На его теле не было ни единой целой косточки. Кровавый ком, с пустыми глазницами, наполненными песком. Неестественно вывернутые конечности. И кровь. Очень много крови. Как ни странно, его друг был ещё жив. Захлёбываясь собственной кровью, он продолжал звать на помощь.

— Лейни, где ты, – твердил кусок мяса, лежащий на земле, – помоги мне Лейни.

Тогда Менхельский впервые понял, насколько слаб человек. Он ощутил всю хрупкость и уязвимость своего собственного тела. Это осознание заставило маленького ребёнка задуматься о своей жизни и целях.

С тех пор его единственным желанием было стать сильнее. Он усердно тренировался, развивал свое тело и ум. Изучал боевые искусства, читал книги о физической и духовной силе, искал новые способы укрепить свой характер. Он перестал бояться слабости, ведь слабость - это не порок, а лишь препятствие на пути к совершенству. Маленький лорд усердно работал над своими мыслями и эмоциями, учился контролировать свой гнев и страх.

С возрастом он понял, что сила не всегда одинакова. Каждый день, становясь все более взрослым, он стремился найти новые пути для укрепления своей силы. Физическая мощь была лишь одним из ее проявлений.

Однако было кое-что ещё, что могло уступить грубой силе. Власть! Она давала возможность управлять другими людьми, и это было нечто совершенно иное. Менхельский понимал, что власть дает ему возможность влиять на окружающих и достигать своих целей. И он был готов делать все, чтобы обрести её и удержать в своих руках. Ведь именно власть делает человека по-настоящему сильным. Сила власти была схоже с силой стихии.

На сегодняшний день, у лорда Менхельского было достаточно власти чтобы с легкостью стирать целые города с лица земли. Достаточно, чтобы уничтожать народы. Достаточно, чтобы вырывать с корнем мешавшие ему кланы. Из двенадцати прославленных родов осталось только шесть. Ещё шесть были ликвидированы по его приказу. И только природа до сих пор оставалась не подвластна воле лорда Менхельского.

Он любил смотреть в окно, наблюдая как она ревёт, пытаясь добраться до него. Как злиться от собственного бессилия. Как завывает от боли и отчаяния, но стоит ему выйти к ней навстречу, она тут же разорвёт его в клочья, оставив поломанное тело в назидании другим. Ничто не может быть сильнее природы.

И вот сейчас, по своему обыкновению, он стоял у окна, вглядываясь в солнечное небо. Он знал, что это лишь видимое спокойствие. Что в любой момент может всё измениться, нарушив его собственные планы.

Однако то, что он увидел, никак не было связано с необузданной стихией. Два человека и ещё какой-то рыжий зверь противостояли десятерым его воинам. Лорд ухмыльнулся. Он любил наблюдать, как эти жалкие людишки боролись до последнего за свою жизнь. Противостоять силе лорда Менхельского было сопоставимо с борьбой с самими силами природы.

И всё же он уважал упорство, которым обладали некоторые из них. Они не сдавались, несмотря на безнадежность своего положения, но в конце концов, всё равно были обречены на поражение. И он наслаждался этим зрелищем, получая удовольствие от их страданий. Это была его природа, и он не мог её изменить. Его власть была неоспорима.

Внезапно, от созерцания, его отвлёк стук в дверь.

— Господин, – послышался просящий голос, – пришёл отчёт от управляющего Лэвир-орбис.

Клим Чупилок был пунктуален, как всегда.

— Входи, – доброжелательно произнес он, – что нибудь ещё? – видя, что его подчинённый чего-то ждёт.

— Если нужно будет передать ответ, я буду ждать за дверью, – сказал парень послушно пятясь назад.

— Хорошо, – махнув рукой, указывая ему на выход, ответил лорд, вскрывая конверт.

В мире Ирэби-орбис не было системы. Тут не пользовались благами цивилизации, от части потому, что Менхельский этого не хотел. Ему нравилась атмосфера средневековья. Эти каменные замки, всадники на сильных скакунах, еда, приготовленная на огне. Нет, он не собирался превращать эту вселенную в мир искусственного интеллекта, желая сохранить её в первозданном виде. Поэтому в Ирэби даже почта оставалась голубиной.

Единственную проблему создавал Альтвэр, который соединял все миры с Зеро. Проблема заключалась не в самом соединении, иначе как он сможет возвращаться обратно в Зеро, если не станет Альтвэра. Проблема заключалась в том, что сами миры продолжали стремиться к повторению друг друга.

Люди, скатившись в средневековье, постоянно находили способы заново открыть электричество. Продолжали собирать радио, и паровой двигатель. За что частенько горели на кострах, за принесённую ересь в свободный от технологий мир.

Однако это никак не волновало Менхельского. Он не считал, отсутствие современной цивилизации чем-то плохим, или неудобным. Он прекрасно справлялся без излишеств. Тем более, у него были слуги, что делали за него всю работу. А когда ему надоедало, он просто возвращался обратно в Зеро.

И всё же именно сейчас, читая письмо от Клима, он очень жалел, что не может мгновенно отдать новое распоряжение. Да ещё эта вечная чехарда со временем. В Ирэби время стремительно летело вперёд, будто стараясь догнать своих братьев близнецов навёрстывая упущенное. Двенадцать часов в Ирэби были равны семи дням в Зеро.

Однако был один способ, как утверждали его лабораторные крысы из Алтвэра в Зеро. Аника, маленькая девочка, что неожиданно появилась в Альтвэре четырнадцать лет назад. Одна, в простом деревенском платьице, не больше пяти лет от роду, появилась из ниоткуда возле портала ведущий в Лэвир.

Никто не знал как она вообще появилась в Альтвэре. Однако сама девочка утверждала, что её отправил в портал именно лорд Менхельский. Она до дрожи в коленках боялась его, называя безжалостным убийцей. И за все четырнадцать лет, эта загадка так и не разрешилась. Что ж, всему своё время. Менхельский умел ждать. Терпение тоже являлось силой в своём роде.

Вместе с тем, Аника обладала удивительной способностью, которой не было ни у одного из его подопытных. Она перемещалась в пространстве, хоть и тщательно скрывала это. Наблюдая за ней в течении четырнадцати лет, Менхельский пришёл к выводу, что и время также было подвластно её воле. Он безумно хотел заполучить её силу. Оберегал настырную девчонку. Стремился создать для неё лучшие условия, но…

Эта неблагодарная, не оценила его стараний. Смогла сбежать, и кажется не без посторонней помощи. Сумела, сидя в клетке, найти себе союзника. И теперь лорд искал её во всех семи мирах.

Однако, самому никчёмному управляющему во всех мира, Климу Чупилоку, улыбнулась удача. Он смог напасть на след девчонки. Не зря он уговаривал Менхельского устроить состязания семи лабиринтов. Пока это было только предположение Клима, но даже самую мелочь лорд не хотел упускать, учитывая, что может стоять на кону.

Приняв решение, он ещё раз взглянул в окно. То, что он увидел заставило его на мгновение подвергнуть сомнению собственное зрение. Он не мог поверить своим глазам. Десять его воинов были раскиданы по земле. Их кони, окружённые стадом волков, обезумев стремительно неслись в сторону замка. А рыжий зверь вместе с двумя всадниками, уже гнали украденных лошадей прочь из белой долины.

— Картер, – впервые в жизни, не сдержавшись заорал Менхельский.

Его слуга тут же влетел в кабинет, ошарашенный поведением своего лорда.

— Картер, – уже спокойным голосом произнес лорд, – Поймать этих двоих, и отправить в рудники.

— Слушаюсь, господин, – склонив голову ответил его слуга.

— Я отправляюсь в Лэвир, и когда вернусь, хочу, чтобы эти двое были ещё живы.

— Слушаюсь, господин, – повторил Картер.

⁎⁎⁎

— Теперь Малой может помочь? – озадаченно спросил гримби.

— Да, – сжав свой меч покрепче, разрешил я, – охраняй Йорка.

По снежному полю прокатился грозный рык моего зверя. Даже у меня по спине побежали мурашки. Мой зверь стал взрослым. Я улыбнулся, и, кажется, моя улыбка не была слишком доброй. Солдаты, окружавшие меня, резко отпрянули назад. Меч в руках, снова затрепетал, а сердце, ещё не успев успокоится, застучало, нагнетая горячую кровь.