— Это всё вы нарисовали? — не скрывая своего восхищения, спросила графиня Головина, замерев напротив той, где был изображен танец. — Невероятно! У вас талант, Ева. Настоящий талант!

— Благодарю, — улыбнулась ей.

— Не думали о персональной выставке? — спросила она ещё и перевела пытливый взгляд на меня. — Я в дружеских отношениях с хозяйкой одной известной галереи в Москве, она будет рада выставить у себя настолько качественные и яркие работы.

— Знаете… думала, — улыбнулась с долей смущения. — Но, может, чуть позже. Сами видите, работ ещё не очень много. Возможно, по весне…

Чинно кивнув, графиня отправилась любоваться полотнами дальше, а я прислушалась к возбужденному гомону молодежи, которые поражались размерам краба и скорпиона. Кто-то даже пытался потыкать в панцирь, проверяя его крепость и толщину, а Саша искрометно рассказывал о том, как было поистине нелегко с ними совладать. Но он смог.

Ещё бы…

Парни кивали и завидовали, девушки ахали и млели, а я подошла к супругу и взяла его под руку, тихонько интересуясь:

— Дорогой, что с лицом? Что за хмурая складка у тебя на лбу? Что-то не так с гостями?

— Нет-нет, — Евтушенко качнул головой. — Не в этом дело. Новости… С границы. Тревожные.

Посмотрел мне в глаза и тихо произнес:

— Как бы не новая война с османами…

Война⁈

Нет-нет! Какая к черту война⁈

Изумившись так сильно, что первые секунды просто смотрела на мужа широко распахнутыми глазами, уже на пятой я взяла себя в руки и нырнула в сеть в поисках информации.

И ведь нашла!

Нашла…

Но лучше б не находила!

На границе и впрямь было неспокойно. Очень неспокойно. Участились нападения на посты, участились теракты в приграничных поселениях. Обе стороны выслали послов прочь. А это уже не просто тревожный звоночек, это полноценный набат!

Ох, черт!

И казалось бы, какая мне разница? Османы за тридевять земель от нас, но…

Если объявят мобилизацию, то напрячься придется всем.

Так. Нет. Стоп. Отставить панику! Время ещё есть. Есть ещё куча времени! И для начала надо понять, что произойдет после официального объявления войны. Что там пишут в местном законодательстве и какие были прецеденты прежде?

Продолжая исследовать недра интернета, довольно быстро я нашла информацию о конфликте пятилетней давности. Тогда всё прошло относительно быстро и бескровно, так называемая «война», хотя скорее пограничный конфликт, продлился не больше года и стороны подписали мирный договор, оставшись при своих, но в первый месяц конфликта всё равно объявили мобилизацию, которая коснулась прежде всего регулярных императорских войск и аристократических родов. Так каждый род, имеющий гвардию, должен был предоставить одного совершеннолетнего представителя рода мужского пола и в компанию к нему определенное число бойцов. Бароны — пятьдесят, графы — сто, князья — пятьсот. Исключением в данном случае логически становились дети до восемнадцати, старики после восьмидесяти, женщины любого возраста и инвалиды, не способные держать в руках оружие по заключению императорской врачебной комиссии. Офицеры запаса с магическими способностями призывались даже в статусе «инвалид», если были способны передвигаться и магичить.

Твою мать…

Я подняла на супруга пустой взгляд, уже понимая, что это значит.

Если начнется война, то призовут и его, и Сашу.

«Не если», — шепнула мне интуиция. — «Когда»

Как же я ненавижу войны… Развязывают их правители и оружейные магнаты, а гибнет народ. Тысячами!

Съездить что ли в гости в Османскую империю? На пару дней, а? С ящиком гексогена…

Саш, что скажешь?

«Мысль безусловно интересная. Но не паникуй раньше времени. Может обойдется? Хотя согласен, закупиться гексогенчиком впрок не помешает…»

Отписавшись в довольно шутливой, даже беспечной манере, Саша даже бровью не повел, продолжая развлекать гостей, а вот мне было настолько не по себе, что я особо не запомнила, как завершился вечер. Вроде улыбалась, музицировала даже, обсудила с графиней влияние классики на умы современной молодежи и даже пригласила всю семью на день рождения Ванечки, ведь заметила, что Ксения в положении, и пускай животик только-только начал расти, нам будет полезно начать дружить семьями заранее.

Но вот мы проводили гостей и Саша даже никем не был невинно опорочен, а моя тревога лишь росла и всю следующую неделю я мониторила интернет, отслеживая каждую новость, которая так или иначе касалась разгорающегося конфликта на границе.

Увы, он именно разгорался.

И пускай мы не обсуждали это между собой вслух, я заметила, что Саша усилил тренировки личного состава, Николай всё чаще хмурится и всё меньше улыбается, а в новостной ленте мелькнула заметка об успешном испытании новой модели гомункулов-бойцов.

Явно не просто так!

При этом простой народ ещё не знал, какие тучи сгущаются над всеми нами, продолжая жить обычной жизнью. Более того, очередная суббота и день рождения Ванечки, которое посетили наши соседи, но на этот раз с детьми и внуками в возрасте четырёх-восьми лет, прошли идеально, не омрачившись тревожными вестями.

Ребятишек было не очень много, не больше десяти, но для Вани, который не привык к такому, и этих гостей оказалось предостаточно. Заваленный подарками и поздравлениями, счастливый донельзя, но не забывающий, что он наследник и будущий граф, он успевал и играть новенькой блестящей железной дорогой, которую ему помогли собрать Саша и Николай, а так же Илюша и Петр, старшие мальчики из числа гостей, и уделять внимание новым друзьям.

Побегали ребятишки и на улице, и кто-то даже осмелился покататься на Локи, но исключительно под моим присмотром. Фрейю Саша не рискнул выпускать к гостям, кошечка росла капризной и признавала только Сашу, так что могла кого-нибудь укусить или поцарапать. Плеваться огнем она ещё не умела, но и так уже выросла до размеров крупной собаки, так что была довольно опасна.

Как бы то ни было, праздник удался.

А в понедельник пришло письмо из императорской канцелярии о мобилизации.

Не знаю, как другие, а я была в ярости.

Сволочи! Все сволочи! Стараешься, делаешь жизнь людей лучше, развиваешь свои территории и производства… Рожаешь, воспитываешь, учишь!

А что в итоге?

Приказ о призыве на службу и короткая отписка через месяц «погиб, защищая родину».

Твари!

Баронесса и вовсе впервые на моей памяти упала в обморок, я даже испугалась, как бы она не умерла, всё-таки уже не девочка, но нет. Обошлось. Правда, потом она горько расплакалась, прося прощения у меня и Саши за то, что сделала его аристократом и теперь он вынужден уезжать, но пока я кусала губы и старалась не последовать её примеру, Саша твердо произнес:

— Прекращайте, тётя Роза. Я не мальчик и не трус, чтобы прятаться за женскими юбками. Призвали — пойду.

Посмотрел на меня и уверенно добавил:

— И вернусь. С победой.

Посмотрел на Евтушенко, который был сосредоточен и хмур, и ещё тверже произнес:

— Вместе вернемся. Идем, обсудим с людьми нашу дальнейшую стратегию.

Мужчины ушли, фактически бросив меня наедине с моими внутренними демонами, и какое-то время я даже поддалась их влиянию, но потом сумела взять себя в руки. Что ж… Не первая в моей жизни война. Саша прав. Сколько их уже было и сколько их ещё будет? Но мы всегда выходили из них победителями.

Да, времена другие. Но люди те же.

И мы справимся. Всегда справлялись.

— Тётя Роза, — решительно обратилась я к баронессе, — выше нос. Не время киснуть, время действовать. Где ваш коньяк? Пора обсудить план дальнейшего развития наших земель. Я вот думаю замуж вас выдать… Что скажете?

— За кого, милая⁈ — ахнула старушка, хватаясь за сердце, но больше шутливо, чем всерьез. А в глазах загорелись искорки азарта.

— Было бы желание, — усмехнулась, — а жених найдется.

Немного неуверенно рассмеявшись, тетя Роза посерьезнела и спросила:

— А зачем?