Пообещав выйти на связь через полтора часа, Роман отправился в магазин за продуктами и в аптеку за бинтами. Вернувшись домой, он отправил сообщение Олегу: «Конь прищемил яйца», понадеявшись, что Ягуар проведет аналогию с конем и фамилией Меринова. А если нет, то хотя бы вторую часть сообщения поймет. Ягуар не замедлил откликнуться: «Свои?» Роман отправил другу полный боли смайлик, чтобы дать понять, чьи. После ответа: «Уже звоню ветеринару» Роман понял, что уточнять иногда нужно словами. Но, следуя «звериной» теме, отправил еще одно сообщение: «Тяну кота за хвост». Он имел в виду, что тянет, как может, время, а на самом деле ситуация критична. То, что шифровальщик из него так себе, Роман убедился, когда получил от Ягуара полный недоумений вопрос: «А причем тут Котов?» Кто такой Котов, Роман не знал. И, представив, как прочитал слово «хвост» Олег, чертыхнулся и решил в шифровки не заигрываться.

В назначенный час Роман отправил Меринову очередной отчет, приложив для правдоподобности нарытые в Интернете медицинские выписки и фото. В сообщении он написал, что в тайных родах певица замечена не была. Среди йогов ее тоже нет, потому что, как оказалось, она увлекалась пилатесом. А от помощника, который уехал в женский монастырь проверять последнюю версию, вестей нет. Меринов промолчал. Время было уже полуденное. Видимо, Геннадий Иванович трапезничал, поэтому и Роман с чистой совестью отправился на кухню.

Во время обеда он нашел в интернете фотографию Анфисы из обычной жизни, завел в социальных сетях новый аккаунт и с него разместил в нескольких профильных сообществах состряпанное объявление о розыске певицы. В назначенный час Роман отправил сканы Меринову, приписав, что к поискам Анфисы подключились волонтеры.

Геннадий Иванович не ответил.

Олег тоже молчал, и неведение вкупе с бездействием сводило с ума. Ягуар просил не делать резких движений» и дождаться его возвращения из Испании, но ситуация усложнилась. Все усугубляло еще и то, что Роман не знал, поставили его телефон на прослушку или нет, поэтому боялся одним неосторожным звонком все испортить. Оставалось надеяться, что Олег все-таки понял его шифровку и про звонок «ветеринару» не пошутил.

Пытаясь выпустить пар, Роман продолжил отрываться на Меринове и через час после последнего «отчета» отправил новый: полный восторга от того, что объявления о пропаже певицы репостнуло немыслимое количество народу! Письмо он закончил фразой, что помощник, отправленный в монастырь, молится вместе с монашками о здравии Анфисы и ее скорейшем возвращении. А раз к поискам подключились не только волонтеры, но и небесная канцелярия, то шансы отыскать Анфису в разы увеличились!

Геннадий Иванович промолчал, и Роман начал беспокоиться. Возможно, на этом стоило бы остановиться, но он снова вспомнил самодовольную ухмылку Меринова, когда тот потрясал зеленой папкой. Поэтому вернулся за компьютер, сляпал в фотошопе баннер с фотографией пучеглазой собачки с торчащими веером зубами, и крупными буквами написал: «Анфиса! Вернись! Шуша ждет тебя!» Понимая, что после этой выходки Меринов прищемит ему не только яйца, Роман таки отправил баннер в сообщества Анфисы, чем вызвал там фурор. После чего распечатал сляпанное до этого объявление, спустился на улицу и наклеил на столбе под объявлением о пропаже чьего-то старого одноглазого кота. Затем сфотографировал свою «работу» и ближе к ночи отправил Меринову с пометкой, что расклеил эти листовки по всему району.

На этот раз Геннадий Иванович отозвался: позвонил и звенящим от бешенства голосом рявкнул в трубку:

– Шацкий, ты совсем идиот?!

Роман улыбнулся: троллинг удался, но «счет» ему теперь вкатят неподъемный. Затем положил телефон с вопящим Мериновым на стол и пошел готовить ужин.

К ночи затворничество стало совсем невыносимым, и Роман решил пройтись в сгущающихся сумерках. Прошло уже два дня с тех пор, как увезли Анфису, и выносить бездействие он больше не мог.

На улице, несмотря на поздний час, все еще кипела жизнь: подростки заняли качели и лавочки на детской площадке и уткнулись каждый в свой смартфон. Чуть поодаль, в специально оборудованном месте, собачники выгуливали своих питомцев. Из ночного бара раздавалась приглушенная музыка. Где-то рыкнула мотором отъезжающая машина. Кто-то торопился к своему подъезду, кто-то, наоборот, из дома – к круглосуточному магазину. Микрорайон был новым, благоустроенным, хоть и находился далеко от центра. Роману здесь нравилось. Обычно это место казалось вполне благополучным и надежным оазисом, но только не сегодня, когда он захлебывался тревогой. Если бы не раненый бок, который отзывался болью даже при неторопливой ходьбе, Роман выпустил бы часть адреналина на пробежке.

Он миновал «крепостную стену», как жильцы окрестили многоподъездную многоэтажку, и зашагал по тротуару вдоль припаркованных машин. Внезапно одна из них, цвет которой сливался с темнотой, мигнула фарами и тихо двинулась следом. Машина не набирала скорости, шла вровень с ним. И когда стекло со стороны пассажирского сиденья поехало вниз, Роман дернулся в сторону. Вот и доигрался! Или сам Меринов примчался, или кого-то прислал.

– Шацкий! Ром? Ты чего так шугаешься? – раздался в приоткрытое окно знакомый голос.

– Черт! – засмеялся Роман, увидев в салоне Ягуара. – Вот точно, выскочил как черт из табакерки! Кого угодно до инфаркта доведешь! Да еще машина незнакомая!

– Это Олесина, моя забарахлила. Так и будешь стоять? Залезай уж, потолкуем!

Роман втиснулся в салон небольшой машинки и в знак приветствия хлопнул Олега по плечу. Еще, пожалуй, никогда он не был так рад видеть друга.

– Ты же еще в Испании должен быть!

– Прилетели раньше, поменяли билеты. Раз, говоришь, взяли тебя за… А с рукой у тебя что? Сломал?

– Поранил.

– Где это ты так?

– Тебе «официальную» версию рассказать или правду? – ухмыльнулся Роман.

– Правду, – помрачнел Олег. – Конечно, правду.

Они пропетляли вначале по улицам микрорайона, потом выехали на загородное шоссе.

– Куда это мы? – поинтересовался Роман.

– В одно спокойное место, где можно поговорить и вкусно поесть.

– Я уже поужинал.

– А я – нет. Олеся с дороги очень устала, и напрягать ее готовкой я, конечно, не стал. На дом она любит заказывать суши всякие и, млин, водоросли! А я хочу отличную отбивную с гарниром, салат и что-нибудь еще! А у Олеси сегодня будет свой суши-праздник, раз она этого так хочет. Справедливо? Справедливо! Так что мы с тобой спокойно поужинаем и потолкуем в «Охотничьем домике» у Егора Сосновских.

– Егора Сосновских? – наморщил Роман лоб, припоминания, где недавно слышал эту фамилию. Не из его ли ресторана пропали три бизнесмена после выступления Анфисы?

– У Сосновских – несколько ресторанов, от сетевых до элитных, – пояснил Олег. – А «Охотничий домик» – место для своих. Находится он за городом на территории старинной усадьбы. Егор, кстати, усадьбу отреставрировал на свои же средства. Инвестирует деньги не только в ресторанный бизнес, но и в памятники культуры вроде усадеб, а еще в заброшенные или малонаселенные деревеньки, спасая их от окончательного умирания. Хорошее дело, считаю!

– Погоди, Сосновских случайно не знаком с Шестаковым? Раз он помимо ресторанного бизнеса занимается инвестированием, значит, они с Шестаковым в одних кругах вращаются!

– Возможно! – улыбнулся Олег. – Поэтому мы к нему и едем, а не только ради вкусного ужина. Так чем тебе так насолил Шестаков?

Дороги хватило, чтобы поведать всю историю с самого начала. В какой-то момент Роман засомневался, рассказывать ли о способностях Анфисы, ведь он пообещал не выдавать ее секрет. Но ситуация провернулась так, что ключевым моментом в ней оказались способности Анфисы. Олегу Роман доверял безоговорочно, хотя эта мысль тут же вызвала неприятные воспоминания, связанные с поступком Виты. Но Ягуар точно умел хранить секреты.

После рассказа о троллинге Меринова Ягуар вначале долго смеялся, а потом так же долго костерил друга за выходку. Роман терпеливо снес разнос от старшего товарища, но улыбкой дал понять, что ничуть не жалеет о содеянном.