то сильные руки подхватили меня, унося прочь из коридора. Дальше – пустота. Сознание провалилось в спасительную бездну, оставив меня на милость забвения.

***

Ника.

Артем спал, а я сидела рядом и не сводила глаз с его умиротворенного лица. Ничего серьезного – просто усталость свалила его с ног. Но сердце все равно щемило. Этот дурень вечно влипает в какие-то истории. И ведь как ни крути, а из простого раздолбая он давно превратился в настоящего героя. Так что остаться НЕ героем, ему не светило.

Сестра как-то обмолвилась, что в столице империи он известен под своим нелепым прозвищем, придуманным вредным дворфом – князь Бегемотом! Так его теперь и величают по всей империи – Герой Бегемот! Артема это жутко бесит, но ничего не попишешь. Приходится терпеть… злиться втихаря, но терпеть! И радоваться, что, хотя бы его настоящее имя осталось в тени.

Но сейчас голова была забита другим… старшим братом-полуэльфом, оказавшимся отъявленным маньяком без тормозов. Да и вся семейка у них такая… за исключением, пожалуй, младшей сестры… хотя, и в этом я до конца не уверена. Но Руди знал ее лично и твердил, что она совсем другая.

Их папаша был просто самовлюбленным болваном. А мамочка… о ней стоило сказать лишь одно: она родная мать Крис. Та самая стерва, что бросила дочь сразу после рождения. Для меня этого было достаточно, чтобы не желать знать о ней больше ни слова.

Так вот, возвращаясь к бывшему главе семейства, которого прикончил второй по старшинству сын. Тот еще дурень, повелся на сладкие обещания, внушили ему, что смена имперской династии принесет империи процветание, а ему славу и богатства. А о том, что смерть императрицы и ее дочерей может расколоть страну и развязать гражданскую войну, он даже не подумал. Старший, уже казненный сын, такой же ослепленный идиот. Поделом ему.

А вот средний братец воспользовался суматохой и убил собственного отца. Захватив власть в семье, он даже не думал о смене режима. Куда там! Он был куда более приземленным и жаждал лишь власти и богатства. И он не придумал ничего лучшего, чтобы добиться всего этого, обычным разбоем. А ещё, он и младший брат, дико ненавидели всех демонойдов и выступали за их полное уничтожение.

Крис, как только узнала о такой своей родне, долго грязно ругалась и заявила, что таких родственников ей не надо.

Возвращаясь к самозваному графу… Он не просто решил подправить пошатнувшееся благосостояние разбоем. Нет, этот честолюбивый выскочка дерзко направил стопы не куда-нибудь, а к самому сердцу империи. И, словно этого мало, связался с зловещей гильдией «Ночных охотников» – так у нас окрестили безжалостных убийц. Скорее всего, те трое, павшие от руки Артема, были их приспешниками. И не стоит думать, будто этот графский сынок был глупцом. Он с ледяной расчетливостью шел к своей цели, исподволь, словно паук, плетя сеть из верных лишь ему людей.

Не зря же младшая сестра новоявленного графа в недавнем разговоре с братом обронила:

– Он действовал хитро, как змея, сколачивая отряд наемников. Делал это настолько искусно, ювелирно, что никто не заподозрил, что на деле служат они не отцу, а моему брату. В притворстве ему не было равных. Он обманул всех… даже меня, не доверявшую никому в этой семье. В ту роковую ночь, когда отряды герцога Адамадова подошли к замку, именно он предложил план, который отец с готовностью поддержал. Я попыталась возразить, но меня попросту связали и заткнули рот кляпом… А затем брат разыграл свою партию.

– И никто больше не попытался его остановить? – с тревогой спросил Руди.

Полуэльфийка вскинула на него удивленный взгляд:

– О чем ты? Я же сказала, что тех воинов, с наслаждением вырезавших челядь в замке, выбрал и рекомендовал к найму мой брат. Разве можно ожидать милосердия от тех, кто охотился на женщин и детей, словно на дичь? Смерть отца их не тронула – они слепо повиновались приказам брата. Мой же младший брат… тот вообще отморозок, устраивал тайные охоты на демоноидов в окрестностях замка, а потом, уже после смерти отца, хвастался этим со смехом. А ведь когда начались убийства, он выражал озабоченность и лично «искал» убийц… и даже «нашел» какого-то бедолагу, которого вздернули на площади, обвинив во всем.

– А ты? – Руди смотрел ей прямо в глаза. – Что насчет тебя?

– Насчет меня? – с горечью отозвалась та. – Меня подарили главе гильдии «Ночных охотников», как вещь, как живую куклу. До того, как я попала к нему, мною пользовались верные брату люди. Мне удалось бежать только благодаря старшему сыну моего будущего хозяина, который оказался не таким уж и монстром… по крайней мере, по сравнению с моими близкими… Он сразу положил на меня свой взгляд и даже убил двоих самых ненавистных из всех моих насильников. А в тот момент, когда братец решил окончательно перебраться из провинции поближе к столице, где меня должны были передать моему новому хозяину… именно сын главы убийц помог мне выбраться из этого ада. Он предлагал пойти к императрице, но я её боюсь до чертиков. Поэтому я решила вернуться и обратиться к герцогу Адамадову, которому хоть как-то доверяла. Но посланные за мной люди настигли нас… убили отца моего ребенка. А я, хоть и пыталась убежать, снова оказалась в их руках, в стенах некогда родного замка…

И это была лишь малая толика того, что она нам рассказала.

Я вздохнула и поправила одеяло на Артеме. Его спокойное дыхание немного успокаивало. Недавно он, рискуя жизнью, спас эту полуэльфийку из лап головорезов. И вот теперь, сидя у его постели, я переваривала услышанное. Какая же грязная и запутанная история! И как же Артему… да и нам все, всегда удается находить такие приключения на свою голову?

Эта история с семьей полуэльфийки попахивала предательством и жаждой власти. Жадность, месть и полное отсутствие морали – коктейль, способный ввергнуть империю в хаос. Подлые убийства, сговоры, тайные охоты на демоноидов… и все это ради власти и богатства. Меня охватывала дрожь от осознания того, что такие люди существуют, ходят среди нас, плетут интриги и готовы на все ради достижения своих целей.