Что подарить мальчику, которому исполняется шесть лет?

Понятия не имею!

Пришлось брать помощь зала, то есть идти и обстоятельно беседовать с Юлей, выясняя, чем Ванечка интересуется особенно. Оказывается, ему полюбились книжки про динозавров и сами динозавры, которые жили на заре времен, но давно вымерли, и сейчас археологи периодически находят лишь их останки, причем весьма необычные.

Решив не мелочиться, я нашла в сети красочное подарочное издание в виде энциклопедии и к нему — конструктор из тысяч мелких деталей с подробной инструкцией, чтобы самостоятельно собрать тиранозавра. Идеально!

Подкрался очередной вторник и я, одевшись стильно и строго, даже немного скучно — в серый брючный костюм с белой блузой, с самого утра отправилась в Москву, чтобы снова с головой погрузиться в архивы библиотечного фонда своего факультета и вычитать там что-нибудь любопытное и полезное.

Охрану брать не стала, сама сев за руль, как делала уже не раз, ведь прекрасно понимала, что в большинстве случаев охрана — это понты. Да и у меня нет таких врагов, с которыми я не смогу справиться. К тому же хоть немного, но мне хотелось ощутить себя снова свободной. Просто свободной.

От лжи, от условностей, от обязательств… И вроде бы сама понимала, что стремилась именно к этому — быть на вершине местной пищевой цепочки, но вместе с тем осознавала, что это всё не то.

Это не свобода. Это лишь новые оковы, но уже иного толка.

И наверное… это просто осенняя хандра. Пройдет. Надо просто сходить в аномалию и хорошенько спустить пар.

Может даже на гипножабу? Или на скорпионов? На белкунсов? Краба?

Или вовсе на огнеплюев?

Мимолетно усмехнувшись воспоминаниям, невольно переключилась на мысли о Саше. Или уже не Саше…

Кем он решил стать? И самое главное — когда он ко мне вернется?

И вроде бы бесит… но в то же время у меня нет никого роднее него. Мы понимаем друг друга даже не с полуслова, а с полувзгляда. Достаточно мысли. Усмешки краешком губ.

Я всё же скучаю…

Скучаю по тем временам, когда не помнила ничего и считала его братом. Тогда мы были близки как никогда, как бы странно это ни звучало.

Или мне только так казалось?

Как бы то ни было, наш общий чат молчал и я не видела, чтобы Саша выходил на связь. А значит, не время. Занят. Просто затаиться и выжидать не в его стиле. Наверное, стоит хорошенько пробежаться по мировым новостям, чтобы понять, что он там, где происходит что-то странное. Но я… не стала этого делать.

Смысл гадать на кофейной гуще? Это всё не информативно и ненаучно.

Я лучше возьму вот этот томик…

— Ох! Прошу прощения!

Не знаю, как я его не заметила, потому что в принципе этого быть не могло, но я умудрилась зачитаться первой главой книги об истории деревянного русского храмового зодчества, которая была издана ещё два века назад, и тупо врезалась в парня.

Хотя какой он парень? Мужчина уже!

Лет двадцать пять, русоволосый, сероглазый. И пускай ненамного выше меня и не особо широкоплечий, но удержал меня с легкостью и обезоруживающе улыбнулся.

— Аккуратно. Чем зачитались?

Показала ему обложку, прижав саму книгу к груди, и он понятливо улыбнулся, присев, чтобы собрать свою разлетевшуюся стопку.

— Очень хорошая книга, прекрасный выбор. Недавно у нас? Не видел вас раньше.

И вроде бы не было никакого смысла с ним общаться… Но он меня заинтересовал. Чем? Сложно сказать. Он просто был интересным! Даже не в плане мужской привлекательности, хотя тут придраться было не к чему, пускай и без перебора — в целом обычный мужчина — но было в нём что-то… цепляющее.

Внутренний свет? Улыбка? Уверенность в себе?

— Графиня Ева Евтушенко, первый курс факультета искусствоведения.

— О, та самая Евтушенко, — протянул он и в глазах промелькнуло странное. То ли снисхождение, то ли вовсе непонятное мне осуждение, но вместе с тем огонек интереса. — Это за вас просил на кафедре князь Долгоруков?

М-м, меня записали в выскочки?

— Именно, — произнесла строже и кивнула, тем самым давая понять, что беседа завершена. После чего прошла к терминалу самообслуживания, записала на себя книгу и ушла за свой стол, чтобы насладиться действительно приятным обществом старинного фолианта, а не упражняться в остроумии с незнакомцем.

Книга оказалась интересной. Очень!

Лишь раз я краем глаза заметила, что мужчина, оформив книги, вышел из читального зала, чему очень сильно удивилась, потому что при оформлении читательского абонемента мне несколько раз повторили, что именно из этого зала вынос книг запрещен, но потом мне стало не до него — фолиант захватил всё моё внимание.

Я задержалась в зале до самого вечера, прервавшись лишь раз, когда выходила до буфета перекусить, но ближе к пяти небо начало нехорошо хмуриться, на западе загромыхало и я поморщилась. Даже если побегу к машине сейчас, то всё бесполезно, циклон нагонит меня в дороге и ехать придется по дождю.

Ох уж эти внезапные осенние ливни… Что мне стоило просто посмотреть прогноз погоды в сети? Так нет же, не додумалась!

В итоге я просидела с книгой ещё час, сначала дочитав и вернув её на полку, не забыв сделать отметку о возвращении, потом подошла к окну, задумчиво посмотрев на то, как хлесткие струи ливня долбят по стеклу, стекая по нему полноценной рекой, неопределенно качнула головой и отправилась вниз. Я оставила машину на центральной стоянке и из этого корпуса до неё было довольно далеко. Ну да ничего страшного. Не сахарная, не растаю. Я могла бы и вовсе с легкостью соорудить над собой воздушный купол, но вообще-то официально до сих пор была всего лишь презренным цифромагом, так что лишний раз без действительно серьезной причины светить неучтенные силы не стоило.

Я уже добралась до холла первого этажа, когда за моей спиной раздались торопливые шаги другого припозднившегося студента и тот подозрительно знакомым голосом хмыкнул:

— О, и вы тут. Как вам свежий мировой потоп, ваше сиятельство? И где ваш зонт? Ну или как минимум сопровождение? Только не говорите, что вы собрались выйти на улицу прямо так!

Обернулась, когда расслышала в тоне незнакомца насмешку, удивленно посмотрела ему в глаза, выгнула бровь и спросила прямо:

— У вас ко мне личная неприязнь? Или это классовое?

Мужчина замер, затем сдавленно кашлянул и отвел взгляд в сторону, тем самым признавая, что я угадала. Хотя что именно? Пока непонятно.

— Прошу прощения, забылся. Вас встречают? Я на машине, могу подбросить вас, куда нужно.

— О, не стоит, — качнула головой. — Я уже большая девочка, сама умею решать свои проблемы. Всего хорошего.

После чего спокойно вышла под ливень, не обращая внимания на то, что вымокла до нитки практически в один миг, и минут за пять добралась до своего автомобиля. Когда я села за руль, подо мной моментально натекла лужа, пропитав обивку, но хватило буквально секундного усилия, чтобы стихии высушили и меня, и остальное, так что со стоянки я отъезжала в полном спокойствии. Почти в полном спокойствии… Почему-то эта беседа неприятно запала в душу, царапая. Хотя что вообще произошло? Ровным счетом ничего!

Прошла неделя. Подготовка ко дню рождения Вани шла полным ходом, курьер уже привез подарки и я красиво их упаковала, пока убрав в кладовку. В четверг прокатилась по предприятиям решив пару вопросов, которые ждали моего внимания. В субботу мы с тётей Розой заглянули в любимый бутик, куда уже привезли зимнюю сезонную одежду, но мне ничего не приглянулось, а вот она купила себе славную норковую шубку, тонированную в розовый. И ей она безумно шла.

В воскресенье мы с Ваней и его учителем Григорием Ивановичем провели урок на открытом воздухе, который был посвящен сразу ряду смежных предметов, но в основном природоведению, и Иволгин подробно рассказал внимательно слушающему мальчику, почему происходит смена сезонов, какие они вообще бывают, почему осенью намного чаще идут дожди и по ночам лужи покрываются коркой льда. Для взрослых это всё было элементарно, а для ребенка — настоящее откровение.