Сервис уровня «все включено», только с ярко выраженным лесным колоритом и полным отсутствием обратной связи.

Сзади раздался шорох и тихое скрежетание амуниции.

Спецназ просыпался. Командир группы открыл глаза, тут же перекатился на живот и подтянул к себе автомат, одновременно осматривая периметр. Остальные солдаты синхронно последовали его примеру. Лишь убедившись, что непосредственной угрозы нет, а командир подал знак опустить оружие, они позволили себе расслабиться и сесть.

Сундраил тоже пришел в себя. Радикал сел, потер лицо ладонями и уставился на мертвые деревья за пределами барьера. В его глазах читалась сложная смесь облегчения от того, что он покинул рощу дриад живым, и тоски при виде уничтоженного родного леса.

Даграль заворочался, громко чавкнул губами и с кряхтением сел, почесывая бороду.

Рядом со мной зашевелилась Шая. Эльфийка грациозно потянулась, выгнув спину, и медленно открыла глаза. Она несколько секунд смотрела на чистую зеленую траву, затем на меня, а после перевела взгляд на серую пустошь за куполом.

— Где мы? — спросила Шая, моргая и оглядываясь по сторонам. Затем она чуть прищурилась, оценивая идеальную границу между живой травой и мертвым лесом. — А… кажется, я поняла.

— И что же ты поняла, остроухая? — прохрипел сонным голосом Даграль. Дварф потянулся к своей секире, проверил чистоту лезвия и, удовлетворившись результатом, использовал древко как опору, чтобы подняться на ноги.

— Нас тихонько выпроводили, — резюмировала эльфийка, отряхивая чистую одежду.

— В их стиле, — буркнул Даграль, ничуть не удивившись. — Скажи спасибо, что не пинками гнали.

— Я, признаться, вообще удивлен, что мы проснулись живыми и со всем снаряжением, — вставил командир спецназа, поднимаясь на ноги. — Не смотря на приятный вечер в их компании, — неоднозначно добавил он.

Мысль, внезапно пришедшая в голову, заставила меня замереть.

Итак, нам дали время на отдых, накормили и подлатали, а затем выпроводили. Но… выполнила ли Лесная Матерь то, о чем мы говорили?

Ведь Нона четко сказала: «Отдохнете, отоспитесь в безопасности, придете в норму. Вот после этого я вам ее и отдам, и с миром отпущу».

С миром нас отпустили, вопрос нет. Но передача артефакта подразумевает физический контакт. Я не помнил ничего с того момента, как Нона коснулась моего лба. Я не помнил, чтобы брал что-либо в руки.

Я быстро опустил взгляд на свои руки и проверил карманы штанов. Пусто. Огляделся вокруг себя на траве — ничего похожего на каменную плиту не валялось. Неужели она нас просто выкинула, решив, что мы недостойны? Или это изощренная шутка древнего существа?

Сердце забилось чуть быстрее. Если мы вернулись без скрижали, то весь этот поход по итогу имел примерно нулевой КПД.

Я машинально провел рукой по груди, проверяя застежки разгрузочного жилета, и внезапно пальцы наткнулись на что-то, чего раньше там точно не было. Бронеплита в разгрузке имела абсолютно иной формфактор, а здесь…

Оно ощущалось прямо под тканью тактического жилета, на уровне левого легкого. Я нахмурился. Форма плотно прилегала к телу, и я точно знал расположение каждого подсумка и каждого кармана. В том месте, где я сейчас чувствовал твердый предмет, должен был находиться только внутренний потайной карман куртки.

Я быстро расстегнул липучки разгрузки, откинул борт жилета и засунул туда руку.

Пальцы нащупали шероховатый камень с глубокими бороздками рунической резьбы.

Вытащив предмет на свет, я посмотрел на него.

В ладони лежал второй кусок скрижали размером чуть меньше половинки кирпича. Края были неровными, явно указывающими на то, что это лишь фрагмент большего артефакта. Руны на его поверхности полностью совпадали по стилистике с теми, что мы видели в дварфийской гробнице, но узоры складывались в иные значения.

Я стоял и смотрел на камень, не зная, что сказать.

Спрятать артефакт в мой внутренний карман, пока я был в отключке. Застегнуть все молнии и липучки так, чтобы он не выпал при транспортировке. Никаких пафосных речей о бремени спасителя. Никаких торжественных передач из рук в руки под сводами древних деревьев.

Она просто положила посылку в карман получателю и оформила экспресс-доставку к выходу.

— Скрижаль, — выдохнула Шая, глядя на камень в моих руках.

— Ага, — я усмехнулся, пряча скрижаль обратно во внутренний карман и тщательно застегивая молнию. — Неожиданно, правда?

— Скорее бестактно с их стороны, — ответила Шая. — Но учитывая ситуацию, и на том спасибо. Все лучше, чем скакать над лавовым озером.

Я шмыгнул носом.

— И то верно.

— Ну, раз у нас все на руках, предлагаю не задерживаться, — подал голос командир группы, закидывая автомат на плечо. — До гарнизона по прямой минут пятнадцать хода, если верить навигатору. И я бы предпочел пройти их как можно быстрее.

Я кивнул, полностью поддерживая это предложение.

— Сундраил, — я повернулся к эльфу, который все еще смотрел на мертвый лес. — Уговор в силе, так что ты идешь с нами. Не думаю, что ты предпочтешь оставаться в лесу в одиночестве.

— Я разве похож на безумца? — спросил он, приподняв брови.

Я не сдержался и хохотнул.

— Уж извини, но ты на моей памяти один из самых яростных фанатиков, которых я встречал, так что…

Радикал фыркнул, отмахнувшись рукой и сдвинувшись с места.

— Идем уже.

Быстро проверив снаряжение, отряд шагнул за пределы защитного купола. На всякий случай выход повторяли также, как и вход — закрыв глаза и задержав дыхание, ведь кто его знает, что там дриады нахимичили со своей магией. Лишиться зрения как-то по неосторожности не хотелось.

Обратный путь по мертвому лесу занял не более пятнадцати минут. Вскоре серые стволы расступились, и мы вышли на широкую просеку, за которой возвышалась знакомая бетонная стена западного гарнизона.

Мы двинулись к воротам, но стоило нам оказаться на открытом пространстве, как пулеметы на вышках синхронно пришли в движение. Стволы с лязгом развернулись и жестко зафиксировались, целясь прямо в нашу группу.

— Отставить! Свои! — рявкнул командир спецназа, выходя вперед и поднимая руку.

Но пулеметчики не отвели стволов. Они замерли за бронещитками, пальцы лежали на гашетках, а позы выражали предельную готовность открыть огонь на поражение. Напряжение повисло над просекой. Солдаты гарнизона смотрели на нас не как на возвращающихся с задания товарищей, а как на неизвестную и крайне опасную аномалию.

— Зовите начальника гарнизона! Быстро! — подал я голос, стараясь говорить громко и четко.

Прошла примерно минута томительного ожидания под прицелом крупного калибра, прежде чем на бетонном парапете появилась знакомая фигура полковника.

Начальник гарнизона посмотрел вниз. Он окинул взглядом наш строй, задержался на мне, затем на Даграле и Сундраиле. Его лицо выражало крайнюю степень сомнения. Он медлил, словно не был уверен в правильности своих действий, явно взвешивая риски пустить нас внутрь.

Наконец полковник коротко кивнул своим людям.

— Пропустить, — донесся сверху его приказ. — Но держать на прицеле до самого шлюза.

Тяжелые ворота со скрежетом поползли в стороны, открывая проход в карантинную зону.

Едва мы оказались на внутренней территории, отряд сразу же разделили. Бойцы СБРИ отправились в расположение для сдачи оружия и отчета, Даграля и Сундраила вежливо, но под конвоем проводили в гостевые блоки, а мы с Шаей пошли вслед за командиром гарнизона прямо в штаб.

И все это время на нас со всех сторон косились, как на прокаженных.

Мы зашли в кабинет, офицер плотно закрыл дверь, прошел к своему столу и тяжело оперся на него руками. Усталость на его лице никуда не делась, но сейчас к ней примешивалось явное замешательство.

— Дело в том, — начал командир, глядя мне прямо в глаза, — что мы уже подумали, что вы сгинули в лесу.

Я слегка нахмурился. Формулировка показалась мне странной. Да, рейд был тяжелым, но списывать нас со счетов так быстро было как-то преждевременно.