– Пора идти, – сказал я, подойдя ближе.

– Еще пять минут, – ответила она, не поворачивая головы. – Хочу запомнить это место таким, каким оно выглядит сейчас… – в голосе прозвучала легкая грусть.

– Пять минут у нас есть, – заверил я. – Мы не опаздываем.

Ника промолчала.

– Мне страшно! – неожиданно призналась она.

– Это естественно и нормально… – я положил ладонь ей на плечо.

– Угу, – отозвалась она. – Все на взводе, – продолжила Ника, снова меняя тему разговора. – Ямир бесится из-за того, что отец запретил ему участвовать в штурме. Он даже пытался уговорить Руди поменяться. Тот его просто послал… Они ужасно поругались…

Знаю… Я сам был свидетелем их ссоры, а потом ещё разнимал их. Кажется, они так и не помирились.

– Все, абсолютно все, словно натянутая струна… – продолжала Ника, ее голос дрожал от напряжения. – Сестренка Адель и вовсе сама не своя… Скажи, – она резко обернулась ко мне, в ее взгляде застыл вопрос. – Разве это нормально?

– Вполне нормально, учитывая, что нас в скором времени ждет. – сказал я. – А твоя сестренка – та, кто заварила эту кашу, – жестко парировал я. – А в итоге её отодвинули, лишили права быть ТАМ… вот она и беснуется. И ничего не может изменить. Решение вашей матери – скала.

– Если бы только сестренка не активировала тот портал… – Ника тихо вздохнула, и в этом вздохе слышалась усталость целого мира. Она не первая и, наверное, не последняя, кто думает так же. Да и сама Адель, наверняка, день и ночь казнит себя за это… отсюда и эти дикие перепады её настроения. Ладно бы ещё её допустили бы до участия, но нет… и от этого ей хуже всего.

– Знаешь, а тебе идет цвет этой брони, – вдруг заявила Ника, вырвав меня из потока мыслей. – В ней ты выглядишь… величественно, что ли!

И снова смена темы разговора. – как-то на автомате подумал я.

– Броня как броня, – я даже неловко поежился. – Пойдем.

На этот раз она не стала просить еще пять минуток, а молча направилась к лестнице, ведущей со стены вниз. Едва наши ноги коснулись двора, как…

– Вот ты где! – Ольга преградила мне путь, ее глаза метали молнии. – Я вызываю тебя на поединок! – объявила она на весь двор, так, чтобы слышали все.

Я едва слышно выругался. Честно говоря, я надеялся, что эта идея покинула её голову. Но как отказалась нет… да и отказаться было невозможно.

– Хорошо, – вздохнул я. – Давай по-быстрому с этим закончим.

– Это как получится, – нагло усмехнулась Ольга и, повернувшись, громко скомандовала: – Эй, там! Освободите площадку!

Тренировочная площадка в мгновение ока опустела – тренирующиеся и бездельники исчезли, словно их и не было. И в то же мгновение по ее периметру начали собираться зрители, жаждущие зрелища. Откуда ни возьмись появились Руди и Ямир… братья, старательно игнорируя друг друга, встали по разные стороны площадки. Принцесса Адель в сопровождении герцога и мастера Шона заняла одно из лучших мест.

Мы с Ольгой встали друг напротив друга и обнажили клинки.

– Сразу хочу предупредить, – тихо и немного хмуро произнес я. – Независимо от результата, повторного поединка не будет.

– Договорились, – ответила Ольга и тут же бросилась в атаку.

Ольга двигалась быстро и яростно, ее клинок описывал в воздухе зловещие дуги. Я едва успевал парировать удары, стараясь не дать ей ни единого шанса. Она была сильна, быстра и полна решимости. Видно было, что она готовилась к этому поединку, продумав каждый удар, каждое движение. Но я был опытнее и со мною был дар богини, делая меня подобно читеру, у которого заведомо была выигрышная комбинация. Я видел все ее уловки насквозь, чувствовал ее ритм, знал, когда она собирается атаковать.

Постепенно я начал перехватывать инициативу. Мои удары становились все точнее и сильнее, заставляя Ольгу отступать. Она пыталась контратаковать, но я легко парировал ее выпады. Зрители затаили дыхание, наблюдая за нашим поединком. Ярость Ольги постепенно угасала, уступая место усталости и разочарованию. Она понимала, что проигрывает.

Наконец, я нанес решающий удар. Мой клинок выбил ее оружие из рук, и она оказалась беззащитной. Я приставил острие к ее горлу. Ольга на автомате дернулась назад, оступилась и упала на попу. В ее глазах читалась ярость, но и смирение.

– Сдаешься? – спросил я.

Она молча кивнула. Я убрал клинок и протянул ей руку. Ольга посмотрела на меня с нескрываемой злостью, но все же приняла мою помощь и поднялась на ноги. Вокруг раздались аплодисменты. Я окинул взглядом толпу.

– Все, – довольно грубо произнес я. – Шоу закончилось… можете расходиться. – сказал и убрал меч в ножны.

Я направился к сравнительно небольшой группе молодых бойцов и магов, остаткам моего отряда. Их было немного, словно горсть пепла, уцелевшая после пожара.

– Ну что, все готовы? – спросил я, подходя. – Никто не передумал? Не хочет остаться в тепле и безопасности?

В ответ лишь молчание, тяжелое и густое, как предрассветный туман.

– Хорошо, – совершенно спокойно продолжил я,. – Тогда идем в подземелье…

И, развернувшись, повел их за собой, в черную пасть туннеля. Большинство в отряде, как и я, облачены в белую броню – символ магов-целителей, что первыми бросятся к раненым на поле боя. Каждый вооружен двустволкой и мечом, хотя, признаться честно, мечники из них были так себе. На их клинки в бою полагаться не стоило. Туннель, уходящий под углом вниз и все время забирающий в одну сторону, образовывая некую спираль, вывел нас на мостик первого подземного уровня. Миновав его, мы вошли в скальное здание и, спустившись по лестнице, оказались на широкой улице подземного города. Еще метров пятьдесят-семьдесят, и мы у ворот, за которыми скрывался портал-арка.

Оглянувшись, я дождался, когда все подойдут, и без лишних слов активировал портал. Первый туда шагнула Ника, за ней – все остальные. Я замыкал шествие, последним проходя сквозь мерцающую завесу. Арка портала погасла за моей спиной, отрезая путь назад.

Здесь нас уже ждал молодой целитель Ван, так же одетый в белые доспехи и вооруженный мечом. Именно с ним я отправил наверх всех целителей, где для них был разбит отдельный лагерь.

– Как там обстановка? – спросил я парня прежде чем они ушли.

– Все тихо, командир, – серьезно ответил он. – Командиры Мал и Камай следят за порядком. Наверху все выглядит так, словно здания до сих пор во власти пауков.

Я кивнул и повел остальных во временный лагерь, расположенный на краю города Арахнидов.

Рон уже поджидал нас сидя на скамейке перед домом, и, заметив меня, лишь приветственно взмахнул рукой.

– Ну, как тут у вас? – спросил я, присаживаясь рядом с ним на скамейку.

– Да, в общем, нормально, – пожал он плечами. – После исхода большинства в Верхний город здесь у нас тихо, даже тоскливо… А что в замке? – в голосе его промелькнула едва заметная тревога. Но я знал, что его волнует совсем другое – как там Крис?

Я ответил, стараясь придать голосу уверенности:

– Крис в полном порядке… переживает, просила, чтобы ты обязательно возвращался. Твоя мама велела передать, что позаботится о ней… – и, помолчав, добавил: – У тебя ведь еще есть время, можешь провести пару дней с женой.

Он на мгновение задумался, словно взвешивая эту возможность, но затем отрицательно покачал головой.

– Нет, так только тяжелее будет расставаться… Она, когда отпускала, чуть не рыдала. – Рон вздохнул. – Боюсь представить, что будет, если я вернусь даже на два дня.

Я лишь кивнул, понимая его.

Да и что я мог ему сказать? Жалобно пролепетать: Держись, брат.

Нужно ли ему мое сочувствие? Рон и так все понимал, каждый миг проживал в агонии предчувствия. Переживал не за себя – за юную жену, носившую под сердцем его дитя. Разум твердил, что даже в случае его гибели, о них позаботится мать, герцог не оставит в беде. Но как же мучительно думать о том, как они будут жить без него, без его защиты и любви. И нет, за себя он не боялся, отступать не собирался. Пойдет до конца, чего бы это ни стоило.