Тут Градова осенила одна идея, как можно на законных основаниях метнуться в столицу. Осталось правильно подвести к этой мысли майора Гордеева. Андрей рассчитывал на главный армейский принцип: «инициатива имеет инициатора».

Ну и еще имелся расчет на то, что между ним и комбатом установились своеобразные отношения, приятельскими их точно не назвать, как и неформальными, но более-менее доверительными их можно было назвать, что неудивительно, учитывая сколько песен Андрей уже слил майору и как тот на них приподнялся в обществе.

— Ваше высокоблагородие…

— Что?

— Вы будете подавать рапорт о новой пуле на имя Его Императорского Величества?

— Да. И я помню о нашей договоренности, так что не стоит мне лишний раз о том напоминать. Выбью я этого Емельяна из гвардейского егерского батальона…

— Я нисколько не сомневаюсь в вашем слове, ваше высокоблагородие и не посмел бы об этом вам напоминать. Я немного о другом хотел сказать…

— О чем?

— О том, что даже если Его Императорское величество одобрит пулю и отдаст приказ немедленно оснастить ими нашу армию, мы можем эти новые пули не получить. Просто не успеем. Военная бюрократия очень неповоротлива, пока то да се, а нам, как вы сами знаете, ваше высокоблагородие, со дня на день выступать к Ревелю, а там посадка на корабли и в путь. В итоге придется воевать круглыми пулями или в лучшем случае кустарно лить новые, что не есть хорошо.

— Хм-м… Тут ты прав. И что ты предлагаешь?

— За свой счет изготовить пулелейки хотя бы для вашего батальона, ваше высокоблагородие. А там уже вы сможете поделиться новыми пулями с другими батальонами…

— Хм-м… Хорошая идея, — после короткого раздумья, кивнул майор Гордеев, поняв намек подчиненного на заработок дополнительной репутации у командования. — Ты этим вопросом и займешься, Андрей. Дам тебе для этого все необходимые бумаги и даже деньги… Потому как мне будет некогда. Попасть к императору не так-то просто…

— Слушаюсь, ваше высокоблагородие! — вытянулся по стойке «смирно» Градов, едва сдерживаясь, чтобы не засмеяться от радости.

Его расчет полностью оправдался. Более того, ему не навязали офицера.

3

— Собирайся братва, мы едем в город! — обрадовал свою банду Градов.

— Как тебе удалось? — удивился Исай.

— Ловкость рук и никакого мошенничества.

Андрей пояснил обстоятельства выдачи нужного приказа майором, не став упоминать о том, что колпачковая пуля это его идея, чтобы не возникло ненужных слухов.

— Ловко ты подсуетился!

— Так что давайте в темпе!

Упрашивать никого не пришлось, все прекрасно понимали зачем им в действительности нужно в столицу, так что с собой все прихватили гражданскую одежду, коей запаслись на одном хуторе под Новгородом.

Из обоза взяли телегу с лошадкой и покатили в город. Полиция на въезде к ним интереса не проявила, хотя посты стояли усиленные. А если бы интерес возник, то вполне могли обнаружить под тюками с тряпьем трофейное оружие, взятое в кабаке и на хуторе. Но таких телег между столицей и полевым лагерем сновало огромное количество, так что пронесло.

Добраться до одного из заводов-мануфактур тоже труда не составило. Сейчас столица являлась одним из самых промышленно развитых городов России.

— Позовите управляющего, — потребовал Андрей на проходной. — У нас заказ.

Управляющий себя долго ждать не заставил, ибо всякий заказ — деньги, а деньги все любят. Хотя может быть все из-за того, что этот тип оказался из немцев.

— Кто вы есть? — спросил он.

Градов мысленно скривился. Секрет колпачковой пули, что называется приказал долго жить. То, что такая пуля очень скоро появится где-нибудь в Пруссии можно было уже не сомневаться.

Впрочем, Градов и не думал, что секрет продержится хоть сколько-нибудь долго, даже если управляющий был бы русским и он не стал бы трепать о пуле всем вокруг. Просто сама аристократия разболтает всем и каждому. Тем же англичанам. Да, стоит только рапорту майора Гордеева пойти по инстанциям, как именно англы узнают все в первую очередь.

Ну и французы конечно так или иначе станут в курсе новинки в оружейном деле.

Понимал ли Андрей, что это может вернуться бумерангом против России? Конечно. Но все же надеялся, что к 1812 году возникнет новая тактика боевых действий, кою конечно же первым делом внедрят в постоянно воюющей Европе и наши властьимущие с генералами (слава богу в это время откровенных дегенератов за некоторым исключением среди них нет), что ориентируются на нее, как обезьянки повторят и получится почти все как реальной истории. А то и лучше. Особенно если повторится Бородинское сражение и наши засядут в обороне, а просвещенные европейцы станут атаковать.

Что до тактических изменений, то для начала хотя бы станут стреляться с большей дистанции, а не двухсот шагов как сейчас. Тот же рассыпной строй внедрят раньше и усовершенствуют, хотя тут сомнительно… Наконец полевые укрепления начнут возводить, если не окопы рыть, так хотя бы земляные брустверы или насыпать землю в корзины.

— Заказчики и этого достаточно.

— Я… я…

— Ты, ты. Будешь у ворот держать или все-таки пригласишь в контору и мы заключим договор?

— Гут… харашо. Идти за мной.

На территории завода все гремело, было окутано угольным дымом от плавильных и кузнечных печей и пахло жженым железом.

Наконец дошли до рабочего места управляющего.

— Что вы хотеть?

— Новые пулилейки, под вот такую пулю, — показал образец Градов.

— О! Это есть необычно!

Глаза немца при этом сверкнули. Он быстро догадался что к чему и понял, что сможет дополнительно заработать, продав секрет своим соотечественникам.

— Сколько вы хотеть?

— Десять штук.

— Гут… Сделаем за два дня.

— Отлично. Давайте составим договор.

С договором тоже проблем не возникло, Андрей выплатил задаток. Но когда собирался уходить, уже встал, но в следующий момент его посетила новая идея и он приземлился обратно на стул.

— Еще одно дело, герр Шульц…

— Дело? Какое?

— У вас есть шведское железо?

— Я! Есть.

— Сможете отковать из него кирасу?

Градов решил обзавестись бронежилетом. Воевать он естественно не хотел, но понимал, что далеко не все в этой жизни подвластно нашим желаниям. Иногда обстоятельства оказываются сильнее нас и к этому следует быть готовым если есть такая возможность подготовиться. И он решил, что если уж все же доведется оказаться в бою, то ловить голой грудью вражеские пули ему нет никакого интереса.

Андрей взял лист со стола управляющего и быстро нарисовал то, что ему требовалось. Немного подумав, добавил рисунок поножей, точнее элемент для прикрытия бедренной части ног. Ну и пояснил что тут к чему.

Имелась лишь закавыка с толщиной. Но тут лучше перебдеть, чем недобдеть. Масса, конечно, получится не маленькой, но лучше потаскать лишнюю тяжесть, чем если пуля пробьет броню как фольгу. Имеющиеся кирасы у тех же кирасир вполне себе пробивались по крайней мере на малых дистанциях точно, но они больше для защиты от холодного оружия предназначены, от пики там или палаша во время сшибки с другими кавалеристами.

Он, кстати, не понимал, почему никто не использует телесную защиту.

«Ну ладно солдаты, опять же типа бабы еще нарожают, — размышлял он, пытаясь понять логику дворянства. — Но офицеры-то чего не прикрываются? Не достойно?»

Андрей припомнил из «Войны и Мира», как главный герой не пожелал укрыться при виде ядра, что плюхнулось рядом с ним и вот-вот должно было взорваться. А потом, когда ядро все-таки рвануло, разглядывал небо будучи тяжело раненым. В общем образ мышления на тему жизни и смерти нынешних дворян та еще загогулина.

Что до цены, так по мнению Градова не так уж и дорого получалось. Тот же берковец железа полосового, а это примерно десять пудов, стоил около пятнадцати рублей (ну пусть даже тридцать, если брать шведское железо) и этого количества вполне хватало на броню для двух десятков человек. В общем не так уж и дорого, всего-то полтора рубля на человека, да пусть даже три рубля с учетом стоимости работы по изготовлению собственно доспеха.