— Ещё в порядке, спасибо.

На этом разошлись по домам и вечером мы с Локи даже гулять не пошли — ливень и не думал утихать, да и волчонок сам не горел желанием мочить шкуру.

Следующие два дня мы тюленили. Валялись, спали, ели. Профессор привычно пропадал в лаборатории, контролируя рост гомункула, который выдавал идеальные результаты. Три раза в сутки я вытаскивала его на кухню, не забывая контролировать, чтобы он пил настойку, а по вечерам мазала ему спину мазью. Помимо этого я не забывала медитировать и готовить, а ещё подписалась на канал Алеси, которая уже начала выкладывать коротенькие забавные ролики о жизни юной красавицы в деревне.

В среду вечером я заранее проверила чистоту рубашки и костюма, придирчиво изучила своё отражение в сети, отметив, что в целом выгляжу неплохо, но подстричься не помешает (вот только я не буду!), в остальном же на первый взгляд нареканий нет.

Дождь перестал лить лишь под утро, но из деревни я всё равно выезжала по глубоким лужам. К счастью, нигде не увязла, и в Москве была вовремя. Министерство образования нашла на карте заранее, так же заранее проложив в голове маршрут до нужной улицы, и в итоге в нужное здание входила за семь минут до назначенного времени.

Холл министерского здания впечатлял. Высокие потолки, величественные колонны, мрамор, лепнина… Это был полноценный дворец!

Более того, на входе меня встретил молодой сотрудник в строгом костюме, а узнав мою фамилию и цель визита, пригласил проследовать за собой.

Немного удивило отсутствие охраны и то, что меня не проверили на оружие, но идя по гулкому коридору, я вдруг ощутила некое магическое сканирование, пробежавшееся по моему телу и коснувшееся кожи.

Ага… Ну, что-то такое я и предполагала. Надеюсь, в трусы и голову не полезут? Их очень удивит их содержимое!

Кабинет князя, в который мы попали, пройдя мимо строгой дамы-секретаря, располагался на втором этаже и был настолько большим, что я задалась логичным вопросом: зачем? В нем запросто можно быстро устроить светский прием человек на тридцать. С танцами.

Но нет, князь занимал кабинет один.

Провожатый, кстати, впустив меня в кабинет и представив князю по имени-фамилии, словно тот этого не знал, оставил нас одних, а Святослав Олегович, на миг оторвавшись от подписания документов, небрежным жестом предложил подойти мне ближе.

Но не сесть.

По его действиям я догадалась, что в немилости. С чего бы? Потому что затянула со встречей или есть иная причина? Впрочем… Так даже лучше.

Уделив документам ещё минут семь (я как раз успела окончательно заскучать), князь, наконец, отложил ручку в сторону, и взглянул на меня поверх узких очков. Скупо улыбнулся, кивнул. И удивил.

— Прошу прощения, Александр, дела государственные не терпят отлагательств. Минутку…

Он нажал на одну из кнопок на внушительном аппарате, который располагался на правом краю стола, и деловито произнес:

— Аделина Карловна, заберите бумаги, я закончил. И принесите мне чай.

Мне достался вопросительный взгляд, но я отрицательно качнула головой. Не хочу создавать доверительную атмосферу, я тут не за этим.

Аделина Карловна проскользнула в кабинет спустя секунд тридцать, причем уже с чаем, и, поставив кружку с блюдцем перед князем, забрала подписанные документы, не забыв бросить на меня оценивающий взгляд. Уж не знаю, что она там оценивала, но я ей, кажется, не понравился.

— Александр, присаживайтесь, что же вы… — обманчиво мягко пожурил меня князь, причем я точно знала, что если бы села раньше, он мог бы поставить мне это в вину.

Простолюдины при аристократах должны были стоять, если те не позволяли иное. Методичку по этикету я уже изучила вдоль и поперек, пока шли дожди.

— Благодарю, — кивнула и только после этого села в одно из кресел для посетителей.

— Итак… — Судя по задумчивому взгляду и тону князя, он всё пытался понять, какой подход ко мне сработает, но к единому мнению прийти не смог. И тут он решил ошеломить меня вопросом: — Александр, скажите, вы хотели бы обучаться в магической академии?

— Нет. — Мой ответ был мгновенным, твердым и честным.

И князь это понял. Удивился.

— Отчего же? Вы одарены, я чувствую. Дар невелик, но за пять лет обучения даже уровень ученика можно подтянуть до мастера. При должном старании.

— То же самое можно сделать и вне академии, — пожала плечами. — Не вижу смысла тратить пять лет жизни на то, чтобы протирать штаны на студенческих скамьях в то время, когда мне нужно зарабатывать деньги, чтобы содержать семью. К тому же бесплатное обучение вряд ли мне светит, а платное, уж простите, я не потяну.

— О, вот в чем дело… — Князь с умным видом покивал. — Понимаю, понимаю… А что, если я скажу, что помогу вам поступить именно на бюджет? С очень заманчивой стипендией в пятьдесят тысяч ежемесячно.

Смешно…

— Спасибо, нет, — качнула головой.

— Что ж… Жаль. — Князь сдвинул брови и задумался. — Я так понимаю, предлагать своё покровительство тоже бессмысленно? Вы из тех, кто считает, что вольная жизнь и сиюминутная выгода важнее далеко идущих перспектив?

Так уж и далеко идущих? Стать псом на цепи или остаться волком на воле? Да, действительно, выбор нереально сложен.

Шучу.

Для меня всё ясно.

— Ваша светлость, — заговорила я, тщательно подбирая слова, — ваша протекция мне безусловно льстит, но я действительно так считаю. Обучение в академии полезно тем, кто желает продолжить работу в государственных службах. Ну и аристократам, само собой. Выгодные знакомства, межклановые договоренности, связи. Может даже брачные союзы. Но я не аристократ. Зачем мне это? Я изначально буду белой вороной среди обучающихся. Да и дар мой настолько мал, что я лишь недавно о нем узнал и начал развивать. Не хочу занять место того, кто действительно этого заслуживает.

— Похвально, — хмыкнул Оболенский и посмотрел на меня с интересом. — А вы не глупы, молодой человек. В столь юном возрасте уже понимать то, что не осознают даже некоторые выпускники… Что ж, я уважаю ваше право на собственное мнение. И всё же… Вы спасли мою дочь. Не колеблясь, не задумываясь. Я просто не вправе отпустить вас без благодарности. И пускай деньги — это всего лишь инструмент достижения цели, я искренне надеюсь, что ваша цель будет достойной.

С этими словами он вынул из верхнего ящика стола чековую книжку, вписал в чек некую сумму (с моего места не было видно), размашисто расписался и протянул мне, добавляя:

— И всё же, подумайте, Александр. Служба княжескому роду — это не ярмо, а привилегия. Если вдруг ваше мнение изменится, номер моего секретаря у вас есть. А сейчас прошу простить… Дела.

Быстро догадавшись, что на этом аудиенция завершена, я торопливо поднялась, поклонилась и вышла из кабинета, тихо, но плотно затворив за собой дверь. И лишь выйдя в том числе из приемной, глянула на чек.

Хм, а недурно… Оказывается, жизнь княжны стоит три миллиона. Недурно…

Юноша вышел из его кабинета, но князь ещё какое-то время просидел в кресле, размышляя о том, что тут только что произошло.

И да, он был недоволен итогом встречи.

Казалось бы, он всё просчитал, но… В итоге просчитался.

Парень оказался не дурак. Далеко не дурак…

Светлый князь Оболенский считал, что прекрасно разбирается в людях, но этот Саша… Александр. Был тем ещё крепким орешком.

Мальчишка из-за Урала. Как принято говорить в Москве, «с периферии». При этом держится достойно и размышления такие… Здравые. Это говорит о том, что Бельков амбициозен.

И что в итоге? Отказ. Отказ во всём.

А значит… У него на уме что-то другое. Но что?

Ещё и Дарья расстроится…

Поморщившись, князь качнул головой. Дочь была его слабостью. Об этом мало кто знал и Оболенский старался не показывать это лишний раз даже внутри семьи, но сам отчетливо это понимал. Самая младшая, самая юная и нежная. Его маленькая девочка.

А ведь она уже всё распланировала. Собралась даже взять над мальчишкой шефство, когда он поступит на первый курс. Сделать его своим протеже. Верным пажом.