— Господин, я же говорю, мисс Найт еще не готова Вас принять! — следом за эльфом в комнату забежала моя целительница.

Видимо четыре месяца в отключке все же повлияли на мозг. Вместо того, чтобы хоть как-то отреагировать и прикрыться, я стояла и просто смотрела на мужчину. Сам Рен, кстати, тоже не торопился реагировать и непонятным взглядом смотрел на меня. В нем было столько разных и противоречивых эмоций, что я в какой-то момент даже усомнилась в реальности происходящего. Явный восторг смешался с облегчением и радостью, тут же смешиваясь с какой-то злостью. Как в калейдоскопе вспыхивали волнение, удивление, восторг, восхищение.

— Господин де Эксилир! — нарушила наш немой диалог взглядов девушка целительница. — Позвольте же мисс Найт привести себя в порядок и дождитесь ее позволения зайти.

Рен медленно моргнул. Словно только осознав, в какой ситуации находится, он прикрыл глаза и слегка поклонился.

— Прошу прощения, мисс Найт. Я подожду за дверью.

И, сделав широкий шаг назад, прикрыл за собой дверь.

— Ох, Джозефина, какой стыд, какой кошмар, — причитала Аникаэлла, помогая мне одеться. — Господин де Эксилир поступил совершенно некрасиво.

Уже через десять минут, одетая и причесанная стараниями светлой эльфийки под ее же причитания, я позвала Рена в мою временную комнату.

— Еще раз прошу меня извинить, мисс Найт, — холодно и сухо произнес эльф, усаживаясь на стул возле моей кровати.

Солнце приветливо светило в раскрытом окне, птички громко щебетали, создавая совсем не осеннее настроение, свежий ветер проникал в комнату — все это наполняло меня приятным умиротворением. Знаете, бывает, выйдешь рано утром на улицу, еще темно, холодно, надо на работу идти — казалось бы, ничего приятного. Но… Ночью прошел дождь, напитав воздух свежестью, температура в районе пятнадцати градусов, не жарко, но и не холодно, редкая людская суета теряется в предрассветных сумерках. И вот сделаешь глубокий вдох таким утром, и все кажется не таким пресным и унылым, а даже наоборот. Вот и у меня сейчас было похожее ощущение, хотелось продлить это мгновение на бесконечность.

Я уселась на кровати, облокотившись спиной на гору подушек.

— Знаешь, а мне больше понравилось обращение «Джози», — с игривой улыбкой произнесла я, стараясь разрядить атмосферу холодности и официальности, которую старательно пытался создать эльф. — Или для этого мне снова нужно оказаться на грани смерти?

Глаза Рена опасно потемнели.

— Джозефина, — проигнорировав мой выпад, тихо произнес эльф. — Ты хоть понимаешь, как безрассуден был твой поступок?

Я было открыла рот, чтобы ответить, но Рен не дал мне такой возможности.

— Как ты могла додуматься отправиться одной в Пустынную Землю, не сообщив об этом никому? Это уже не самый умный поступок, но ты при этом еще и под влиянием алкоголя была!

Ну, вообще-то, это как раз было одной из причин, почему у меня вообще такая идея возникла. Разумеется, в слух я об этом не сказала. Да и не нужны были сейчас эльфу мои ответы, он, казалось, просто выплескивал свои эмоции, накопившиеся за последнее время.

— Тебе что, жить надоело? Или решила переквалифицироваться из перспективного мага в простую неодаренную? А о своих друзьях ты подумала? Кто все эти месяцы себе места от волнения не находил и каждый день, заходя в палату, получал одно и то же «улучшений нет». А твой дядя? Бедный Авфул и так не блистал здоровьем, а получив известие о твоем состоянии, постарел еще сильнее.

Мда, действительно. С этой точки зрения я как-то проблему не рассматривала.

— Рен, — перебила я мужчину.

— Что?

Резкий тон не смутил меня, так что я задала очень волнующий меня сейчас вопрос:

— А та Пустынная Земля, она уничтожена?

Откинувшись на спинку стула, де Эксилир тяжело вздохнул.

— Знаешь, Джозефина, я вот думаю, то ли похвалить тебя за самоотверженность, толи выпороть за глупость.

Я скромно улыбнулась. Все, кажется буря миновала. Во всяком случае, кричать на меня уже перестали.

— Да, та Пустынная Земля уничтожена. К вечеру, думаю, подойдет Ивар Авфул, и тогда, чтобы дважды не повторяться, ты должна будешь рассказать, как это у тебя получилось.

— А сейчас он где?

— А это, Джозефина, обратная сторона твоего подвига, — невесело хмыкнул Рен. — Господин Авфул сейчас находится при короле. Все же такое событие, как уничтожение одной из Пустынных Земель, не осталось незамеченным. А поскольку много лет лучшие умы и сильнейшие маги Конкордии бились над этой проблемой, не достигнув никаких результатов, то король быстро пришел к вполне очевидной мысли.

Рен замолчал, давая мне время на раздумья. Уже понимая к чему клонит эльф, я все же спросила:

— К какой мысли?

— Что это дело рук мага-универсала. При чем мага сильного, и не подвластного короне. Представляешь, в каком бешенстве и одновременно в какой панике сейчас король?

— И меня…

Де Эксилир снова вздохнул и покачал головой.

— Помнишь, когда мистер Авфул приглашал тебя на королевский бал?

Я кивнула, подтверждая. Хотя я бы не назвала это приглашением. Только к чему это?

— Если бы ты тогда все же пошла с ним, а не со мной, то уже тогда была бы представлена, как потерянная родственница, в ком запоздало проснулся слабый дар мага-универсала. И сейчас было бы относительно легко объяснить, что постоянные тренировки смогли развить твои способности до уровня, позволившего тебе уничтожить Пустынную Землю. При этом в случае такого развития событий можно было бы утверждать, что советник короля самоотверженно рискнул вырастить сильного мага, дабы решить проблему с Пустынными Землями и показать народу, что их любимый король может справиться с чем угодно.

— Да-да, — поморщилась я. — Только бонусом к этому шла бы рабская клятва, постоянный надзор и возможное заточение. Как-то уж совсем не радостные перспективы.

— А я и не говорил, что это идеальный план, — невозмутимо ответил Рен. — Только вот сейчас выдавать твое существование равносильно подписанию смертного приговора. Причем не только тебе, как универсалу, но и нам с Авфулом, как магам, тебя скрывавшим.

— А может быть вы просто не опознали во мне мага-универсала? Ведь ты действительно не смог сразу догадаться о моем маленьком секрете.

— Да, ты очень хорошо скрываешь свои способности, не спорю. Однако признать такое, все-равно что признать себя некомпетентными. А для тех, кто занимает посты главы службы мицаев и главного советника короля, это равносильно не просто смещению с должности, но и лишению дара с пожизненной ссылкой куда-нибудь подальше.

— Жестоко.

Рен пожал плечами, как бы говоря, мол, что есть, то есть.

— А как ты уговорил молчать тех стражей, которые меня видели?

— Джозефина, — на меня посмотрели, как на дурочку. — Неужели ты думаешь, что для сильнейшего менталиста Конкордии подправить воспоминания нескольких не особо одаренных магов составит большую сложность?

Так-то да, верно.

— Как ты себя чувствуешь? — немного помолчав, поинтересовался Рен.

— Спасибо, на удивление прекрасно, — честно ответила я. — Только вот пока не знаю, как реагировать на изменения во внешности.

Проследив за моей рукой, поправляющей волосы, Рен, наконец расслабившись, тепло улыбнулся:

— Тебе идет.

— Спасибо. Знаешь, я заметила еще кое-какое изменение.

— Какое?

Я задумалась, как бы точнее объяснить свои ощущения.

— Я не совсем уверена, может это просто последствия долгого отдыха, но мне словно бы легче стало даваться управление энергетическими потоками. Если раньше для того, чтобы что-то сделать, даже просто зажечь огонек на руке, мне нужно было сосредоточиться, а сейчас стоит только подумать, что я хочу, как я это уже сделала. На автомате, как руку почесать или сделать очередной шаг. Понимаю, что с опытом такое вполне могло прийти, но…

Рен чуть нахмурился и внимательно меня осмотрел. Ярко синие глаза медленно затянулись чернотой, говоря, что эльф разглядывает меня не просто так, а смотрит мою энергетическую структуру. Хоть и пораженный проклятьем, Рен все же не потерял слабые навыки целителя.