Больше я ничего не сказал… да и Ника молчала всю дорогу.

Мы вернулись к арсеналу, где ажиотаж и предвкушение нового оружия сменились разочарованием. Помимо тех немногих счастливчиков, о которых уже упоминалось, вожделенное магическое оружие получили только трое. Как ни странно, двое из них оказались нашими зелеными орками, которым досталось оружие, напоминающее мои секиры, только более массивное, грубое, с одним заточенным лезвием с одной стороны и плоским молотом с другой. Даже на вид эти секиры-молоты выглядели неподъемными, но друзья-орки с гордостью демонстрировали их всем своим менее удачливым товарищам.

Еще одной счастливой обладательницей магического клинка стала Ками, и наше возвращение совпало с моментом, когда ее отец гневно отчитывал дочь за безрассудство.

***

Калит.

Ками долго блуждала среди оружия, словно призрак, не касаясь ни одного клинка. Казалось, она искала среди этого сверкающего великолепия нечто, предназначенное лишь ей, что отзовется в самой ее душе. Время, отведенное Артемом на выбор, истекло уже втройне, но я не торопил дочь, позволяя ей подойти к этому важному решению со всей серьезностью. К тому же, меня завораживало само ее созерцательное шествие.

Внезапно, когда мое внимание отвлекла группа ребят, позади меня раздался резкий треск.

Я обернулся и увидел, как Ками вцепилась в какой-то клинок, отчаянно пытаясь вырвать его из подставки. Оружие яростно сопротивлялось, осыпая все вокруг искрами, словно разгневанный зверь.

– Чего ломаешься, как робкая невеста в первую брачную ночь? – воскликнула дочь, усиливая натиск. Клинок, казалось, взбесился, и поток искр стал еще более яростным.

– Ками, прекрати! – очнувшись, закричал я. – Отпусти его!

В ответ она лишь стремительно выхватила свой собственный клинок, выкованный лучшим мастером-дворфом, и прижала его гардой к строптивому оружию… В тот же миг бушующий шторм искр стих, и ослепительная вспышка осветила арсенал.

– Как я и думала! – услышал я довольный голос дочери, когда зрение вернулось. – Ты девочка с характером, но мой мальчик тебе понравился!

Я был поражен тем, что увидел. Клинок, созданный гением дворфа, преобразился, словно слился воедино с тем, что выбрала Ками. Лезвие стало тоньше и грациознее, но слегка вытянулось в длину. По всей поверхности клинка расцвели золотистые узоры, складывающиеся в изысканные розы. Такая же роза украсила и рукоять, а сам магический клинок превратился в ножны, служа верной защитой своему новому союзнику.

– Ну вот! – удовлетворённо произнесла дочка. – Я же знала, что ты ему понравишься… И нечего было так ломаться, глупышка Золотая Роза!

– А что, так можно было? – ошарашенно спросил один из парней и тут же схватился за рукоять своего меча. В тот же миг по всему арсеналу раздался оглушительный звон, заставивший меня немедленно изгнать всех из хранилища.

– На сегодня все! – отрезал я. – Ребята, вы, кажется, не понимаете, что имеете дело с магическим оружием, обладающим своенравным характером и даже, в какой-то мере, разумом.

– Но твоя дочь… – проворчал тот парень, что пытался повторить трюк Ками.

– Придурок! – обозвал я его. – Её клинок выковал лучший мастер-оружейник! Даже среди дворфов он – лучший, мать твою!.. Все, представление окончено. Всем по домам! – и гневно взглянул на дочь, которая ничуть не чувствовала себя виноватой. – А с тобой у нас будет отдельный разговор, – хмуро предупредил я её. В этот момент я увидел возвращающегося Артема и остальных…

***

Артем.

На следующий день...

Восточный Предел изменился… Замок и город остались прежними, но ощущение дома исчезло, словно мираж в знойной пустыне. Две недели назад герцог покинул это место, устремившись с горсткой верных воинов к столице. Императрица призвала его ко двору, и он, как преданный вассал, не мог ослушаться. Я же прибыл сюда один… Ника и Юнна, осиротевшие без отца, наотрез отказались оставаться в замке.

Новый хозяин, новые порядки. Конечно, здесь еще оставались те, кого я знал лично, те, кто не променял привычную жизнь на столичный блеск. Но на меня, когда я шел через двор, бросали косые взгляды, словно на чужака. Если бы здесь была Таисия с ее Валькириями или хотя бы ее родители… Но именно сегодня их не оказалось в замке. Лишь благодаря знакомым лицам в гарнизоне и на ключевых постах меня избавили от расспросов. И все равно, я чувствовал себя незваным гостем.

По привычке я без стука ворвался в кузницу-мастерскую дворфа, выпалив с порога:

– Эй, старый хрыч, вылезай!..

И замер, увидев у стойки незнакомого дворфа.

– А где мастер? – опешил я.

– Я за него, – не менее удивленно ответил тот. – А ты кто такой?

– Я-то?.. Мастер где? – повторил я.

– Да здесь я! – раздался знакомый голос. Мастер выглянул из коморки, раздраженно сверля меня взглядом. – Чего приперся? Только привык к тишине, а тут ты… Чего надо? Если опять мою винтовку сломал, чинить не буду! – предупредил он.

– Да нет, цела винтовка, – ответил я. – Но кое-что показать хочу… За консультацией, можно сказать, пришел.

– Ну, заходи, не стой на пороге, – махнул он своей ручищей и скрылся обратно в коморке.

Я тут же воспользовался приглашением, вошел и прикрыл за собой дверь.

– Твое мнение интересно, мастер… – произнес я и выложил на стол перед ним золотую секиру. – Что скажешь об этом?

К оружию мастер не прикоснулся, но изучал его взглядом, полным сосредоточенного интереса.

– Магическая секира! – констатировал он, словно пробуя слово на вкус. – Разве она не должна была...– начал он, но оборвав себя, спросил о другом. – Где ты её раздобыл?

Врать мастеру не было смысла, поэтому я ответил прямо:

– В арсенале Дискирлина…

– В том самом месте, где ныне правят гули? – странно так глянул на меня мастер. – Как ты вообще сумел проскользнуть сквозь их мерзкие лапы?

– Гулей больше нет… они обрели вечный покой, – сообщил я ему новость. – Последняя из них, небесная эльфийка Арина, сохранившая память и рассудок, вновь обрела плоть, прежде чем покинуть опустевший город, возвела вокруг него защитный барьер.

– О барьере я слышал, – степенно кивнул мастер. – Разведчики уже докладывали… Но весть о возвращении старухи… должна признать, меня это радует! А то я все гадал, кто мог поставить тот барьер... Теперь все сходится. – удовлетворённо кивнул.

– Ты знаком с Ариной? – искренне удивился я.

– Да я с этой старой каргой бок о бок прожил более двадцати лет… в Дискирлинге… Именно я обустраивал этот арсенал, устанавливал защиту… И печати на оружие – моя работа!

Я удовлетворённо кивнул.

– Я так и подумал, как только увидел секиру и твою печать на ней… Сразу почувствовал знакомый оттиск… Поэтому, собственно, я и пришёл к тебе, – заметил я.

– Ну и что там с арсеналом стряслось? – он испытующе посмотрел на меня.

– Если не считать того, что Арина назвала это место хранилищем рухляди, то ничего особенного, – и я поведал мастеру о событиях прошедшей ночи.

– Дура баба! – констатировал мастер, поморщившись. – Нет, я не спорю, она по праву зовется великим магом, но, как и все маги, зациклена исключительно на магии… Хотя, не скрою, среди эльфиек она единственная, с кем я мог общаться и кого я искренне уважаю… Но всё равно – дура! – он вздохнул. – Где она сейчас?

– Осталась в Дискирлинге, – сообщил я. – Заканчивает с библиотекой.

– Этого и следовало ожидать, – вздохнул дворф и тяжело поднялся из-за стола. – Ладно, проводи меня к ней… Я этой карге с молодым лицом мозги немного на место вправлю.

– Да запросто! – я невольно обрадовался его решению.

– А что собираешься делать с арсеналом? – строго глянул он на меня.

– Пока я попросил Арину вновь его запечатать… Перевозить оружие сейчас некуда… Точнее, место найдётся, но ведь не станешь сваливать такие вещи в кучу, как металлолом.

– Разумно, – одобрительно произнёс он. – На то оно и магическое оружие, чтобы требовать к себе особого отношения… Ладно, помогу я тебе с этим делом, – решительно заявил он. – Это оружие «помнит» меня, я смогу его «уговорить» вести себя спокойно.