— Да, я приду!

— Никому не рассказывайте об этом сне. Но оставьте домашним записку, что можете отсутствовать в замке несколько дней. А чтобы помнили мои слова, возьмите, — Дик снял один браслет и протянул Смеле. — Это знак. Встретите других людей с такими кольцами, не бойтесь их. Это друзья.

Надев браслет на руку и любуясь им, Смела не заметила, как гость снова отступил в тень.

— Как тебя зовут? — спохватилась принцесса.

— Дик. Спокойной ночи, ваше высочество…

Принцесса во все глаза смотрела, как стена снова срослась. Она вскочила и подбежала к стене, погладила ее, проверяя твердость камня. Потом горделиво протянула перед собой руку, словно браслет — драгоценный символ власти, весело покружилась по комнате и снова улеглась в постель. Убедившись, что переполоха в замке в ближайшие минуты не поднимется, посланцы братства осторожно спустились со стены. Никко вернул все камни замка на место и ободряюще хлопнул Дика по плечу, пока они шли обратно к переходу.

— Видишь, ничего сложного! Из тебя получилась отличная фея, являющаяся в снах послушным деткам! Чего ты?

Дика трясло в жестокой лихорадке, он едва мог ответить, что всё нормально.

— Сколько ещё? — спросил он немного позже, стараясь не стучать зубами.

— Сущие пустяки. Четырнадцать.

— Порядок? — Эрл поднялся с травы. Друзья возвратились очень быстрым шагом, но погони не слышно.

— Дальше, — махнул рукой Дик. — Веди сам.

Сверившись с картой при свете кремниевого фонарика, Черный тигр подал им свою огромную ручищу и шагнул в переход. Они вышли за рекой, в долине, неподалеку от замка короля Стефана, с младшим сыном которого, как считал Дик, хлопот не будет.

Пробравшись к окну, посланники застали принца бодрствующим. Он тоже читал и, что смешно, тоже военные хроники. Дик не стал церемониться с ним. Прошел сквозь стену, открыто явившись на глаза взрослому худому юнцу далеко не воинственной наружности.

— Ты Дик? — с легкой завистью, которую он пытался выдать за презрительную насмешку, спросил принц Стэп. — Каталина такое о тебе рассказывала! Этот дракон… правда похитил ее, знаю, и ты был там, но… Правда, что ты сам его убил? Папа говорил, ты хорошо дерешься на мечах, я в это верю, допустим. Но Каталина говорила, ты… В общем, я не могу поверить, что ты побывал в пасти дракона и выжил! — выпалил принц.

— Ты прав. Никто бы не выжил. Меня спасли доспехи и звание странника. Сейчас у меня нет времени тебя убеждать. Если хочешь остановить войну и вернуть трех своих братьев, жду. Держи на память, — Дик протянул ему браслет.

— Хочу, — опустил голову Стэп. — Но только двух. Мелеха убили месяц назад.

Они простились, пожав друг другу руки, как равные. Посланники поспешно вернулись в долину у реки.

— Дальше, — махнул Дик Эрлу.

— Куда?

— Не знаю. На Восток.

Они навестили одного из восточных принцев, с которым Дику оказалось трудно разговаривать. Принц очень испугался, увидев, как стена разошлась и позвонил в колокольчик. Прибежала взволнованная нянька и великан-охранник с широким мечом, кривым и зазубренным, как пила. Но Дик решил переждать. Они с Никко притаились на крыше и дождались, пока принц снова уснет. Стена снова разошлась, и в спальне принца Саренеса появился невысокий стройный силуэт в темном кожаном костюме.

— Т-ты кто?!

— Не бойся, это сон.

— Ты пришел забрать меня? — принц отчаянно дрожал. — Ты злой волшебник?

— Так. Ясно. Братство Дороги не причинит тебе зла. Пришел спросить, тебе нравится, что столько лет ваш край ведет войну? Только отвечай честно. Это сон. Всё равно слышу все твои мысли.

Принц нервно глотнул, не отводя глаз от Дика.

— Нет. Я боюсь войны. Мне скоро идти туда, я уже взрослый. Но не хочу, чтобы меня убили!

— Не кричи. Люди сбегутся, — тихо попросил Дик. — А если бы ты мог остановить войну? Но для этого надо пройти между двумя армиями безоружным. У тебя хватило бы смелости?

— Не знаю. Они бы стали в меня стрелять! — капризно заныл принц. Но, подумав, признал, что попробовать можно. Если это точно поможет, он согласен. Дик отдал ему браслет и назначил встречу.

— Дальше. Принцесса Джаенн.

Восточная девчонка оказалась очень любопытной и сообразительной. Неизвестно, поверила ли она Дику, что видит сон, но правила игры приняла сразу. И обещала прийти. В ее блестящих черных глазах постоянно светилось лукавство. Четыре длинные косы придавали Джаенн странный вид дочери леса или магии. Казалось, она-то как раз и может без труда читать мысли. Дик убедился, что Джаенн наполовину дэкайя, дочь пламени. Она продемонстрировала свои способности, заставив огонек ночника гореть так ярко, как сотни свечей. Золото и драгоценности, бывшие в ее комнате повсюду, слепили глаза. Но, спросив о войне, Дик видел на лице принцессы тот же след печали, что и на лицах всех других королевских детей. Они не просто принимали войну как неизбежное зло, которым они не могут управлять. Все они думали о том, что им придется продолжать ее, когда придет время. И эта обреченность их не радовала.

— Дальше…

Ещё через два часа, когда по небу уже поползла светлая полоска, с дипломатическими визитами на Востоке покончили. Только один из принцев оказался кровожадным и воинственным и считал войну отличным занятием для себя. Его заветное желание вырасти поскорее и взять меч в руки. Кольца он не получил, и Дик надеялся, что сон для юного полководца так и останется сном.

Они успели ещё навестить одну из принцесс Северо-Востока. Ее и уговаривать не пришлось, девочка готова из окна башни выпрыгнуть, только бы остановить сражения. Ещё одного западного принца не оказалось во дворце. Пытаясь его найти, пройдя на удачу в переход, посланники увидели перед собой военный лагерь с дозорными, которые ходили вокруг костров. Если наследник приехал к отцу, он спит в самом охраняемом шатре, найти не трудно. Но говорить с ним здесь невозможно.

— Всё, больше не могу, — когда они вернулись на предыдущую стоянку, Дик сел на землю, прислонясь спиной к дереву.

— В "Колесо"? — спросил Эрл.

— К морю. Сам поведу.

Дик сцепил зубы, чтобы не взвыть от бессилия, взял своих спутников за руки и шагнул в переход. В лицо сразу повеяло солью. Они стояли на холме, среди обломков скал. Над морем уже светло, но на воде ещё плескалась ночь. Море гладкое, не шумело, не ворочалось во сне.

— Где мы? — спросил Никко.

— Мне нужно на окраину этого городка. Давно хотел узнать, где здесь ближайший переход… Действительно, далеко. Пойду один, так менее заметно. Встретимся в трактире.

— Даже не думай, — Эрл сжал его запястье так, что Дик ойкнул, когда браслеты впились в кожу. — Гм… я не хотел. Ни на шаг не отпущу.

— Тигр, ты себя когда-нибудь в зеркале видел? — Дик сердито пытался разомкнуть впечатавшиеся в руку три кольца. — Твоя фигура среди полей совершенно незаметна! Светло уже!

— Пусть лучше видят издали, — поддержал Эрла Никко. — Никто не сунется. Или идем вместе в гости, или возвращаемся. Но тоже вместе.

— Пошли.

Дик провел их вдоль стены города, вглядываясь в очертания хижин и камней, совершенно не зная, куда идти, полагаясь только на чувство дороги. Вот, кажется, этот кусок старой стены разрушенного и давно съеденного сорняками дома укрывал его. А рядом — квадратное строение с наклонной плоской крышей покрытой словно бы неровной чешуей гигантской рыбы.

— Здесь, — Дик показал на стену лачуги и попросил подождать. Помощь Никко ему не требовалась, вместо двери висела занавеска из грубого холста. Но, подумав, Дик всё-таки прошел сквозь стену. Внутри действительно спала Моренн. Она сразу проснулась и подскочила на своей низкой постели почти вровень с полом.

— Не бойся, это я. Помнишь? У тебя всё нормально? Стража не приходила, никто не обижал?

— Дик? Это, правда, ты? Нет, всё по-прежнему. Я очень огорчилась, когда ты убежал тайком.

— Хотел попрощаться, но боялся. Для этого и вернулся. Чтобы ты знала, что всё хорошо. Если хочешь снова увидеться, послезавтра в полдень переступи порог своего дома и пожелай оказаться там, где жду тебя. Только следи, чтобы никто не видел из соседей. Если там спросят, кто ты, говори всем, что морская принцесса, поняла? Возьми, — Дик протянул ей браслет, который предназначался воинственному принцу Востока, а теперь остался лишним. Моренн поблагодарила и, как все, сразу надела подарок. Утром она с большим удивлением обнаружит его на руке и поймет, что встреча не сон.