Французы дали залп, но без особого успеха, хотя несколько десятков человек все же упало, а потом снова началась штыковая.

Андрей же приотстав, принялся лихорадочно заряжать штуцер, сплевывая кровь.

Зарядил.

Прицелился.

Вот только руки ходили ходуном, в глазах плыло и мутилось.

Тогда он подобрал чей-то мушкет и воткнул его штыком в землю. Получился неплохой упор. На приклад Градов положил свой штуцер.

На холмике между тем поднялась нездоровая суета. Видимо все эти генералы сильно заволновались по поводу своей безопасности. Наполеона, что оставался невозмутим, то и дело перекрывали другие люди. Ему видимо пытались дать понять, что пора бы и честь знать, дескать, вон кони, надо на них садиться и алга…

— Да замрите вы твари!

И как по заказу все эти генералы расступились перед наполеоном, что видимо тоже рыкнул на свою свиту, дескать, хватить суетиться и дайте мне посмотреть. Типа сбежать всегда успеем.

— Да…

Андрей, несколько раз глубоко вздохнул, прицелился. Дистанция была максимальной и взять нужное возвышение представлялось делом очень трудным. Тут скорее все на ощущении.

Градов, задержав дыхание, плавно выжал спусковой крючок.

Удар кремнием…

Вспыхнул порох на полке, обжигая кожу, ибо сыпанул туда щедро и случился настоящий вулкан с взрывным извержением…

Бах!

Штуцер, выплюнув подкалиберную пулю, с силой лягнул Градова в плечо. Но хорошо хоть ствол не разорвало, потому как Градов заложил тройную порцию пороха.

Как результат образовалось просто огромное дымное облако. Андрей даже сместился в сторону, чтобы посмотреть на результат своего выстрела.

И он был. На холмике поднялась совсем уж какая-то истеричная суета. Все бегали, кто-то склонился над упавшим и этим упавшим был Наполеон. Ему пытались оказать помощь…

— Да! Да!! Да-а-а!!! Как тебе такое, чертов маленький ублюдок⁈

Андрей испытал просто невероятный экстаз от того, что завалил самого Наполеона, вдруг осознав, что подспудно желал это сделать с того самого момента, когда узнал в какое именно время он провалился.

Даже мелькнула мысль, что именно в этом и заключалась высшая цель его здесь появления и он ее выполнил, значит теперь можно с чистой совестью заниматься своими делами, найти «тихую гавань» и мацая буфера пятого размера какой-нибудь молодухи, потягивать винцо на пляже.

Осталось совсем немного: выжить в этом замесе, суметь слинять и добраться до того пляжа, где бы он ни был… да хоть на Гавайях.

Конечно, оставался вопрос того, смертельная ли рана, но он надеялся на лучшее. Подкалиберная пуля хоть и поменьше колпачковой, но сравнима по своим размерам с пулей от винтовки Мосина, а на ее убойность никто не жаловался.

— Отходим! Отступаем!!!

38

Союзные войска все-таки смогли вырваться из устроенный им ловушки. Но может потому и смогли, что тот военный гений, кто эту ловушку устроил больше не мог командовать своей армией, отдавая ей необходимые приказы. А тот, кто пришел на смену Первому консулу, либо не обладал должной компетенцией, либо же банально потерял нити управления армией, или вовсе не знал, что делать дальше и за что хвататься. Все-таки французскую армию тоже немало потрепало в боях, она устала и просто уже не могла развить достаточную скорость, чтобы настигнуть стремительно уходящего на север противника.

Немцы, добравшись вместе со всеми до Рейна, не задерживаясь, двинули в родные края. Германский правитель видимо посчитал, что выполнил свою часть сделки, ну а то, что не получилось, не его вина и дальше он участвовать во всем этом не будет. Тем более не станет слать подкрепления, чтобы итоге не оказаться единственной силой, что противостоит франкам, что для него могло оказаться весьма чревато, ибо остальные участники коалиции дополнительных сил выставить в ближайшие месяцы не могли.

Остались только англичане с русскими, но противостоять французам с бельгийцами они уже были не в состоянии. Соотношение боеспособных сил достигало минимум четыре к одному, запасы пороха исчерпаны, большая часть артиллерии просрана, так что герцог Йорский вступил с французами в переговоры для заключения мирного соглашения, кое было достигнуто спустя несколько дней. По нему, союзные войска должны были быть эвакуированы из Голландии до конца января.

«Недолго музыка играла, недолго фраер танцевал», — подумал Андрей о голландском короле, что просидел на троне меньше двух месяцев, как его вновь попросили на выход.

В Голландии вновь устанавливалась республиканская форма правления. Но на это Градову было наплевать с высокой колокольни, как и на то, что в данном случае история проявила упругость своего хода и пусть с задержкой, но восстановила свое течение в прежнем русле.

«Вопрос в том, как она отреагирует на смерть Наполеона⁈» — размышлял он.

Да, Бонапарт, получив тяжелое ранение в живот, спустя несколько дней скончался. Французы даже вопили про использование негуманных и варварских в своей сути пуль. Как понял Андрей суть обвинений, его подкалиберная пуля оказалась с эффектом смещенного центра тяжести, то есть попав в тело, начала кувыркаться, резко ушла в сторону и превратила внутренности Первого консула в фарш. Так-то она ему попала в бок и будь это обычная пуля, все могло обойтись, или крутанись подкалиберная в другую сторону, но… не фартонуло.

«Появится ли у франков новый Наполеон, что спустя какое-то время так же объявит себя императором и начнет всеевропейскую бойню, а потом вся эта орда двинется на Россию?» — размышлял Андрей шагая вместе со всеми на север Голландии.

Что-то определенное сказать было весьма затруднительно. Имелись доводы как «за», так и «против» такого варианта развития событий.

Доводы «за» звучали весьма убедительно. Наполеон ведь тоже не просто так начал всю эту военную вакханалию. Вроде изначально он даже не собирался воевать, но… он являлся хорошим командующим, чувствуя себя на поле боя как рыба в воде, а вот гражданским управленцем оказался посредственным, как это обычно и бывает с генералами решивших, что они могут быть столь же эффективными управленцами на гражданке, какими являлись в армии. Но гражданка не армия, там все работает несколько иначе.

И все бы ничего, может даже и вырулил бы, но экономическая ситуация оставляла желать лучшего. Неурожаи продолжались, торговля обвалилась (спасибо англичанам, что перехватили все маршруты французов и выбили их из Индии), американские колонии тоже ничем не могли помочь, наоборот сами запрашивали поддержку…

В общем Наполеон на фоне этих проблем нашел единственный способ поправить финансовую ситуацию, каким уже пользовался при вторжении в Италию, то бишь банальный грабеж соседей. То есть решил переложить финансовую нагрузку на покоренные народы. В прошлый раз это сработало. Добыча в Италии оказалась такой значительной, что это хватило Директории, чтобы какое-то время «поддерживать штаны».

Так почему приемник Бонапарта не должен пойти по уже проторенному им пути? Этот вывод напрашивается сам собой.

Но и довод «против» тоже казался весомым. И звучал он как: роль личности в истории. Бонапарт был личностью, сильной, харизматичной, целеустремленной и так далее и тому подобное. Найдется ли среди его приемников личность схожего с ним калибра?

На данный момент Градов таких не видел. Вторые или временные консулы Сийес и Дюко, что сейчас сидели в Париже и пытались управлять гражданской жизнью государства, впечатления особого не производили, что называется труба пониже и дым пожиже, причем сильно ниже и жиже.

«Кто-то из нынешних генералов? — подумал Градов. — Тот же Мюрат, Дезе или Моро?»

Это выглядело уже реальнее, ведь и сам Наполеон вышел из армейской среды. Так что прецедент создан и светил путеводной звездой для остальных. Данные генералы уже успели прославиться и были достаточно популярны в армии, и эту популярность легко конвертировать во власть государственного уровня. Вопрос в том, захотят они и смогут ли?