И я всё-таки дунула в рог, который не раз спасал меня.

Высокий и гордый звук разнёсся над лесом.

Я заметила, что, услышав мой горн, разбойники замерли, не понимая откуда идёт звук, а у моих людей словно бы открылось второе дыхание, и они с новыми силами начали теснить нападавших

И вдруг...

Словно по волшебству, раздался гулкий топот копыт. В следующую секунду, из-за поворота дороги, на полном скаку вылетели всадники в чёрных плащах с серебряными гербами Кентербери.

Я ещё никогда не была так рада видеть кого-то.

Во главе отряда скакал герцог Джеймс. Без шлема, с развевающимися волосами, он был настолько красив в это мгновение, будто сам бог войны. В руке он держал огромный меч, и каждый его удар нёс смерть врагам.

Крики разбойников сменились воплями страха. Кто-то попытался бежать, но люди герцога не дали им такого шанса.

Через несколько минут всё было кончено. Земля была усеяна телами. Трое разбойников стояли на коленях, уткнувшись лицами в землю. Одного, похоже, он был главным, с окровавленным лицом швырнули к ногам герцога.

Но Джеймс не смотрел на него. Он повернулся к карете, и взгляд его упал на меня, а я всё ещё продолжая сжимать в одной руке окровавленный кинжал, а в другой рог, замерла, находясь в странном оцепенении.

Отбросив ногой разбойника, герцог подошёл к карете и вытащил меня из кареты, просто подняв как пушинку и, поставив на землю.

— Вы ранены? — спросил он, напряжённо всматриваясь мне в лицо. А я вспомнила тёплые капли и поняла, что скорее всего выгляжу окровавленной.

—Это не моя кровь, — хриплым голосом сказала я и герцог вздрогнул.

И в этот момент я вдруг увидела, что до сих пор держу кинжал. С ужасом уставилась на окровавленную ладонь и, с трудом разжав пальцы, выронила оружие.

— Н-нет, — прошептала я.

Сзади послышался стон. Герцог бросил взгляд через моё плечо и отдал команду кому-то из своих:

— Помогите леди Лизбет.

К нам подошёл капитан Сэл. Я посмотрела на него, и вдруг поняла, что силы покидают меня. Тошнота подкатила к горлу, я покачнулась, и капитан Сэл, похоже, понял, что со мной происходит, и уже протягивал ко мне руки, чтобы подхватить.

Но герцог шагнул вперёд, перехватил меня и, легко подняв на руки, понёс прочь от кареты и дороги, углубляясь в лес.

— Куда вы меня несёте? — спросила я, борясь с тошнотой.

— Здесь неподалёку есть ручей, — спокойно ответил он, — вам надо умыться.

— Меня тошнит, — честно сказала я, уже не в силах сдерживаться и понимая, что ещё чуть-чуть и герцог увидит то, что леди лордам обычно не показывают.

Герцог только рассмеялся, запрокинув голову:

— Вы боец, Маргарет!

И вдруг сзади раздался голос:

— Стойте, я с вами!

Это была Мэри, моя служанка. Я благодарно улыбнулась: «Жива, и не бросила свою непутёвую хозяйку.»

Герцог донёс меня до небольшого ручья. И поставил на землю. Всё было достойно не было никакого пошлого контекста, просто «рыцарь и дама в беде».

В руке я всё так же продолжала сжимать горн.

Но далеко от всех герцогу Кентерберийскому унести меня не удалось, потому что вслед за Мэри пришёл капитан Сэл, ведя под руку пришедшую в себя леди Лизбет. По лесу рассыпалась моя охрана, и вместе с солдатами герцога они прочёсывали местность, проверяя, не осталось ли кого-то из разбойников.

Не скрою, будь я юной девочкой, то, вероятно, впечатлилась бы поступком герцога, но циничная Маргарита Павловна во мне не привыкла слепо верить в такие совпадения. В голове возникали вопросы: как он услышал? Почему именно он был неподалёку? И это пугало меня.

Капитан Сэл предложил вернуться в замок к герцогине Норфолк или переночевать в лесу, но не ехать по ночной дороге... Я видела, что и капитану Сэлу, и герцогу не терпелось допросить оставшихся в живых разбойников.

– Скоро мы точно узнаем, что же им понадобилось, особенно от нас, – с предвкушением сказал капитан Сэл, и добавил:

– Вы же знаете, леди, перед нами уехало несколько караванов, и то, что их никто не остановил и не попытался ограбить это совершенно точно. Напали именно на нас, на наши две кареты.

– Знаете, что это означает? – спросил герцог Кентерберийский, стоявший рядом.

– Это означает, что напасть хотели именно на нас, лорд Джеймс, – ответила я.

– Да, верно, леди Маргарет. И у меня к вам вопрос, кому вы умудрились перейти дорогу?

– Я не знаю, – пожала я плечами.

– Мы попробуем узнать, – пообещал герцог, – давайте я вас отправлю обратно в замок к герцогине, а сам допрошу этих людей.

Капитан Сэл разрывался между тем, чтобы сопровождать меня, и желанием остаться, чтобы лично допросить нападавших.

– Мы не поедем обратно, – спокойно сказала я.

И капитан Сэл, и герцог Кентерберийский удивлённо посмотрели на меня.

– Мы сейчас будем долго ехать обратно и приедем к середине ночи, – попыталась я объяснить своё решение, – и неизвестно, ждут ли нас там, или нет. А если мы проведём несколько часов в лесу, – я окинула мужчин взглядом, – вы же сможете организовать стоянку? Тогда уже на рассвете мы выедем в сторону столицы и будем там к обеду, а не к ночи.

Мне показалось, что во взгляде герцога Кентерберийского мелькнуло уважение.

Леди Лизбет, до этого смотревшая на меня с не меньшим изумлением, чем мужчины, только вздохнула:

– Ох уж эти северные леди…

И пошла звать свою горничную. Я последовала за ней, нам следовало подготовить все одеяла, поскольку ночью могло быть прохладно.

И герцог, и капитан Сэл каким-то образом сговорились, и вскоре, недалеко от дороги, был разбит лагерь, разведены костры, выставлены часовые, и даже стал разноситься вкусный аромат каши.

Я попросила своих людей выделить в общий котёл то, что мы возили с собой, а именно колбасу и галеты.

И когда через час нас с леди Лизбет позвали ужинать, оказалось, что возле нашего костра уже находились герцог, капитан Сэл и наши горничные. Солдаты были неподалёку, сидели у своих костров.

Это была почти романтика, сидеть в тёмном лесу вокруг костра. Герцог Кентерберийский не преминул блеснуть ещё одним талантом, у него в отряде оказался «трубадур», которому так и не удалось выступить на празднестве у герцогини. Герцог пригласил его к нашему костру, и тот, обладая довольно приличным голосом, затянул балладу.

Мелодия была однообразной, а баллада бесконечной. Сюжет заключался в том, что он и она полюбили друг друга, потом их разлучили, они искали друг друга всю жизнь и, наконец, встретились, будучи уже убеленными сединами старцами. Слушая эту заунывную мелодию, я поняла, что тоже скоро поседею, если она не закончится. Тогда я, улыбнувшись, попросила подыграть мне и запела сама.

Я обожала рок-оперу «Юнона и Авось» *, знала наизусть все песни оттуда. В прошлой жизни голос у меня был скорее командный, чем певческий, и поэтому тексты я не столько пела, сколько почти декламировала под музыку. Получалось тоже неплохо.

(* Автор текста: Вознесенский А. Композитор: Рыбников А.)

А у леди Маргарет был потрясающий голос. Почти меццо-сопрано*, сказала бы я, если бы в этом разбиралась. Грудной, звучный, с лёгкостью переходящий на очень низкие ноты и при этом спокойно, без надрыва, поющий высокие. Я выбрала песню «Белый шиповник», слегка изменив или пропустив некоторые строки, чтобы не шокировать слушателей фривольными для этой реальности словами:

Для любви не названа цена, Лишь только жизнь одна, Жизнь одна, жизнь одна. Для любви не названа цена, Лишь только жизнь одна, Жизнь одна, жизнь одна…

(*Характерными признаками меццо-сопрано являются: полнота и насыщенность звучания в среднем регистре, в то же время, мягкость и объемность в пении)

Мне даже показалось, что сперва никто не понял, что произошло. Когда вдруг над поляной разнёсся мой звучный голос, то в тишине ночного леса, прерываемой только треском поленьев в костре, он звучал почти мистически.