Они молча кивнули, и этого простого жеста согласия было достаточно, чтобы мы двинулись дальше.

Двери захлопнулись почти одновременно, их глухой стук нарушил оцепеневший покой ночной улицы. Я вжался в холодную кожу водительского сиденья, а пальцы автоматически подали ключ в замок зажигания и привычным движением хоть в этом, хоть в прошлом мире, провернули его.

— Куда ехать-то? — голос Алисы с заднего сиденья прозвучал напряженно.

— Сейчас, — бросил я, выводя на экран смартфона карту. «Сокол-7». Я нашел пульсирующую точку, замершую в промзоне. Мой палец уже тянулся к кнопке «Проложить маршрут», когда я замер.

Точка… точка больше не стояла на месте. Она ожила. Медленно, но верно, крохотный пиксель ее трекера пополз по нитке улицы, углубляясь все дальше в лабиринт старых складов и заброшенных цехов.

В голове мелькнула предательская мысль. Может, я зря поднял тревогу? Может, она просто выжидала, пряталась, а теперь снова ведет объект? Простое и логичное объяснение, которое могло бы сэкономить нам всем кучу нервов.

Но сообщение Нандора… Он не стал бы писать, если бы все шло по плану. Эльфы не склонны к человеческой суетливости и панике. Его короткая, сухая фраза была равносильна сигналу SOS, поданному с тонущего корабля. Что-то пошло не так. Катастрофически не так.

— Маршрут построен, — произнес бесстрастный электронный голос из динамика, когда я ткнул пальцем в экран.

Седан сорвался с места и влился в поток ночного города. Улицы были почти пусты, лишь редкие такси и запоздалые гуляки. Свет фонарей ложился на асфальт длинными желтыми полосами.

Я вел машину, полностью сосредоточившись на дороге, но часть моего сознания была занята следующим шагом. Я нашел в контактах номер с лаконичной подписью «Главный» и нажал на вызов.

Гудок прозвучал лишь раз. Трубку сняли мгновенно.

— Добрый вечер, господин коронер.

Голос на том конце был глуховат, с легкой хрипотцой. Все тот же голос, который я слышал и неделей ранее. Или… или сколько там прошло времени с того момента? Казалось, что целая вечность.

— Приветствую. Мы договаривались о встрече на понедельник…

— Но, смею предположить, раз вы решили позвонить в субботу вечером, планы изменились, — без паузы закончил он мою мысль.

— Верно, — подтвердил я, перестраиваясь в левый ряд, чтобы обогнать мусоровоз.

— Судя по вашему голосу, вы торопитесь. Есть пара свободных минут на любезности, или сразу к делу?

Я бросил взгляд на карту маршрута. Навигатор показывал пятнадцать минут до цели. Не сказать, что времени было в обрез, как раз-таки наоборот. Этих минут хватит на полноценный диалог.

— Есть.

— Хотел поблагодарить вас в очередной раз. Ваша мысль про причастность силовых структур, у которых имелись люди с ярко выраженными… — он на мгновение помедлил, подбирая обтекаемую формулировку, — психическими отклонениями, оказалась в высшей степени продуктивной и точной.

И чего он тянет кота за причинное место? Мог бы прямо сказать — были психи, мы их поймали и наказали. Всю картину я видел и сам через покойного Сальву. Да и Грим уже мне коротко обрисовал ситуацию. Но так как «палить» мне его подчиненного в распускании информации не хотелось, а раскрывать свою тайну тем более, я продолжал слушать и поддакивать.

— Интересно, — сказал я после небольшой паузы, давая ему понять, что я готов слушать.

— Это были наши бывшие сотрудники. Сослуживцы. Солдаты.

— Мгм, — промычал я, внимательно следя за дорогой и проскакивая на мигающий зеленый. — И все?

— Хм. А что еще вас интересует?

— Почему, например, «были», — я поддерживал диалог почти на автомате. Мысли уже были там, в темной промзоне. — Всех перебили?

— Часть погибла при, скажем так, выяснении обстоятельств. Они оказали сопротивление, когда мои ребята решили уточнить у них степень их причастности. Те решили, что мы явились мстить, и открыли огонь. Оставшихся мы задержали и передали куда следует. А «были» они потому что их выставили за дверь нашей ЧВК задолго до этих событий. Они не следовали кодексу. У нас, знаете ли, не принято резать людей с явным удовлетворением на лице. Это уже не работа, а откровенный садизм, чего мы не приемлем.

— Понимаю, — согласился я. И я действительно понимал. Частные военные компании бывают разные. Одни нанимают профессионалов, способных выполнить задачу чисто и без эмоций. Другие — откровенных отморозков, для которых война — способ легализовать свою жажду насилия. «Щит», как я успел сначала выяснить, а затем и убедиться, старался держаться первой категории. Это внушало определенное уважение.

— Вот и вся история. Еще раз благодарю. Так что у вас за срочность, господин коронер?

Наконец-то.

— Про оккультистов слышали?

— Ими весь эфир СБРИ забит в нашем регионе. Все копают, разбираются. Слышал и про вашу совместную операцию у дома Вяземского. Я впечатлился, но, признаться, так и не понял, что случилось. Искали одного Вяземского, а нашли второго в его же подвале.

— Как-то так, — ответил я, не вдаваясь в подробности. — В общем, прямо сейчас у меня пропал со связи один сотрудник, который следил за кротом культистов в полиции. Мне нужны люди. Люди, которые подъедут к конкретному месту с самыми серьезными пушками, какие у вас есть. У меня есть подозрение, что человека обнаружили и взяли в плен. Надеюсь, что к моменту, когда мы окажемся на месте, я надеюсь, что она… ну, по крайней мере, будет еще жива.

— Она? — переуточнил Главный и я тут же себя чуть ли за язык не прикусил. Но отступать было некуда.

— Да.

— Так речь еще идет и о женской чести?

— Можно сказать и так.

Какая интересная реакция. Главный был, что ли, из старой касты аристократов, которые за женскую честь были готовы биться на дуэли до смерти?

От этой мысли мне стало смешно. Смешно потому, что я и сам, как оказалось, был таким же аристократом.

В трубке повисла пауза. Я свернул с проспекта на узкую, плохо освещенную улицу.

— Ясно. Что ж, присылайте координаты.

— Грим и Фауст сказали, что они в деле.

Главный хмыкнул.

— Коронер, не думали поступить к нам на службу? Платим мы хорошо и исправно. Да и друзей вы, я смотрю, уже нашли.

Я невольно хохотнул.

— Спасибо за предложение. Я бы, возможно, и согласился, если бы определенные жизненные обстоятельства не требовали моего личного и весьма специфического участия. А у вас, как вы сказали, кодексы, строгость, подчинение. Не по мне.

Он издал короткий, сухой смешок.

— Грим, Фауст и еще пара ребят выйдут с вами на связь в ближайшее время. Но убедительная просьба — вы ничего не слышали и ничего не знаете. Мы контактируем с вами по личной инициативе и в рамках взаимовыгодного сотрудничества.

— Я даже не знаю, о чем идет речь. Я вообще еду за рулем и ни с кем не разговариваю.

Он помолчал несколько секунд. Почему-то мне показалось, что эти слова ему понравились.

— На связи, господин Громов.

Я положил телефон на специальную подставку, и салон машины снова наполнился лишь ровным гулом двигателя да тихим шелестом шин по асфальту. Разговор окончен. Теперь оставалось только ехать. Моя нога сама собой чуть сильнее надавила на педаль акселератора, и «Имперор», плавно качнувшись, ускорил свой бег по ночным улицам.

Мигающая точка на экране навигатора приближалась, затягивая нас все глубже в промышленное сердце города, давно переставшее биться. Фонари на улицах становились все реже, свет их тусклее. Жилые дома сменились глухими кирпичными заборами, за которыми угадывались темные силуэты цехов и складов. Воздух за окном изменился. Исчезли запахи выпечки и выхлопных газов, им на смену пришел тяжелый, застарелый дух машинного масла, ржавого металла и сырой земли.

— Как ты поймешь, что пора остановиться? — голос Лидии прозвучал с заднего сиденья. — Как не раскрыть наше положение раньше времени?

Вопрос был по существу, прагматичный и своевременный.

— Как только подъедем достаточно близко, — ответил я, не отрывая взгляда от дороги, — я передам руль Алисе. Выключите фары. Будете медленно следовать за мной, держа дистанцию не меньше ста метров. Главное — не отставать и не приближаться. Я же пойду пешком. Нандор, я надеюсь, уже там, мы встретимся и двинемся по следу вместе.