На некоторое время ему пришлось вспомнить недавние времена обучения в солдатской школе, потому как его начали гонять вбивая необходимые знания коими должен обладать младший унтер-офицер.

Что интересно, учился он не один, а вместе с Антипом, коего так же произвели в унтера.

Смотрели при этом на Андрея другие унтера… сложным взглядом. Оно и понятно, новик, не прослужив и полгода, не побывав ни в одном сражении, стал младшим унтер-офицером, к чему правильные солдаты идут годами и даже десятилетиями, как тот же Антип. Словно дворянчик какой-то. В общем в свое общество его не приняли, да Андрею на это было начихать, главное, чтобы не мешали слишком уж активно.

— Не верю я тебе, — сказал ему ротный фельдфебель Ян Бондарев. — Вот не верю и все… Чувствую, что прохиндей ты первостатейный Андрейка, одно слово байстрюк… Смог как-то примазаться к его высокоблагородию…

— Это твое право, верить мне или нет, господин фельдфебель, да только изволь поставить меня с моим взводом на городские работы, нам тоже лишняя копеечка не помешает.

— Нет… не верю тебе… ты учудишь чего, а мне за тебя ответ держать.

— Все будет ровно, господин фельдфебель.

— Нет.

— Господин фельдфебель… не хочется доводить дело до крайности, но ты сам отметил, что его высокоблагородие ко мне благоволит, а уж почему — дело десятое. Но я ведь могу ему пожаловаться…

— Вот значит как?..

Градов промолчал, лишь твердо посмотрел в глаза фельдфебеля.

— Ладно… будут тебе работы… Пойдешь кирпичи лепить.

Андрей лишь только чуть пожал плечами. Ему было не принципиально.

— Благодарю, господин фельдфебель.

Так в конце августа Градов со своим взводом оказался в Новгороде. Точнее на заводе располагавшемуся чуть ниже по течению, где самыми примитивным способом лепили кирпичи, то есть замешивали глиняную массу в обыкновенных земляных ямах и потом уже ее зачерпывая лопатами помещали в формы из деревянных опалубок. Глину брали тут же, как и воду из реки и лишь песок откуда-то из другого места подвозили на больших лодках. На них же подвозились дрова для обжига. Дрова эти рубил другой солдатский взвод.

Работа тяжелая и грязная, но альтернативы ей не было, кроме как сидеть в казарме и шагать по плацу, да стоять в караулах.

Градов невольно отметил, что мог бы довольно значительно усовершенствовать технологию, того же замеса глиняной массы, да хотя бы конный привод сконструировал, да и с формой кирпичей можно было бы поиграть, сделать их, например, больше и со сквозными отверстиями, но махнул на это рукой. Ему это не нужно.

Всего на этих работах его взвод должен провести около месяца. Много на прогрессорской идее не заработать, тем более что не факт, что хозяин производства не имеет понятия о такой простейшей механизации работ, и раз не делает, то значит ему выгоден именно ручной труд, особенно дешевый солдатский, видно же, что не первый год по такой схеме работает. А что до заработка, то тут имелись другие виды.

— Силуан…

— Да Град?

Вне строя для своего плутонга Андрей оставил неформальное обращение.

— Я освобождаю тебя от работ, но взамен ты кое-что для меня сделаешь.

— Что?

— То, что у тебя лучше всего получается — соберешь необходимую информацию. Для чего отправишься в город. Вот тебе на расходы…

Градов сыпал Силуану в руки последние деньги, чуть больше пятидесяти копеек.

— Последнее отдаю… загляни в какой-нибудь кабак попроще… ну, не мне тебя учить, лучше меня знаешь, что там дальше делать.

Силуан на этот только с усмешкой кивнул.

— Что конкретно ты хочешь знать?

— Ничего такого особого. Для начала, выясни какие банды орудуют в городе, имена главарей, да в каких районах ошиваются.

— Хм-м… А еще?

— Имена чиновников, откровенных воров.

— Хм-м… Град…

— Что?

— Зачем тебе это?

— Ты ведь не дурак Сил. Но так и быть, скажу тебе прямо, скоро в Европе начнется очередная война, будут давить франков, чтобы уничтожить их республику и восстановить монархию, Россия в этой войне обязательно поучаствует. Согласен с этим?

— Ну да… наш император обязательно захочет побить бунтовщиков…

— Так вот, нас тоже скорее всего пошлют в те дальние края воевать с франками, вот только воевать мне не интересно. А тебе?

— Да тоже как-то не особо хочется, — аж поежился Силуан.

И было с чего. Он уже успел наслушаться историй о боях от ветеранов, как ядра прилетают в строй разрывая людей на куски, проделывая при этом целые оды. Или как картечный выстрел пробивает целую просеку в строю, при этом кровища, кишки, мозги…

— Так вот, думается мне, что лучше свинтить где-нибудь там из армии. Мы еще молодые, выучим язык и заживем… вдовушек каких-нибудь молодых себе возьмем, их после очередной бойни будет в достатке, когда мужиков десятками тысяч положат в землю. Но чтобы сразу можно было стать состоятельным человеком, а не примаком нищим, коим будут о том напоминать каждый день, нужны деньги. Много денег и я собираюсь их взять у заворовавшихся чинуш. Как тебе мой план?

— Звучит привлекательно…

— А бандиты тебе тогда зачем?

— Все-то тебе расскажи… Ладно-ладно… они нужны для отвлечения внимания, чтобы сразу подумали на них и другие версии даже не рассматривали.

— Понял.

— Тогда вперед.

Силуан не подвел. Заявился под утро бухой и помятый, но с нужными данными. Правда сразу рассказывать ничего не стал.

— Отдохнуть мне надо…

— Иди, проспись…

Спал он до самого вечера, а потом, приведя себя в порядок и плотно поужинав, поведал о том, что ему за ночь удалось узнать.

— Самым богатым считается городской голова… зовут его Лухин Александр Иванович. Сам из купцов.

Андрей только понятливо кивнул. Стоять у колодца и не напиться? Все градоначальники так или иначе воруют, вопрос в том, что кто-то знает условную меру, а иные хапают как не в себя. Ну и подношения от деловых людей для получения всяких разрешений и «закрытия глаз».

Опять же если сам из купцов, то изначально купил себе место головы не затем, чтобы работать на всеобщее благо, а чтобы имея властные полномочия, самому еще больше разбогатеть.

К слову сказать сесть в кресло городского головы хотели многие и у многих, как ни странно, это получалось. Дело в том, что в последнее время очень уж часто они менялись, никто дольше полутора лет на месте не задерживался.

— По бандитам что?

— В городе орудует сразу три крупные шайки неких Зосимы Бороды, Игната Рожи и Евлампия Шило. У них по десять-пятнадцать человек под рукой.

— Кто чем занимается? Они ведь, по сути, поделили между собой криминальные сферы деятельности, чтобы не толкаться. Собственно, мне интересен тот из них, кто промышляет домовым разбоем.

— Этим промышляет Рожа. У него свой кабак.

Градов понятливо кивнул. Хорошее прикрытие в плане легализации.

— Ну что же, посмотри однажды мы рожу этого Рожи…

Андрей, дабы не отрываться от народа, работал вместе со всеми. Таскал глину в заплечных корзинах (даже тут хозяин производства отказался от использования коней или быков, таскал воду, месил эту глину, лепил кирпичи и полученные изделия относил в сушилку — обычный сарай. Подсохшие кирпичи потом подносили к обжиговой яме, где уже специалисты укладывали их специальным образом. Таких ям было несколько и как минимум половина из них извергала из себя жаркий дым. Потом пару дней кирпичи остывали в яме их вытаскивали и грузили в струги. В общем производство работало почти бесперебойно.

Кормили весьма плотно, правда в основном рыбой, ну и каши конечно.

Ночевали в бараках.

Поскольку солдат сорвать с работы могли в любой момент, то платили за работу в конце дня, так что монеты постепенно копились на руках и солдаты жаждали эти деньги потратить в свое удовольствие, так что составлялся график по которому солдаты отпускались в город в увольнительную на сутки. Там они пускались во все тяжкие: упивались до беспамятства, играли в азартные игры, кутили с продажными девками…