И — да, мне удалось поймать подходящий момент! Девчонка была хороша: техничнее меня, обладала большим уровнем внутренней энергии — свой второй ранг она заслужила. Но она немного утратила равновесие, разозлилась, что не попадает по мне. Рискнула на прием с подсечкой, который на долю секунды оставлял ее бок открытым. И — как раз этой самой доли секунды ей и не хватило! Крошечная разница между скоростью наших рефлексов. Думаю, против мальчишки-Зайца я бы не справился: у парней в принципе скорость реакции выше. Не зря же говорят, что разница между мужчинами и женщинами в бою перестает действительно иметь значение только на уровне Великого мастера!

Я хлопнул Берсей по боку открытой ладонью вместо кулака, чуть задержав, фиксируя фаталити — таковы были правила турнира, полное соприкосновение незащищенного корпуса с ладонью считалось условием победы, потому что такой удар от бойца второго ранга вполне мог превратить внутренности в кашу.

Девчонка удивленно уставилась на меня, словно не веря, что бой окончен. Потом сжала зубы, шмыгнула носом и протянула мне руку для пожатия — да, тут это тоже практиковалось!

Моя ладонь оказалась ненамного меньше, чем ее — расту.

— Поединок закончен! Победил Лис Коннах, Школа Дуба! — объявил рефери Кеверт.

Трибуны взорвались радостным гвалтом.

Хех, ну что ж, Уорин сообщил мне, что ставки были три к одному в ее пользу. Кто-то сегодня удачно поживился! Я в том числе. Не стану же я ставить против себя, верно?

Как я уже сказал, бои молодняка проходят в один день, причем длятся недолго — на каждую пару минуты две, максимум три, если кто-то заигрался, не больше. Однако «на круг» все равно выходит почти час — перерывы, согласования, вышли-зашли-пожали руки, вот это все. Опять же, как на любых соревнованиях, которые мне приходилось наблюдать. Участвовать я как-то никогда не участвовал, но зрителем бывать доводилось: друг младшего сына профессионально занимался борьбой, и мы несколько раз ходили поддержать его всей семьей на особо важные соревнования.

В общем, следующий мой бой должен был произойти часа через полтора. Я успел сбегать до сортира, принять поздравления друзей, приятелей и вообще всех причастных, даже перекусить (очень-очень сладкий компот и белый хлеб). Перекус принес Уорин, который заодно и просветил:

— Ставки на ваш второй бой хуже, господин, — сказал он. — Пять к одному. Тот парень из Ручья — он с боевым опытом, участвовал уже в найме. Фаворит на победу, тот самый Реис Хомт, я вам говорил. И из старшей семьи их Школы.

— Принято, — кивнул я. — Что ж, поставлю на себя меньшую сумму, спасибо.

Уорин воззрился на меня со сложным выражением лица.

— Я же не идиот, — сказал я. — Второранговый, шестнадцать лет, из которого двоих, если не троих меня можно выкроить — я его видел. Тренировался с детства, один из лучших в своей возрастной группе, с боевым опытом. Плюс у него «старый» второй ранг, а не свежий, он еще в прошлом году его взял. Внутренней энергии тоже с хорошим таким запасом больше, чем у меня. Конечно, нужно это учитывать. Зачем мне зря деньгами рисковать?

Все эти данные о своем будущем противнике я собрал уже из обычных межребяческих сплетен.

— Но вы все равно на себя ставите? — подивился Уорин.

— Только слабак сразу готов проигрывать, — подмигнул ему я. — Я намереваюсь выиграть.

— Ну, тогда я тоже поставлю! — храбро кивнул Уорин.

— Твое дело.

Рисовался, конечно: на самом деле я поставил себе целью завершить бой без серьезной травмы. Но, уже идя на схватку, почувствовал, что сказал Уорину чистую правду: меня правда наполнил знакомый азарт!

Так, а вот это лишнее. Как бы не перехлестнул этот азарт через край в решающий момент и не заставил бы покалечить парня! Неужели пресловутая «ребячливость», «детские гормоны» и все прочее начали сказываться? И почему я действительно так поддался духу этого турнира, приз в котором мне не нужен, а проигрыш ничем не грозит? Только ради того, чтобы родители — не мои! — и друзья — которые не знают меня настоящего! — гордились мною?.. Они ведь и так будут гордиться — красивый проигрыш сильному противнику в данных обстоятельствах может в перспективе даже лучше послужить моей репутации, чем победа!

Млять. Вот это я встрял. Надо срочно вытряхивать из себя дурную мальчишескую сентиментальность! Так и до беды недолго.

…На этого я только посмотрел и сразу понял: мой единственный шанс на победу «по правилам» — напасть первым. Реис Хомт из славного семейства Хомтов, третьего по значимости в Школе Ручья, действительно был в два или даже два с половиной раза меня больше. Мускулистый, мощный, при этом легкий в ногах и быстрый — убойное сочетание. К тому же он был еще и вооружен. Правда, всего лишь палкой, согласно договоренности.

Школа Ручья — интересная школа. Орис верно сказал, что ее Путь очень напоминает Путь Дуба. Они сражаются оружием — но не конкретным, а любым предметом, который подберут на поле боя или отберут у противника. «Фишка» этой Школы: умение направить внутреннюю энергию в любой предмет из любого материала так, чтобы он не рассыпался у тебя в руке, а укрепился. По крайней мере, на время… или пока ты продолжаешь пропускать через него энергию.

Когда я узнал об принципиальной возможности этого фокуса, я в первую минуту даже офигел: блин, у них такое возможно — а они до сих пор еще не обучили кучу мана-юзеров… пардон, адептов внутренней энергии… и не запустили серийное производство пусть даже «одноразовых» или «временно работающих» артефактов в промышленных масштабах⁈ Потом, конечно, выяснилось, что это умение — вовсе не такая панацея, какой выглядит, а то его бы уже подхватили все бойцовские Школы: нарабатывалось оно у адепта долго и трудно, подходил не всякий предмет, и главной проблемой как раз было то, что оружие иной раз могло непредсказуемо рассыпаться в пыль от очередного удара по противнику!

Ну да за две минуты боя с толстой сосновой палкой, которую держал Реис Хомт, такого точно не случится.

Итак, глядя на моего противника во втором турнирном бое, я сразу понял: если убить я этого парня, пожалуй, мог бы (хотя если бы поставил перед собой такую задачу, то точно не стал бы вызывать его на поединок!). А вот победить в нынешней кондиции — почти без шансов. И вот на это самое «почти» я и поставил, метнувшись к парню.

В задницу уловки, виляние, чтобы он не понял, с какой стороны я буду пытаться заходить ему за спину — все равно варианта только два, справа или слева!

Чтобы сломать сюжет, я упал на землю и прокатился у него между ног: парень стоял в «широкой» стойке, похожей на стойку Школы Дуба, а я все еще относительно мелкий шкет, хоть и вытянулся за год, так что место было.

Опять же, если бы не стояла проблема с правилами, я бы ему прямо в тот момент яйца и выкрутил — не такой уж сложный захват, я его еще из прошлой жизни отлично помню. А так только впилил ногой по заднице, оттолкнулся, словно бы в «мостике», воспользовался спиной и ягодицами парня как опорой и «взбежал» по его спине. Кстати, не я придумал такой акробатический этюд, у Джиля Фета, гибкого парня из моей группы, подсмотрел — но он его выполнял непринужденно и ловко, у меня же нечто похожее получалось через раз. Сейчас получилось, слався читерская внутренняя энергия! Теперь ребром ладони по шее…

Не вышло — моя рука ударила не по шее, а по подставленной палке. «Б» от слова «боль» — заряженный же предмет. А у меня ладонь без мышечного укрепления в эту секунду — я ведь не собирался убивать Хомта.

Рука буквально онемела, хотя и не повисла — считай, ранение. Так-то пройдет через четверть часа, но бой к тому времени пять раз успеет закончиться!

Все это я додумывал, уже отпрыгнув от парня. Для этого пришлось в последний раз приложить его ногой по спине, и снова без усиления. Только сломанного позвоночника (снова) у противника мне не хватало до репутации полного чудовища! Тем более, на турнире — это же вообще зашквар.