Я обернулся к Юнне. Ее скорпион уже догорал, обуглившись до черноты. Она стояла, сжимая в руках свой... вернее мой меч, и смотрела на меня. В ее глазах я увидел не только усталость, но и… надежду! Она надеялась и верила в меня! В то что я смогу вывести её от сюда, как однажды смог вывести и Нику.

– Кажется, все, – произнёс я опуская секиру. – Пора уходить. Это место мне нравится все меньше и меньше.

Дальше мы шли с ещё большей осторожностью, внимательно оглядывая и изучая каждый метр своего пути. И из-за этого скорость нашего движения упала буквально до минимума.

И всё же, благодаря этой осторожности, нам удалось миновать несколько кристаллических чудовищ и даже стать свидетелями яростной схватки двух скорпионов, не поделивших что-то меж собой в этой каменной обители.

Но как ни крути, выбраться из подземелья до наступления темноты нам было не суждено. Когда свет начал меркнуть, я понял, что пришло время искать убежище. К счастью, подходящее место нашлось почти сразу. Мы наткнулись на полуразрушенный дом, и в уцелевшей комнатке на краю его и решили остановиться. Из обломков и всякого хлама я соорудил подобие баррикады у входа, а сам вместе с Юнной устроился в углу, стараясь слиться с тенью.

Вот тут-то мой верный рюкзак и пригодился во всей своей полноте. Помимо аптечки и скудного запаса еды – провизии на одного человека на два дня – в нём таились и другие полезные вещи.

– Да ты просто кладезь предусмотрительности, – заметила Юнна, наблюдая, как я расстилаю на полу утеплённый плащ и извлекаю из недр рюкзака завёрнутый пакет с едой: обычные бутерброды, приготовленные горничными по моей просьбе в дорогу. Рядом я поставил флягу с водой и с лёгкой иронией произнёс:

– Стол накрыт, принцесса!

– Благодарю, мой рыцарь! – с притворной торжественностью ответила она и, не выдержав серьёзного тона, рассмеялась.

Я тоже улыбнулся, но от смеха воздержался.

– Знаешь, – проговорила девушка, откусывая от бутерброда, – твоя уверенность и невозмутимость просто поражают. Глядя на тебя, я начинаю верить, что всё закончится хорошо.

– Иначе и быть не может, – уверенно ответил я, беря свой бутерброд. – Вернёмся и надерём задницу этому козлу. – мрачно пообещал я. Меня злило, как легко он заманил нас в эту ловушку, в круг портала, забросившего нас сюда. Сейчас, размышляя об этом, я понимаю, что допустил две грубые ошибки. Вторая – когда не сообразил изменить точку выхода. В этом случае мы бы уже были дома. Но говорить об этом вслух я не стал.

После скромного перекуса я принялся готовиться ко сну. Достав из рюкзака второй плащ, бережно укрыл им Юнну.

– Отдыхай, – тихо произнес я.

– А ты? – в её глазах плескалось беспокойство.

– Я тоже прилягу, но чуть позже, – пообещал я, стараясь её успокоить.

– Так не пойдет, – покачала она головой. – На тебе и так больше нагрузки… Давай ты поспишь, а я покараулю, – предложила она с неожиданной твердостью.

Я вздохнул. Спорить с ней не было ни малейшего желания. Если хотя бы наполовину она так же упряма, как Ника, то… Я снова вздохнул и потянулся за пузырьком с таблетками, чудом сохранившимся со времен моего попадания в этот мир.

– Хорошо, – извлек я одну из таблеток и протянул ей. – Запей водой.

– Что это? – с подозрением взглянула она на мою ладонь.

– Специальный препарат, снимающий усталость и напряжение, – слукавил я… хотя, назвав это ложью, я бы сильно погрешил против истины. По сути, я сказал правду… всего лишь слегка приукрашенную и с измененным финальным акцентом.

Юнна послушно проглотила таблетку, запив водой из предложенной фляги.

Я вернулся к узкому окну, служившему слабым подобием наблюдательного пункта, и на какое-то время погрузился в созерцание окружающего пейзажа. Когда же я обернулся, Юнна уже мирно спала, облокотившись спиною на стену.

Едва заметная усмешка тронула мои губы. Я тихо подошел к ней и бережно укрыл откинувшимся плащом. Пусть спит! А то, что завтра она, подобно Нике, будет сердиться на меня… как-нибудь переживу. Главное, чтобы она проснулась отдохнувшей и полной сил, а не клевала носом, терзаемая единственной мыслью: Как же я хочу спать!

Снова у окна. За каменной стеной не было ничего примечательного – ни признака жизни. Казалось, даже скорпионы и муравьи попрятались в свои норы, отчего эти древние развалины казались по-настоящему вымершими.

Немного постояв, я вернулся к спящей Юнне. Присел рядом и осторожно обнял её за плечи, придерживая, чтобы она во сне не упала со скользкой каменной стены на пол. Не самое удобное положение она выбрала для сна.

Какой приятный запах! – невольно подумал я, вдыхая тонкий аромат её волос. Волной прокатилось предчувствие, обжигая кровь.

– Тебе ещё чего не хватает? – пробормотал я, бросив строгий взгляд в район паха, словно… этот мой приятель мог мне ответить. Да и что бы он сказал?

Ты, хозяин, совсем спятил? Я бабу хочу! Рядом с тобой две такие красотки кокетливо помахивают хвостами, а ты тупишь не по-детски! Хватай обеих и тащи в постель. А последствия, потом разгребать будем!

Пожалуй, именно это он бы и сказал мне, если бы мог говорить. Вот только сейчас было явно не до любовных похождений. Да и наживать себе врагов в лице родителей девочек, я хотел ещё меньше всего.

Но черт возьми, какая же она...!

***

Ника.

Что я могла сказать в оправдание?

Что видела сон!

Бред сивой кобылы!

Да кто поверит в этот абсурд, в козла, убивающего мою сестру во сне?

И пока в моей голове лихорадочно роились нелепые версии, вплоть до банального убийства, Ками, не обремененная сомнениями и просто верящая мне, стягивая веревки на наставнике Бойко, неловким движением дернула за тонкую нить цепочки на его шее, порвав её без малейшего усилия. И по толпе студентов пронёсся вздох изумления, эхом отозвавшийся даже среди наставников.

– Какого черта?! – Госпожа Ольга даже за рукоять клинка схватилась. – Что это значит? Кто это?

Обернувшись, я застала зловещую метаморфозу на лице наставника Бойко. Лицо его словно поплыло, подобно оплывающему воску свечи, принимая чужие, незнакомые черты. Зрелище, для неподготовленного человека было поистине жутким. Это потом выяснится, что эта цепочка, была замаскированный артефакт смены личности, которые в империи были под запретом. Но это потом, а пока...

– Это не профессор Бойко! – выпалил, не придумав ничего умнее, наш наставник боевой магии, возглавлявший вылазку в это подземелья. Быстро совладав с собой, он рявкнул: – Кто ты такой, черт побери? Где профессор Бойко?

Связанный незнакомец, с явными признаками примеси эльфийской крови, лишь презрительно скривился в ответ, демонстрируя полное нежелание сотрудничать.

– Полагаю, он знает, куда пропали Артем и Юнна, – я невольно обрадовалась, что никто не заметил моей оговорки, когда я назвала вторую принцессу своей сестрой. Взгляд, полный ненависти, теперь был прикован ко мне.

– Как ты поняла, что он не тот, за кого себя выдаёт? – удивленно спросила Ольга. Этого вопроса я боялась больше всего. Поэтому вместо ответа я лишь неопределенно пожала плечами, пытаясь сменить тему.

– Сейчас это не важно! – заявила я и легонько пнула ногой пленника, переключая внимание на него. – Главное – заставить его говорить!

– Заговорит! – мрачно пообещал наставник магии. Он был вне себя от ярости и полон решимости узнать правду. Оглянувшись, он громко произнёс, не обращаясь ни к кому конкретно: – Найдите и приведите наставника Нортона!.. Живо! Он мне срочно нужен!

Мастера боя нашли мгновенно… Вернее, он сам нашёлся. Вероятно, он был неподалёку, когда здесь началась вся эта неразбериха, а затем услышал требовательный голос наставника боевой магии и поспешил сюда, чтобы выяснить, что происходит.

После краткого пояснения старший наставник закончил свою речь неожиданной фразой:

– …Не думал, что когда-нибудь придется прибегать к такому, и что я стану тебя о таком просить, Нортон, но мне нужно как можно скорее вытянуть информацию из этого… – он кивнул на связанного. – Так что, я не стану тебя сдерживать… Делай что хочешь, но он должен заговорить! Я должен знать, кто он такой и какое отношение он имеет к пропаже наших студентов.