— Айрин, пусти меня! — И он, вскочив, начал колотить огромными кулачищами, которые охватил огонь, но он словно пытался разбить стеклянную броню. Вскоре он понял, что с лесом ему не справится, и Дарг опустился на землю, и уже совсем другим тоном, в котором сквозила опустошённость, сказал:

— Зачем ты уходишь, Айрин, судьба только-только привела тебя ко мне, я все эти годы ждал тебя.

Я усмехнулась, но не стала отвечать, решила не рисковать, а вдруг я отвечу и барьер падёт?

«Ждал он…»

— Никто для меня ничего не значил, Айрин, — продолжил уговаривать меня Дарг.

Я не выдержала:

— Лучше замолчи, Дарг, у тебя была возможность сделать нормальную жизнь для людей здесь, но ты слишком заигрался в самого сильного. Прощай!

И я развернулась и стал уходить. А вслед мне раздавался рёв, напоминавший рёв раненого зверя.

Я шла по лесу, было темно, но я почему-то неплохо видела в темноте, и мне не было страшно. Я слышала голос леса, и чувствовала его эмоции. Он был рад, что я пришла.

И я «попросила»: «Отведи меня туда, где я смогу жить.»

И стоило мне чётко сформулировать эту мысль, как передо мной открылась тропа. Вот только что её не было, и вдруг она взяла и появилась, и мне показалось, что даже стало светлее.

Я пока сама не до конца понимала, что произошло. Но всё больше убеждалась в том, что не просто так оказалась в этих землях.

Я шла по тропе, иногда к краю леса возле тропы подходили какие-то животные, которые напоминали мне тех животных, которых я когда-то знала, но они были совершенно другими примерно, как алихас, которого здесь все считали оленем, но на самом деле он был невероятно похож на кенгуру.

Мне показалось, что я увидела зайца, но с удивлением поняла, что у него шесть ног, и глаза на ушах.

Вид трёхголовой змеи, свисающей с дерева, чуть было не лишил меня сознания. Но никто не пытался напасть на меня, словно я была частью этого леса.

Тропа вывела меня к небольшому озеру правильной формы, такой идеальный овал. На другой стороне озера, сквозь деревья, был просвет, в темноте, вернее в тех сумерках, что окружали меня, было плохо видно, но у меня было чёткое ощущение, что там леса нет.

Я обошла озеро и действительно увидела, что деревья поредели и впереди раскинулось поле, я замерла, не решаясь выйти. Если в лесу я чувствовала себя защищённой, то, глядя на поле, я вспоминала свой первый день в Мёртвых землях, как кто-то выскочил оттуда, когда охранник каравана кинул в сторону поля яблоко.

И я решила переночевать в лесу у озера, мне было спокойнее под охраной леса. Я расположилась на берегу, песок был тёплый и, прежде чем прилечь на расстеленное одеяло, я села и стала смотреть на воду. И чем больше я на него смотрела, тем больше оно мне нравилось.

Вода в озере слабо светилась

«Наверное какие-нибудь водоросли,» — подумала я.

Вода будто шептала что-то, и я стала вслушиваться…

… Я так и не поняла, что произошло. То ли я заснула, то ли от этих светящихся водорослей шли какие-то испарения… Только неожиданно я обнаружила, что уже не одна. Что рядом со мной сидит моя подруга Ленка.

— Ленка? — прошептала я. — Ты откуда здесь?

Она улыбнулась, и, я сразу поняла, что это не она. Ленка не умела так улыбаться, она вообще по жизни была хмурой.

И, когда прозвучал голос, совсем не такой какой был у моей подруги, этот голос звучал одновременно во всех спектрах, отчего создавалось ощущение необычного стереоэффекта, такого, что ты одновременно и слышишь, и чувствуешь, и он у тебя в голове

— Я приняла образ близкого тебе человека, чтобы тебе было легче со мной говорить, — произнесла незнакомка с лицом моей подруги.

— Кто вы? — прошептала я, — вы богиня?

Женщина задумалась.

— Ты можешь так меня называть, — сказала она, и добавила, — у меня мало времени, послушай, вопросы задашь потом, если они у тебя останутся.

И богиня начала свой рассказ:

— Когда мы с братьями были молоды, мы ушли из дома, решив стать самостоятельными. И мы создали этот мир. Мы живём за счёт энергии, и энергию эту мы получаем от тех разумных, кто населяет миры, которые мы создаем.

На моём лице что-то отразилось, потому что богиня поспешила объяснить:

— Нет, мы не забираем энергию живых существ. Энергия вырабатывается за счёт…— она задумалась, видимо подыскивая слова, и, наконец, сказала, — … молитв, поклонения нам.

— Веры? — уточнила я, потому что мне в голову пришла мысль, что, если они боги, то им, наверное, надо, чтобы кто-то в них верил. Ведь боги, в которых никто не верит, умирают.

— Да, это хорошее слово, — улыбнулась богиня губами Ленки, став ещё больше непохожей на неё, — Когда в нас верят, мы живём. И чем больше в нас верят, тем больше у нас сил.

Я замерла, подумав, что вот сейчас я и узнаю, что я здесь делаю, и почему мне так щедро выпал второй шанс.

Богиня продолжила:

— Мы с братьями создали этот мир, но в какой-то момент каждый из братьев решил, что мир должен развиваться так, как хочется ему. И начались ссоры, недопонимания, а потом — война.

Женщина замолчала. И стала похожа на мою Ленку, у неё появилась морщинка между бровей, лицо стало хмурым.

Моя подруга была именно такая, стакан у неё всегда был «наполовину пустым», и она всё время ждала неприятностей. И, что самое интересное — они постоянно к ней приходили. Но, несмотря на это, подругой она была хорошей.

«Уж если о ком и жалею здесь, так это о ней.»

— Тебе интересно, как она там, твоя подруга? — неожиданно спросила богиня.

Я подумала, что, наверное, чтение мыслей для богини, не такая уж и сложная задача.

— Как? — спросила я.

— Сейчас уже хорошо, ей было плохо, когда ты ушла, но теперь она старается жить за вас двоих.

У меня на глаза навернулись слёзы, но последняя фраза богини была обнадёживающей.

Я замолчала, ожидая, что богиня ещё скажет.

— В общем-то, предысторию я рассказала, теперь главное, когда началась война, никто не мог победить, потому что силы были равны. И тогда я разделила этот мир Мёртвыми землями, их не может пересечь ни один из моих братьев. Один из них в королевстве Дракарис, а другой в земле Духов.

Богиня вздохнула так, как будто бы она была обычной женщиной, и устало сказала:

— Их соперничество не закончилось, они постоянно ищут новых игроков. И я устала от этого, и не только я. Мир находится на грани, поэтому я тоже вступила в игру.

Она взглянула на меня и глаза у неё были полностью чёрные, стало жутко, и я отвела взгляд.

— Ты моя фигура, и, если ты выиграешь, то они покинут этот мир, оставив его мне. Но времени почти не осталось, если их противостояние продолжится, то мир разломится, а что хлынет из разлома, не знаю даже я.

Я поперхнулась: «нашли игрока»

— А какие правила? Если игра, то должны быть правила?

— В этой игре правил нет, это жестокая игра, но я приготовила тебе козырь. Я приведу сюда того, кто сможет тебе помочь. Он был чужим игроком, но я обнулила его и теперь он твой.

Ничего не было понятно, но гибель мира не входила в мои планы, чего это они посягают на мой второй шанс.

Наверное поэтому, вместо того чтобы кричать, что я не готова, что я не справлюсь, что задача непосильная, я спросила:

— А что надо делать?

— Точных инструкций нет, — пожала плечами богиня. — Но, как правило, избранные сами узнают, что нужно сделать и как. А я пока могу лишь помочь тебе. Ты можешь полностью управлять Мёртвыми землями, лесом. Всё здесь настроено на тебя.

— Стоит тебе пожелать, и у тебя будет то, что ты захочешь… если это можно вырастить. Всё же я богиня плодородия, — и богиня улыбнулась, совсем потеряв сходство с моей подругой.

Я оглянулась в ту сторону, откуда пришла, и спросила:

— И дома?

— Да, — улыбнулась богиня. — Ты пожелай, чтобы были дома, и они появятся. Так будет работать твоя магия здесь.

— Но ведь здесь не работает магия? — осторожно произнесла я.