— Эй!

— Ладно. Я буду тебе должен. Сильно должен.

— Долг — дело такое… Мне бы чего сейчас…

— Хорошо. Вот…

С этими словами Градов сорвал с груди массивный серебряный крестик.

— Держи. Минимум рубль сможешь выручить.

— Да ты чего Град?! — аж отшатнулся Силуан.

— Держи и дай мне нужную информацию.

— Да будет тебе Град… что я не понимаю, что ли… — смутился сплетник. — Расскажу, так и быть… Что конкретно тебя интересует?

— Кто из офицеров держит слово и не обманет простого солдата, а кого солдаты считают ненадежным…

— Ага, понятно… То есть ты хочешь с кем-то из них заключить какой-то договор…

— Силуан,..

— Ладно-ладно…

— Ну и у кого проблемы может какие-то есть, — продолжил давать вводные Андрей. — Финансовые или еще какие…

— Да с деньгами у всех проблемы, — усмехнулся Силуан. — Так что тут не промахнешься. Деньги всем нужны.

— Ну тогда осталось узнать, для кого честь не пустой звук и сдержит слово, данное солдату, а для кого слово — пустой звук.

— Ага… С бесчестными проще. Точно не стоит связываться с командиром второго батальона. Он солдат за людей не считает, если прочие на промашки какие-то могут закрыть глаза, тот этот обязательно придерется и накажет. Часто срывает зло на солдатах опускаясь до рукоприкладства…

— Ясно. Этот мне уже не интересен. Давай дальше.

И Силуан продолжил сливать Градову добытые за эти дни сведения. Андрей даже удивлялся тому, как много тот успел узнать.

И хоть большая часть информации не имела большого значения, но все же проскакивали крупицы полезных сведений.

«В принципе можно обратиться к двум третям офицеров со своим предложением, — сделал вывод Градов на основе полученных характеристик. — Осталось лишь присмотреться к ним лично и уже на своих впечатлениях сделать окончательный выбор».

А Силуан разошедшись, перешел на откровенные сплетни:

— А командир третьего батальона, в молодуху влюбился! И теперь сидит пьет горькую… страдает значит…

Андрей мысленно поморщился и уже хотел оборвать сплетника, такие подробности личной жизни из категории «грязное белье» ему были не сильно интересны, и никогда не понимал любителей ток-шоу вроде «Пущай треплются», где обсасывалось кто кому дал или кто кого бросил, но тут в голове словно щелкнуло.

Во-первых, подспудно ему не сильно нравилась собственная идея внедрения колпачковой пули, потому как это внедрение будет иметь еще и обратный эффект — враги тоже внедрят эту новацию. Не сохранить сей секрет долго. Да и никто не станет его хранить — продадут в один момент, причем не за дорого.

«И еще неизвестно, кто внедрит эту пулю быстрее, — подумал он. — У нас в отечестве с этим всегда беда, пока рак на горе не свистнет, никто не почешется. А в данном случае свист может оказаться такой, что Соловей-Разбойник разрыдается горючими слезами от зависти».

В общем не хотелось ему, чтобы те же лягушатники обзавелись пулей раньше России, а они могут. Новации они всегда внедряли быстро, это у них не отнять. Тогда Поход Суворова мог обернуться еще большей катастрофой. Его армию просто уничтожат еще в Италии.

Во-вторых, офицер к которому Андрей обратится с этой идей мог решить, что он за эту идею требует слишком много. А Градов действительно мелочиться в своих просьбах не собирался. Он хотел ни много ни мало собрать всю свою банду в отдельный плутонг и стать в нем как минимум рядовым старшего оклада. Это, говоря, по совести, даже ему самому казалось несколько перебором, а уж местные так и вовсе могли возмутиться сей наглости.

«И даже если вдруг все получится, удастся создать свой плутонг и даже стать его командиром, этого все равно мало, — размышлял Андрей. — Мне нужно стать как минимум младшим унтер-офицером и тут уже пули точно не хватит. Потребуется что-то еще, более значимое. Но чего нет, того нет».

И тут, спустя мгновение после того, как он услышал скабрезную сплетню про комбата третьего батальона, в голове появилась новая идея. Довольно дерзкая и опасная, но если все получится так как он задумал, то очень выгодная.

— Стой Силуан…

— Что?

— Напомни имя комбата третьего батальона.

— Майор Гордеев, Афанасий Демидович…

— Он женат?

— Э-э… не знаю…

— Надо узнать.

Силуан кивнул.

— Легко.

— И еще один момент…

— Да?

— Надо узнать, какие у него отношения с денщиками.

— В смысле?

— Ну, чисто деловые, они просто бессловесные слуги, что только выполняют приказы, либо же есть среди них тот, кто имеет более доверительные отношение. Что-то вроде дядьки, что может присоветовать… То есть такой денщик, с которым он уже много лет, прошли вместе кучу испытаний и этот слуга уже стал этаким… членом семьи, или что-то в этом роде.

— Понял. Узнаю.

— Давай… И еще, узнай, девица та замужем или еще нет.

Силуан на это только кивнул.

Сам Андрей невольно скрестил пальцы на удачу.

Всю недостающую информацию Силуан знал уже к вечеру следующего дня. Даже удивительно.

— Вызнал я все, что ты хотел Град! — нетерпеливо заговорил он.

— Что там майор, женат?

— Нет… Сговорен вроде, но пока свадьбы не было.

Андрей понятливо кивнул. Он еще в своем времени слышал про то, что офицеры из тех что попроще в плане знатности женились поздно, когда им было уже лет под сорок.

— А девица та?

— Замужем за каким-то стариком. Ей двадцать, а ее мужу больше пятидесяти!

Тут тоже ничего удивительно, девушек как раз выдавали замуж рано ибо женская красота штука весьма недолговечна. Ну и неравный брак дело в эти времена тоже явление обычное.

— Еще что-то про нее известно?

— Ага!

— И?

— Про такую бабу в деревне сказали бы — блядь!

— Даже так?..

— Ага! С мужиками спит… и вроде муж ее об этом знает и… не препятствует! Но у господ свои причуды.

— Ну да…

— И как только майора угораздило на такую запасть? — удивлялся Силуан.

— Любовь зла… полюбишь и вот такое… галантный век, епта…

«Но для меня так даже лучше!» — подумал Градов.

— Тут у мужей есть официальные любовницы, а у жен — любовники. А ревность считается чувством недостойным…

— Вот дела… — только покачал головой сплетник.

— Давай дальше. Что по денщикам? Есть там среди них у майора Гордеева в статусе «как бы член семьи»?

— Есть…

Андрей едва не закричал от радости. Если бы такого денщика не имелось его задумка если и не теряла смысл, то очень сильно осложнялась.

— Зашибись! Покажи его мне!

— Идем!

В данном случае оставалось радоваться, что Павел Первый повелел находиться командирам при своих полках неотлучно ограничив отпуск одним месяцем. К лову сказать, солдатам тоже стал полагаться отпуск в 28 дней. А то в прежние времена командный состав мог не появляться при своих подразделениях месяцами.

Жили офицеры в небольших домиках, по два-три человека, а начиная с комбатов — по одному.

В своеобразную офицерскую деревушку они вошли строевым шагом словно идут по делу, так что никто не обращал на них внимание.

— Вон тот… — еще шагая отметил нужного человека сплетник.

Силуан показал на старого мужика лет пятидесяти пяти, а то и все шестидесяти в солдатской форме. Такой действительно подходил под категорию «дядька», что мог знать своего подопечного с детских пеленок.

Сейчас денщик с крылечка выплескивал мутную воду из большой чаши. Видимо брил своего господина.

— Вижу. Как его зовут?

— Данила Захарьев.

— Понял. И за мной должок Силуан и я его отдам сторицей, — пожал руку сплетнику Александр.

— Да чего уж там…

Градов поспешил к домику в котором обитал майор Гордеев, а Силуан болванчиком, развернувшись на месте пошел обратно. Денщик уже открыл дверь, чтобы скрыться внутри.

— Данила!

Денщик обернулся с удивленно-хмурым видом.

— Ты кто таков?

— Рядовой Градов.

— И чего тебе надобно, рядовой? Ты ведь не из батальона Афанасия Демидовича.