Правда, это уже, по сути, была агония. Лишившись руки и клинка, синий сильно замедлился и в итоге сложил голову, как и все прочие демоны, с которыми я сталкивался. Я попросту снёс ему её с плеч.

Резко развернулся, желая помочь Славу, но тот уже сам расправился со своим противником. В конце концов, разведчик хоть и не лучший, но среди бойцов Восточного Предела они с братом слыли сильными мечниками.

Быстро огляделся – и понял, что моя помощь никому больше не нужна. Я успел ощутить облегчение, когда внезапно стало ясно, зачем синие четырёхрукие демоны так отчаянно сражались, не подпуская нас к ксенонам. В общем, свою миссию павшие выполнили до конца.

– Осторожно! – что есть силы заорал целитель Ван из тыла. – Берегись!

Я резко качнулся назад, разворачиваясь к новой угрозе, и успел заметить, как один из ксенонов, всё ещё лежащий на полу, метнул в нас огромный чёрный шар – сгусток концентрированного тумана. Но на пути ЭТОГО возник защитный барьер, спешно возведенный Ваном, о который шар ударился и расползся подобно жирной кляксе. По тому, как резко побледнел сам Ван, я понял, какое колоссальное давление он в тот миг испытал.

– Держу! – тут же раздался голос Ники. Она мгновенно сориентировалась и выставила свой барьер под барьером товарища, на который перешло всё давление извне, когда щит Вана не выдержал и пал. В тот же миг на лице моей жены выступила испарина.

– Всем собраться к центру! – выкрикнул я, готовясь перехватить барьер и сменить Нику. Благо все среагировали оперативно и сгрудились в центре. Я мгновенно выставил свой – куда меньшего размера, но куда плотнее.

– Отпускай! – заорал я жене. Она в тот же миг прекратила поддержку, и её барьер, лишившись подпитки маны, распался. Тяжело дыша, словно подкошенная, Ника рухнула на колени. А мой щит словно попал в вжимающиеся тиски – ощущение было пугающе знакомым.

Я стиснул зубы, вливая в барьер всю доступную ману. Давление нарастало немилосердно – чёрный туман клубился вокруг, и казалось он только увеличивался с каждым мгновением, становясь все плотнее и темнее. Но я держался и моей маны вполне для этого пока хватало. Но за этим темным маревом снаружи, за барьером, я попросту уже не мог ничего видеть... совсем ничего.

Прошел, наверное, еще минут пять. Внешнее давление не ослабевало, но я держался. Не ради себя, а ради остальных. Ради Полины, такой юной, но такой гениальной. Ради Ники, моей жены, которая сейчас, обессилев, отдыхала у моих ног. Ради Жаклин и Дарии, чья огненная сила так пригождалась в бою. Ради Слава, Вана и остальных. Я не мог их подвести.

Вдруг я почувствовал, как давление стало резко ослабевать. Черный туман, казалось, начал рассеиваться. Я настороженно следил за происходящим, не спеша снимать защиту. Мои товарищи, заметив это, тоже замерли, готовые к любым неожиданностям.

И тут со стороны где совсем недавно были ксеноны, я увидел сияние, которое неожиданно становилось ярче, и которая буквально разгоняло собою тьму. И в центре этого самого сияния стаяла та девочка, которую я видел лежащей и связанной в центре пентаграммы. Та самая синими волосами и слабо проступающей на ногах и руках синеватой чешуей. И тонкими синими крыльями за спиною, указывающие на её нечеловеческую сущность. И её, это сияние, словно втягивало в себя и поглощало темный туман. В кокой-то миг темный туман был полностью втянут в себя её сиянием и... она, просто упала там же где и стояла.

– Артем, снимай барьер! – заорала Ника, и дернула меня за ногу.

Я повиновался ей на автомате.

Жена вскочила на ноги и рванула к упавшей на пол девочки.

Я на мгновение промедлил, разглядывая то что осталось после того тумана... А после него ничего не осталось – ни мертвых тел демонов, что оказались за защитным барьером... ни самих ксенонов. Даже праха и того не было!

– Артем! – обернулась ко мне жена уже склонившись над телом девочки. – Ну чего ты там застыл? Дай мне свой плащ.

Я тут же передал ей свой дорожный плащ и сам склонился над девочкою, на автомате запуская магическую диагностику тела, которая через мгновение выдала вполне себе успокаивающий результат. С девочкой с крыльями все было нормально. Она, просто, была истощена и ей требовался отдых.

Я оглянулся на своих.

Всеми этими событиями сегодняшнего дня, ребята тоже были сильно утомлены. Но отдыхать в этом месте?

Приняв решение, я подхватил, неожиданно легкое тело девочки с крыльями и подняв на руки произнес:

– Уходим!

Если и отдохнуть, то где-нибудь в другом месте.

***

Айна – драконоид.

Мы, драконоиды, – иные. Иное восприятие, иной взгляд на мир. Мы чувствуем грядущее, пусть и не всегда, пусть и неидеально. Это не столько предвидение, сколько интуитивное знание, предчувствие того, что сулит нам близкое завтра. И вот, связанная, ожидая неминуемой смерти, я знала – выживу. И обрету семью – своих мам и папу.

Этот мир не был моим. Меня вырвали из моей силой, грубо, бесцеремонно выдернув из привычного, родного существования. Столь жестокий переход едва не стал для меня роковым, лишив сил даже на малейшую попытку повлиять на происходящее.

И тут, на месте, где мне суждено было умереть, явились будущие мама и папа этого мира! В тот миг, когда стараниями сестрицы Полины, мрачный ритуал, призванный убить меня и породить в этом мире чудовище куда более ужасное, был грубо прерван, я ощутила, как в меня хлынула мана, вытягиваемая пентаграммой. Именно этот концентрированный поток, скопившийся вокруг, вызвал столь резкий откат, временно оглушив чернокнижников. Этой короткой передышки хватило, чтобы мама и папа, с помощью своих воинов, одолели демонов, и чтобы я хоть немного пришла в себя.

А затем… один из ксенонов метнул в папу и его друзей темную, туманную сферу.

Темная туманная сфера – мерзкая порождение, с которым добровольно свяжется лишь отъявленный безумец, особенно в таком месте. Папа и его соратники смогли возвести барьер, защитившись от удара. Сами же ксеноны погибли, обратившись даже не в прах, а… в молекулы. Я же осталась жива лишь благодаря своей драконьей природе. Сработал инстинктивный защитный механизм, аналог иммунитета, присущего всем драконоидам. При воздействии темной магии, вокруг нас спонтанно возникает защитный барьер, нейтрализующий любые темные чары в радиусе нескольких десятков метров.

И вот, когда я полностью «нейтрализовала» источник опасной магии, энергия иссякла, и я снова отключилась от истощения. Очнулась я уже… в момент, когда папочка, бережно, нес меня на руках, прижимая к себе. Я была столь слаба, что могла лишь послушно лежать, ощущая приятное тепло его тела… и нежную заботу мамы, что шла рядом. Мне было так уютно в тот миг, что я тут же погрузилась в здоровый, крепкий сон.

***

Артем.

Мы разбили лагерь у подножия лестницы, ведущей в еще более глубокие уровни подземелья. Спуск, по обоюдному согласию, решили отложить до завтра. Этот день выдался насыщенным, и усталость брала свое.

Айна… имя, которым Ника называла ее повсюду... так и не проснулась до конца. Несколько раз она приоткрывала глаза, но тут же снова погружалась в сон. В итоге обе они – Ника и Айна – задремали у меня на коленях. Картина вышла такой умиротворяющей и домашней, что многие, находя повод или не находя, подходили, чтобы обменяться со мной парой слов.

Особенно врезался в память короткий разговор с Дейком:

– Столько всего произошло за последнее время, – сказал он.

– И не говори, – согласился я.

– Эта девочка, – он кивнул в сторону синеволосой. – не так проста.

– Возможно, – не стал спорить я. – Но мне все равно.

Дейк кивнул.

– В любом случае, я рад, что все закончилось именно так, – продолжил он. – Жаль только, что моя сестра этого не увидит…

– Зато у тебя есть все шансы стать отличным дядей, которым можно будет гордиться, – заметил я.

– Это да… Я научу его быть настоящим дроу. А то его новые папа с мамой в этом деле совсем ничего не смыслят! – усмехнулся Дейк.