Командиром городской стражи у нас был демоноид по имени Рон.

Демоноиды были полулюдьми от совокупления демона и человека. Такие тоже бывали, и в своём большинстве они были потомками женщин-рабынь, попавшихся в плен к демонам, и самих демонов. Демоны к таким полукровкам относились как к рабам и никогда не признавали таких своими потомками. Правда, в нашей империи к ним относились не лучше… Их называли выродками, и те были лишены всех прав. По сути, такие же рабы, только без ошейников. Но отец не был таким, и полукровки считались у нас полноценными членами общества. И пример тому — капитан городской стражи Рон, которого его подчинённые тихо называли Зверем… Нет, сначала пытались звать Демоном, но, видя, что тому не нравится такое сравнение, так звать перестали. К слову, Рон являлся единственным на моей памяти демоноидом, у которого отцом был человек, а мать демонессой… суккубом. И ещё матушка Рона жила здесь, в городе, и была единственной демонессой, которой было позволено жить среди людей. Ведь из-за того, что родила от человека и не избавилась от ребёнка, её, вернись она к демонам, ждала участь пострашнее, чем смерть.

И вот когда я прибыла на рыночную площадь, то сразу, ещё издали, увидела Рона!Что поделать, если он сильно выделялся из толпы: около двух метров, здоровый, но с красивым лицом, доставшимся ему от матери, из-за чего тот был сильно популярным у девушек.

К слову, Рон ещё был и в хороших отношениях с моим вечно занятым отцом и обоими братьями, так как именно он был наставником последних в боевых искусствах и до сих пор был вхож в наш дом. И соответственно, я тоже слишком хорошо его знала. А его мама, суккуб, которая жила у нас в крепости и заведовала всем дворовым хозяйством, лично накладывала на меня защиту от любых приворотов и от контроля разума.

Вот такие дела… И именно поэтому пересекаться здесь, на торговой площади, сейчас мне было с ним не с руки и потому, пользуясь тем, что он нас ещё не заметил, я тут же увела обоих своих сопровождающих к дальним рядам торговых палаток, где нас заметить было не так уж и легко, и особенно в толпе.

Вскоре я про него совсем забыла — увлеклась разглядыванием всевозможного, представленного торговцами, товара. Особенно было много всяких диковинок из центральной империи… Ах да, я совершенно забыла сказать, что наша империя носила древнее название Рутхен, что с какого-то забытого языка переводилось как «Первородная» или «Изначальная». Не знаю, насколько это утверждение было верным, но наша империя и вправду была очень древней страной, пережившей почти два тысячелетия.

Но давайте вернёмся на торговую площадь, которая в тот миг так меня увлекла. Всё же, если быть до конца честной… как бы я ни любила наш город, он всё-таки относился к захолустью и окраине, которая не сравнится с блеском и шиком центральных регионов империи. И это различие лишний раз подчёркивалось тем разнообразием товаров, что было представлено на прилавках торговцев. Например, мои сопровождающие так и застыли при виде полной рыцарской брони, которую у нас днём с огнём не найдёшь. И даже не потому, что она очень редкая и особенная, а потому, что от неё в наших горах попросту не было толку. Она красивая! Она полностью защищала своего владельца! Но где вы в горах видели полностью закованного в такой неповоротливо-тяжёлый доспех рыцаря? У нас здесь ценились подвижность и возможность легко передвигаться на самых крутых и узких тропах А в таком доспехе только идиот сунется в наши горы, где в лёгкую сам себе свернёт шею. Это, конечно, прекрасно осознавали и гвардейцы моего папочки, но просто полюбоваться на такой первоклассный доспех даже им хочется. Может быть, даже и иметь в своём имуществе, чтобы была возможность хоть иногда пройтись в нём по нашему городу, произвести впечатление на впечатлительных молодых дев. И хоть оба воина были довольно состоятельными ребятами (так как папа не скупился на выплатах своим гвардейцам) и легко могли позволить себе приобрести подобного рода доспех, но те, только немного поглазев на него, без сожаления отправились следом за мной, стоило мне перестать разглядывать стойку с предложенным на нём оружием. К слову, на предложенные торговцем дорогие и красивые мечи те даже не взглянули. Ведь оружие, что делали наши мастеровые из оружейной гильдии гномов, было куда более высокого качества и являлось реально боевым оружием, которому можно было доверить свою жизнь. Даже такие молодые воины — и те это понимали.

А вот что меня реально заинтересовало — это представленные прибывшими к нам торговцами украшения, причудливые и изысканные. Вот чего у нас реально было не сыскать, так это именно их. А какая женщина, девушка и девочка не мечтает украсить себя чем-то изысканным и красивым. Но как бы мне ни хотелось себе что-нибудь такое купить, но я не могла этого сделать. Потому что у меня банально с собоё не было денег. Ведь я выбралась сюда только поглазеть на товары, а не покупать их на самом деле.

Сразу несколько огромных палаток-шатров, где предлагали на выбор от всевозможных роскошно-вечерних и будничных платьев до самого разного женского белья. И поэтому не было ничего удивительного, что рядом с этими платками толпилась куча женского народа. Мне тоже было интересно глянуть на наряды, и поэтому, оставив своих телохранителей у входа в палатку, я на целых полчаса отдалась воли чувств, нагляделась и натрогалась невообразимое количество предлагаемых нарядов. А вот на выходе из шатра меня ждал огромный облом в лице капитана Рона, который уже успел отчитать моих горе-стражей и теперь с коварно-нехорошей улыбочкой поджидал меня. Благо ещё, что у него хватило такта не лезть в сам шатёр и вытаскивать меня оттуда. Вот срама и унижения-то было бы…

— А, добрый день, капитан Рон! — улыбнулась я одной из самых своих обаятельных улыбок. — Хорошая сегодня погодка, вам так не кажется? Самое то для прогулки!

— Надеюсь, юная барышня нагулялась, — довольно мягким и завораживающим голосом произнёс Рон. Несколько женщин, что были поблизости от него, даже за сердце схватились, чуть в обморок не попадав. Настолько убийственно-завораживающе звучал его голос. — Что-то мне подсказывает, что в ближайшие несколько дней тебе вряд ли удастся ещё так погулять, — закончил он.

Я только плечиками пожала.

Подумаешь, снова накажут. Так не в первый и не в последний раз.

Явно не заметив раскаянья на моём лице, Рон нахмурился.

— Ника… — строго сказал он, но неожиданно замолчал и, вдохнув, закончил: — Я провожу тебя до дома.

При выходе с рыночной площади мы проходили мимо одной малоприметной палатки с неброской табличкой, о том, что здесь проводятся гадания.

— Юная госпожа! — неожиданно я расслышала негромкий женский голос оттуда. — Не хотите получить предсказание своего будущего?

— Ну, ближайшее моё будущие мне и без того уже известно, — пробурчала я, но всё же остановилась и, глянув на Рона, спросила его: — Всего на пару минуточек… Тебе что, жалко?

Не то чтобы я и вправду хотела получить какое-то там предсказание. Просто всеми силами желала отсрочить своё возвращение в крепость, где меня точно ждало наказание.

— Хорошо, — неожиданно согласился Рон. — Можно и войти. Но только на пару минут, — тут же предостерёг. — А потом сразу домой… Надеюсь, ты меня поняла?

— Да, папочка! — мрачно, с заметным сарказмом произнесла я, входя в палатку, в которой царила заметная полутень. Скорее всего, так было сделано специально, чтобы создать некую атмосферу таинственности.

В самой палатке присутствовал огромный ковёр с непонятным рисунком и закрывающий весь пол. Огромный стол, и на нём огромный хрустальный шар — атрибут гадания. Сама же гадалка — с открытыми холёнными пальцами и перстнями, в ярко-красном балахоне, с накинутым на лицо капюшоном. Мои сопровождающие, теперь конвоиры до места наказания, естественно, попёрлись следом за мной и тоже зашли в палатку к гадалке.

— Приложи свои ладошки к шару, милое дитя, — ласково произнесла эта женщина. — И мы начнём наше гадание.