Так что со стороны напряженный космический бой выглядел почти как турнир по киберспорту: Элина и Данил быстро-быстро кликали джойстиками, ставя задачи перед искинами и отвечая на запросы. Виктор Георгиевич следил за их работой на своем терминале, но не вмешивался. Не его задача. Его задача — держать в голове общую картину боя.

Которая выглядела… непросто.

Многофункциональным юнитам Ктщ удавалось серьезно сдержать атаки четырех крупных кораблей Гигантоманов. Судя по всему, они предпринимали попытки пробить внешнюю защиту корабля и начать крушить его изнутри — тактика, которую так славно продемонстрировала Маша Кузнецова во время боя с кораблем рапторов. Однако обшивка последних отличалась изрядной прочностью (или толщиной), так что почему-то развить свой успех у них не получалось. Дронам «Гагарина» и Ктщ удавалось пока сдерживать москитный флот — но у Гигантоманов оказалось слишком много этих мелких суденышек. Видно, они предполагали брать не только размером, но и количеством. Поэтому хотя технически Ктщ и превосходили противников, реально верх взять пока им не удавалось. Что же касается дронов «Гагарина» — ну, им удавалось пока защищать корабль.

— Нас вызывает орбитальный истребитель, — вдруг сказала Элина. — Позывной «Буран».

— Включай, — сказал Сурдин. — «Гагарин» на связи.

— Капитан Фролов говорит, — проговорил в динамике знакомый голос. — Здрасте, Виктор Георгиевич. Хочу выпустить боезапас по во-он той большой мишени, что болтается ближе всего к вам. Но дронов поддержки у нас маловато. Прикроете ракету?

— Привет, Миша, — сказал Сурдин, узнав одного из бывших учеников. — Как не прикрыть. Прикроем.

Это означало снять часть дронов с защиты «Гагарина» — но приоритеты есть приоритеты. Прежде всего, защита Земли, а не экипажа.

Совершенно немыслимый обмен репликами, если бы они оба состояли на действительной военной службе! Но «Гагарин» — мирное судно, Сурдин официально в отставке. Так что Фролов не мог обязать его сотрудничать, не мог скупо потребовать прикрытие. Только попросить, в данном случае еще и пользуясь личными связями. Ну или действовать через иерархическую вертикаль Сурдина — то есть непосредственно через Верховного. Что был бы явный перебор, да и времени заняло бы неоправданно много.

— Элина, — сказал Виктор Георгиевич третьему пилоту. — Сейчас «Буран» передаст тебе опознавательные сигналы ракет, настрой на них один из отрядов дронов. Они должны сопровождать их боезапас вместе с теми, что он сам выпустит.

— Да, капитан.

Хорошо, что второй истребитель не потребовал от них такой же помощи — не то пришлось бы ополовинить защиту корабля! Впрочем, не потребовал он не от великодушия, а просто потому, что работал совсем в другом секторе!

Даже так пришлось несладко: облако дронов вокруг «Гагарина» изрядно поредело, когда часть их устремилась вслед за ядерными ракетами, выпущенными «Бураном». В результате нескольким «москитам» Гигантоманов удалось прорваться непосредственно к кораблю.

В фильмах, когда рядом с обшивкой или на обшивке рвутся снаряды, корабль трясет. К счастью, их гравитационная компенсация работала, кроме того, все в операционной рубке сидели, надежно пристегнутыми к креслам — тряска не ощущалась. И все же Сурдин порадовался, что корабль разгерметизирован, и что еще после того боя Шнайдер и инженеры доделали заслонки для элементов озеленения.

Хотя смысл уж теперь — даже если «Гагарин» переживет этот бой, ему вряд ли еще летать.

Так, а это что такое большое к ним летит?

На терминале Сурдина появилось лицо Поповича.

— Капитан, они в самом деле послали абордажную капсулу! — сухо сказал начальник секции безопасности. — Мы с ребятами их встретим, управление дронами передаем навигационной секции полностью.

Сурдин кивнул.

Кузнецов и Шнайдер числились «запасными» для секции безопасников — но обоих не было на корабле. Значит, если безопасники отправятся встречать абордажную команду, больше некому.

— И еще, — продолжил Попович. — Я хочу взять Рыбёнка. Даша с ним тренировалась, он должен ее защищать. И мои команды тоже слушает.

Сурдин подавил инстинктивный отказ.

— Мать не против? — уточнил он. — Что там, конечно, она не против… Берите, что ж.

Если абордажная команда Гигантоманов прорвется, она вырежет всех. А Рыбёнок кроме всего прочего — это до определенной степени «секретное оружие». По крайней мере, такое, которого Гигантоманы от менее технически продвинутой цивилизации не ждут.

— Тогда у меня все, — сказал Попович. — Приступаю.

И прервал связь, не тратя время на то, чтобы Сурдин формально его отпустил.

В старых книгах, которые Виктор Георгиевич читал у своего деда в библиотеке в том же детстве, в таких случаях писали: «потянулись долгие минуты ожидания». Но правда в том, что «ожидать» было некогда: капитан, как это ни парадоксально, не может заниматься возможным взломом собственного корабля в ситуации, когда его родную планету атакуют! Виктор Георгиевич вынужден был вернуться к прежним задачам: анализировать ситуацию, выбирать тактику и в целом быть на подхвате. Вот кстати о последнем. Нагрузка на его людей возросла в связи с тем, что «безопасники» выбыли, так что Сурдин послал в общий интерфейс сигнал «я подключаюсь».

Перед ним на экране тут же появилось несколько оперативных вопросов от искина «Гагарина». Брешь в обшивке в секции сорок-три девятнадцать, разгерметизации нет — игнорировать, Попович наверняка уже там. Пушка «Раптор-5-мозг» требует дополнительного питания — да, эта та самая, которая управляется псевдоживым мозгом. Перенаправить инженерам, хотя, насколько помнил Сурдин, питательный «суп» мозгу в разгар боя не подашь, ее, скорее всего, придется отключить. Необходима подзарядка группе дронов, но плотность огня в этом секторе не снижается — что делать? Отправлять на подзарядку по очереди, или отозвать всю партию и задействовать последние свежие дроны? Второе.

Виктор Георгиевич погрузился в работу.

Алёше Поповичу не нужно было накручивать своих людей: мол, бывали, бивали, знаем. Да, они уже дрались с Гигантоманами. Да, противник неприятный, но вполне посильный. Что еще говорить? Ничего. Вот разве что…

— Даша, я, кажется, тебя еще с законным браком не поздравил?

— Точняк, командир, забыл, — спокойным тоном отозвалась Даша.

— Тогда поздравляю. Большого счастья и все такое.

— Главное, чтоб Дашуня не забыла проставиться, — заметил Артур.

— Кто бы говорил! Сам еще поляну не накрывал.

— Сразу же после боя.

— Все, они вскрыли внутренний слой обшивки, кончайте балаболить, — веско сказал Роланд, который за этим следил.

— Ты дуешься, потому что холостой, — весело сказал Мальцев.

— Ребят, отставить, — сказал Попович.

Теперь они послушались.

Остается только занять атаку за импровизированной баррикадой и ждать. Чувствуя при этом сильное ощущение дежа-вю. Хотя в прошлый раз Гигантоманы обшивку не взрезали — атаковали через шлюз. И все-таки.

Кусок внутренней обшивки выпал на пол третьего ангара — по иронии судьбы, того самого, который облюбовала в качестве постоянной базы Мария Кузнецова. К счастью, как многие другие женщины, она любила «обживать пространство». Так что ее личные дроны, запрограммированные на отражение атаки на ее место обитания — и отдельно запрограммированные против Гигантоманов как против известных противников — хлынули в получившийся проем, повинуясь заложенной программе. Контратака!

Тяжелые дроны, управляемые Дашей (сама она находилась в относительной безопасности, за переборкой ангара — Попович был категорически против того, чтобы посылать женщин на штурм, хоть какой они носят экзоскелет), выдвинулись вперед.

Но их боевые «черепахи» тут же безвольно замерли, а очки дополненной реальности Алексея погасли. Маленькие розовые дроны Маши тоже посыпались пол с почти жалобным перестуком. Чертов ЭМИ! Похоже, Гигантоманы локально вырубили всю электронику в ангаре, очевидно, рассчитывая, что их больший рост и физическая мощь окажутся непреодолимыми преимуществами в драке против людей.