Знала я один культ… Очень нехороший. В своё время именно они открыли портал в Тартар и наш город затопила орда тварей, которым не было ни названия, ни места в этом мире.

— Вот тут не знаю, — качнул головой Тюменцев. — Выживших после их атак практически нет, а кто есть, тот мало что внятного сказать может. Всё бредят, что это ожившие мертвецы, которых не берет ни пуля, ни сталь.

Я прикрыла глаза, мысленно чертыхаясь.

— Одно хорошо, — продолжал говорить майор, словно не замечая моего состояния. А может наоборот, очень хорошо замечая. — Огня они боятся. А на фронте сейчас как раз полк князя Меншикова с ним самим во главе. Мало того, что он сам архимаг огня, так и в подчинении у него огневиков хватает. Но то всего полк… А линия фронта — она широка.

Да, огня твари боятся… стихийной стали, кстати, тоже. Но такая разве что у дворян есть, да и то, не у всех. Обычным бойцам подобное не по карману. Что ж… Надеюсь, Саша убьет этих выродков до того, как наступит точка невозврата.

Иначе придется ехать самой.

А я не хочу! Не хочу умирать! Мне всего восемнадцать!

Уходя на разведку каждую ночь, но стараясь делать это незаметно для окружающих, чтобы не возникало ненужных вопросов и не повлекло за собой ненужные обязанности, Саша методично вырезал засады и диверсионные группы, безжалостно уничтожал целые отряды, пользуясь не только освоенными силами, но и артефактами, которые давали дополнительную мощь, но сильнее всего в нем разжигали пламя ненависти темные колдуны.

Культисты!

Эти твари научились призывать гулей — демонических тварей, похожих одновременно на туман и мертвецов. Именно такие твари в прошлом уничтожили их город, вырвавшись из-под контроля сумасшедшего жреца, но тогда их был легион.

Сейчас их меньше. Намного меньше. Сил нынешних культистов достаточно для одновременного призыва разве что троих гулей, но вреда они могут нанести, как полноценная рота камикадзе. Их не берет пуля. Их не берет обычная сталь. И даже стихийная магия в большинстве своём против них неэффективна.

Лишь первородное пламя и зачарованные клинки могу их остановить, но они есть далеко не у каждого бойца. Даже не в каждом взводе. Начальству уже ушел доклад и не один, он смог убедить даже своего командира, что им нужны в первую очередь огненные маги…

Но когда они ещё будут?

А уничтожать заразу надо здесь и сейчас. И как можно скорее, пока она не расплодилась и не вышла из-под контроля! Потому что, если это произойдет… Миру просто конец.

Ева ему не простит.

После моего возвращения из «командировки» жизнь потихоньку вошла в свою колею.

Раз в неделю по пятницам я ходила в аномалию. Уничтожала тварей, пополняя бюджет графства, скидывала агрессию, тренировала-выгуливала Локи, да прокачивала магию по каналам.

По четвергам у меня был «приемный день», но это не значило, что я весь день сидела в кабинете. Нет, я ездила с инспекцией по территории и предприятиям, встречалась с людьми на местах и решала срочные вопросы в режиме онлайн. Что не могла решить — ставила в график задач Селивестру и их решал уже он и его команда, которую он набрал с моего одобрения.

По вторникам я обычно выбиралась в Москву на барахолки и в маленькие антикварные магазинчики, выискивая необычные вещицы, годные для реставрации и перепродажи.

По воскресеньям мы с семьей ходили в храм на утренние службы, тем самым подавая пример общественности, хотя и без нас храм не пустовал — в нем уже сыграли несколько свадеб, провели крестины и даже одно отпевание, но и так люди просто заходили посидеть у алтаря и поговорить о наболевшем с настоятелем.

В остальные дни я рисовала, постигала непростую науку антиквара-реставратора, медитировала и молилась первородному огню о том, чтобы он был милостив к своему сыну и вернул его мне целым и невредимым.

И не только его!

Прошло две недели, близился Новый год.

Для меня это был непривычный праздник, незнакомый, но я догадалась узнать о нём в сети заранее и уже понимала, что в империи его празднуют с размахом и на широкую ногу. Что ж, мне не сложно. Людям нужен праздник и они его заслужили.

В итоге по моему распоряжению поле рядом с храмом залили, как каток, рядом поставили и украсили десятиметровую красавицу ель и построили снежный городок, а в саму новогоднюю ночь я запланировала концерт, праздничные гуляния и салют. Подготовкой праздника занимался Селивестр, Тая и Алеся, которая незаметно, но прочно вписалась в команду, и стала Лисицыной верной помощницей.

При этом экзамен на знание законов она мне до сих пор не сдала, но я не напоминала. Не хочет — её дело. Но и Афродитой тогда не будет.

Сама я озадачилась лишь новым нарядом, да подарками для семьи и друзей семьи, вот только за неделю до Нового года курьер привез пригласительные. Мне и чете Зубаревых.

От князя Касаткина.

Приглашение на новогодний бал в его княжеской резиденции во Владимире.

И кто бы знал, как мне не хотелось туда ехать!

Я даже подумывала о полноценном теракте, но потом решила, что это уже перебор. Всё-таки у нас страна на военном положении, не стоит усугублять.

А потом другой курьер привез другие пригласительные.

К Оболенским. На троих.

Стало почти смешно… Но смеяться не хотелось.

Ну и как мне в итоге поступить?

Но и на этом день не закончился!

И часа не прошло, как ко мне в кабинет вошел третий курьер, одетый в форму императорской курьерской службы и под роспись вручил конверт, в котором лежали три пригласительных.

На новогодний бал.

В императорский дворец.

Эм-м…

— Простите, это, наверное, какая-то ошибка… — пробормотала я растерянно, с откровенным недоумением глядя на курьера — мужчину тридцати лет при погонах.

— Никакой ошибки, ваше сиятельство, — твердо произнёс он. — Данные приглашения мы вручаем всем аристократам, члены семей которых проявили себя на фронте. Насколько мне известно, там сейчас находится и ваш супруг, и ваш брат. Император желает лично засвидетельствовать своё почтением тем семьям, кто воспитал героев отечества.

Вот как…

Герои, значит. А смс хотя бы написать слабо?

— Ясно, — улыбнулась задумчиво. — Спасибо. Мы обязательно будем.

Отрывисто кивнув и звонко цокнув каблуками, курьер ушел, а я с легкой ехидцей отписалась обоим князьям, что не смогу почтить их своим вниманием. Увы.

Ибо моего внимания желает император.

Хм-м, а что мне надеть для визита во дворец? У меня ж ничего подходящего нет!

Торопливо пройдя в свою гардеробную и убедившись, что да — нет, я тут же позвонила господину Леви Йосефу Авраамовичу, портному, который уже сшил для меня несколько платьев, и прерывистым от волнения голосом попросила меня спасти.

— Ой, вэй, ваше сиятельство! — поцокал портной. — Ви таки делаете моему разуму больно! Ну кто ж так делает? В последний момент!

— Сама узнала час назад! — печально вздохнула я. — До сих пор в себя прийти не могу! Спасайте, господин Леви!

— Ох… ладно. Есть у меня для вас минутка, — без особой охоты сообщил мне ушлый старикашка, который, уверена, запросит за эту минутку десятикратный гонорар. Но вот ведь в чем загвоздка — его творения того стоят! — Если доверитесь моему вкусу, пришлю платье уже завтра. Размеры ваши у меня есть, не стоит тратить наше общее драгоценное время на езду по обледенелым дорогам. Договорились?

— Договорились, господин Леви! — выпалила, хотя и понимала, что рискую. И сразу намекнула: — Тете Розе бы тоже наряд…

— Ой, вэй, как я мог забыть про вашу великолепную тётю? — начал притворно сокрушаться портной, но почти сразу усмехнулся и коротко произнес: — Будет. Завтра. Оплата по факту.

После чего первым положил трубку и уверена, сразу отправился творить.

Интересно, что?

Впрочем, это не помешало мне дойти до Зубаревых и обрадовать их пригласительными аж в императорский дворец. Генерал приятно удивился и задумался, тётя Роза схватилась за сердце… И выпалила: