И тут, словно из ниоткуда, появляется очередной враг.

Не останавливаясь, наношу удар клинком и мчусь дальше, не оглядываясь, чтобы увидеть результат.

Вперед! Только вперед!

Впереди забрезжил просвет… Глоток свежего воздуха… Свобода!

Но и здесь мне преграждает дорогу, закованный в доспехи противник.

Еще один удар клинком, последнее усилие – и я вырываюсь из огненного коридора.

Передо мной – безмолвная толпа. Опускаю свой клинок и буднично-спокойно произношу:

– Ну, что-то типа такого должен уметь каждый из вас.

Толпа хранит молчание, в их глазах – смесь благоговейного ужаса и непонимания. Они - воины, прошедшие не одну битву, но даже для них увиденное кажется за гранью возможного. На их лицах читается немой вопрос: как такое вообще возможно? Я же, тяжело дыша, пытаюсь отдышаться и сбросить с себя пелену адреналина. Огонь, кажется, все еще пылает в моих легких, а запах гари преследует меня, как навязчивый кошмар.

Неловкая пауза затягивается. Наконец, один из воинов, самый рослый и крепкий, делает шаг вперед. В его руке – изрядно потрепанный меч, а взгляд полон сомнений.

– Ты… это, командир… как? - запинается он, не зная, как выразить свой восторг и удивление.

Я устало улыбаюсь.

– Практика, мой друг, практика. И немного безумия, - отвечаю я, стараясь придать своему голосу непринужденность. – Но, если честно, ничего сверх естественного я вам не продемонстрировал. Каждый из вас, после немногих тренировок, смогу сделать так же.

Откидываю с лица слипшиеся от пота волосы и оглядываю строй воинов:

– Тут главное – не бояться. И всегда верить в себя. Даже когда вокруг бушует ад… Ну в общем как в той поговорке: глаза бояться, а ноги и руки делают.

Я оглядываюсь за спину на построенную за три дня, по моему указанию, полосу препятствия.

Ника приблизилась, её шаги звучали как вызов. Именно эта белобрысая бестия, этот пироман-маньяк, недавно обрушивала на меня огненные шары.

– Ну как тебе? – с лукавой усмешкой поинтересовалась она. – Я справилась?

– Ты вошла во вкус даже слишком, – слегка упрекнул я, хотя всерьез ругать её было бы лицемерием, ведь я сам просил не сдерживаться. К слову, обычно в роли моих "противников" выступали безмолвные манекены, неспособные дать отпор.

Тут к нам подошел Рон, и, глядя на меня с искренним сочувствием, произнес:

– Слушай, тебя случайно по голове последнее время не прикладывали? Какую извращенную фантазию нужно иметь, чтобы придумать такую полосу препятствий?

– Вообще-то, я ничего не придумывал, – возразил я. – Эта полоса препятствий – отдаленное воспоминание о той, что использовалась в одной военной части, где служил мой отец.

– Теперь понятно, в кого ты такой отмороженный, – пробормотал Рон. – И твой отец додумался своего сына этому учить…

Я расхохотался.

– Ты не понял… Это не отец придумал. Такая система обучения существует в нашей армии… ну, скажем, в подобии ваших гвардейских частей.

– Охренеть! – выдохнул Рон. – Мне, честно говоря, даже спрашивать не хочется, какие задачи у вас выполняют такие части…

– Ну… – я на мгновение задумался. – Их используют там, где обычные солдаты продержатся… минут десять-пятнадцать.

– А эти… ваши гвардейцы, значит, победят? – с неподдельным интересом спросил Рон.

– Нет, но они смогут продержаться часа два… – серьезно и без тени улыбки произнес я и добавил: – Драгоценных два часа! Два часа, которые дороже всех сокровищ мира.

Рон промолчал и перевел взгляд на обугленную полосу препятствий, которую маги воды уже залили водой, и где вовсю шли восстановительные работы.

– Думаешь, сможешь натаскать ребят до твоего уровня? – серьезно спросил он, меняя тему.

– Я не соврал, когда сказал, что они смогут превзойти меня, – так же серьезно ответил я, глядя на собравшихся у полосы препятствий парней. В основном это были наши ребята, демонойды, из «Мифриловой гвардии». Когда я позвал их в новый отряд, они без раздумий откликнулись на мой зов. И я был им бесконечно благодарен.

Из пестрой толпы зрителей отделились две фигуры, словно выплывая из общего потока, и одной из них оказалась Юнна. Она, в сопровождении своего спутника, неторопливо двигалась в нашу сторону, окутанная пеленой задумчивости, раз за разом бросая взгляд на полигон. Ее движения были порывистыми, а взгляд – блуждающим, словно она пыталась запечатлеть в памяти каждый уголок этого странного места. Спутник, не дожидаясь, пока она окончательно вернется в реальность, первым подошел к нам.

– Это было нечто запредельное, – выдохнул Тор, в его голосе звучало неподдельное восхищение. – Я тоже хочу это испытать!

– Пока не советую, – предостерег я. – Лучше осваивать элементы полигона постепенно, привыкая к их сложности.

– И все же, тебе удалось произвести фурор! – усмехнулся он. – Если вначале многие относились к твоей идее скептически, то теперь они не могут унять восторженных разговоров о том, что увидели… Да что там говорить, ты и меня впечатлил, – признался он. – Неужели, по-твоему, такие суровые тренировки действительно необходимы?

– Скажу лишь одно… лишними они точно не будут, – ответил я, переводя взгляд на мастера-дворфа, который с мрачным видом крутил в руках свой изуродованный мною арбалет. – Но есть проблема… с оружием. Нам нужно что-то более прочное, компактное, но при этом способное сохранять пробивную силу хотя бы на пятидесяти шагах.

Тор бросил взгляд на дворфа и кивнул:

– Я заметил эту проблему. Самострелы в этом плане надежнее, но тогда придется набирать в отряд только тех, у кого уровень маны не ниже третьего.

Мастер-дворф, уловив наши взгляды, решительно направился к нам со своим пострадавшим творением в руках, обогнув застывшую у водоема Юнну, которая, казалось, что-то высматривала в воде. Инстинктивно я приготовился услышать поток упреков за небрежное обращение с его оружием, но он заговорил о другом.

– У меня есть идея, как улучшить оружие, чтобы избежать подобных инцидентов в будущем, – заявил он, проводя пальцами по деформированному блоку с болтами. – Дайте мне пару месяцев, и я представлю вам новый образец кассетного арбалета.

– Спасибо, мастер! – искренне поблагодарил я.

– Не за что! – проворчал дворф. – Просто мне немного обидно, что мое оружие подвело в самый ответственный момент.

Стоит отметить, что сейчас мы находились в графстве Эрнест, и весь полигон был построен под чутким руководством местных мастеров. Я потратил два дня, подробно объясняя им, что именно мне нужно, а затем, после обсуждения всех деталей, они возвели его всего за три дня, используя магию земли и воды. Я сам был поражен, увидев подобие каменного дома, возникшее на ровном месте буквально за полдня. У него было всего две стены – передняя и задняя, крыша отсутствовала, но для наших тренировок он подходил идеально.

И тем не менее я считал, что полигон нужно слегка усложнить и доработать. Хотя и то что уже получилось мне понравилось. Но нужно было создать ещё один полигон с менее экстремальной сложностью, для повседневных занятий и который не нужно будет восстанавливать каждый раз после использования.

Я обернулся, выискивая взглядом Юнну, и, заметив ее, окликнул достаточно громко, чтобы привлечь внимание. Когда она подошла, я обратился к обеим сестрам:

– Девочки, пора возвращаться.

– Ты собрался идти на занятия в таком виде? – Юнна удивленно окинула меня взглядом, полным недоумения по поводу моего мокрого и слегка опаленного облика.

В ответ я коснулся магической наручи, и в мгновение ока облачился в белую форму мага-целителя, предназначенную для посещения Академии.

– Удобно, – констатировала Юнна.

– Но волосы все равно мокрые, – добавила Ника.

– Не страшно, – отмахнулся я и, взглянув на Тора, кивнул. – Дальше ты как-нибудь сам.

– Идите-идите! – махнул он в ответ рукой, и я, в сопровождении сестер и Рона, направился к порталу, расположенному в саду графского поместья Эрнест.