— Координацию бы обеспечить от Эстебана, — сказал Бенито.

Честер спросил:

— В смысле, прямо из рубки по громкой связи?

— Нет, не годится, — прикинул Бенито. — Громкая связь и сидян обязательно насторожит.

— Можно иначе, — деловито кивнул Том Трентон. — Здесь, в коридорах, тоже имеются голоэкраны. Надо их только сейчас подключить к основной системе, ну и тогда он из рубки сможет нам прямо сюда выдавать оперативные сообщения о любых продвижениях неприятеля. — Том отыскал цветную панель в стене, сдвинул её — и открылся щит управления. — Да, это будет довольно просто…

На коридорном голоэкране тут возникли Эстебан и Альварес. Что-то пытались сказать, но звука пока что не было. Только одно высококлассное изображение.

— Я разберусь, — пообещал Том Трентон. — Или вот так: изображение можно смотреть по экрану, а указания будут по громкой связи…

— Чтоб не орать ему.

— Изображение рубки нам не так-то и нужно, — усмехнулся Бенито. — Вот когда бы мы смогли видеть здесь продвижения сидских десантников…

— А! Это тоже возможно! — воскликнул Трентон. — Только для этого надо предупредить Эстебана и Трентона, чтобы они нам сюда транслировали картинку. — Инженер похромал в направлении рубки, чтобы немедленно осуществить желаемое.

Может, и зря. Может, не стоило затевать суеты, а вместо этого — всем безмятежно сидеть в засадах, положась на счастливый случай.

10

Трентон успел. Хромота не особенно помешала. Не прошло и минуты, как он добрался до рубки, а на ближайших коридорных экранах появились уже изображения подходящих сидян.

У разветвления коридора на три рукава двое из долговязых космодесантников разошлись зачищать боковые пути, остальная же масса направилдась по центральному.

Ладно. Бенито скороговоркой скомандовал:

— Онодэра и Честер — по левой и правой нишам. Бить по врагу, по возможности, телекинезом. — Он понадеялся, что демонический способ сработает, хоть понимал: обеспечить асфиксию и обезглавливание пришельцев будет весьма затруднительно через гермокостюмы, да к тому же долговязых сидян в коридорах «Маджестика» высоко не вздёрнешь — эти парни и так сутулятся, чтоб не задеть потолки…

Ладно, на случай, коль демоны их подведут, у Онодэры и Честера есть при себе плазмоганы.

Сам же Бенито, а с ним ещё Олаф и прихромавший Трентон приготовились встретить огнём ту пятёрку сидян, что вошла в центральный рукав.

По ближайшим экранам на коридорной стене было видно, как двое сидян подбираются к нишам…

— Кстати, — в последний момент спохватился Бенито. — Есть ли возможность добиться того, чтобы мы сами не попадали в кадр? — Ведь и сидяне же не дураки подсмотреть, что впереди ожидает.

— Я, — молвил Трентон, — только могу отключить экраны…

— Так отключи, — распорядился Бенито. — Будем считать, что всё основное видели.

Да, без экранов — так даже намного лучше. Главное, не настолько уже велика перспектива отвлечься на экранные голопризраки от реальных событий, в которых ты сам участвуешь.

11

Группу сидян, что спокойно прошествовала по центральному рукаву, шквальный огонь быстро загнал обратно. Ни одного из пятёрки уложить не пришлось, хоть, как Бенито казалось, он своей плазмоочередью чуть прижарил двоих как минимум. Да и трудно промазать по таким долговязым фигурам в нешироком коридорном проёме: где одна увернётся, другая как раз подставится.

Олаф тоже похвастался:

— Я отстрелил ему руку. — Правда, отдельно лежащей руки сидский космодесант по себе не оставил.

Через минуту — вторая попытка прорыва. Затем тишина.

— Отступили, поди? — неуверенно молвил Трентон. — Интересно, что они делают? Я бы мог посмотреть на экране…

— Пока не надо.

Пауза длилась. В глубине коридорной покуда никто не двигался, и Бенито собрался уже прибегнуть к экранному мониторингу, как Эстебан объявил вдруг по громкой связи:

— Никого не осталось. Можно пока расслабиться.

Как же расслабиться? В среднем из рукавов как раз замаячила тень.

Олаф дёрнулся было, но тень попросила человеческим голосом:

— Эй! Не стреляйте по мне, ребята. Прав Эстебан. Эти пятеро, здесь, в коридоре, уже зачищены.

Основательно преломлённый акустикой гермошлема, голос был, тем не менее, легко узнаваем. Это фигура Сантьяго выходила из коридора! Без плазмогана, но с Робарианским Молотом да вдобавок с охапкой сидских трещоток.

— Всех пятерых? — переспросил Бенито. — Мы и не слышали.

— Я их легонечко так молоточком тюкал, — расхохотался Сантьяго. Правда, притом умудрился заснуть на середине смеха.

Вслед за Сантьяго-молотобойцем вышли из боковых рукавов и два невредимых мастера демонического телекинеза.

— Справились, — односложно сказал Онодэра.

Быстро так вышло. Даже почти не верилось.

Как Онодэра и Честер справлялись с долговязыми космодесантниками, понаблюдать не пришлось, никому кроме пилота и космогатора — те-то за всем проследили из рубки. Задним числом лишь Бенито узнал, что «теневики» своё дело сделали, ну и взглянул на останки сидян. Головы их были свёрнуты прямо внутри гермошлемов.

Что характерно, гермокостюмы не пострадали.

или Чтобы взлететь, надо как следует оттолкнуться

1

Всех обезвредили? Вряд ли. Тех лишь, кто показался. Внутренний план «Маджестика», ныне развёрнутый на самом большом голоэкране в рубке, можно сказать, изобиловал чёрными пятнами; в каждом из них можно спрятать множество сидских космодесантников. Пятна теперь, между прочим, занимали четвёртую часть общей площади корабля.

Ну, вернее, не нынешней, а исходной площади, той, что была до кое-каких попаданий грависнарядами. Кстати сказать, где-то там, в слепых зонах внутри дредноута, был припрятан целый немаленький сидский фрегат-трансформер.

— Надо теперь, — объявил Бенито, — провести окончательную дозачистку.

Впрочем, не сразу. Хорошо бы её продумать. Распределить сектора, кто куда пойдёт. И выступать без торопливости, в полной готовности…

— Чтобы всё обойти, — выдал справку Альварес, — это задача на пару дней как минимум. Прямо сейчас и начнёте?

— Успеем быстрей, — возразил Бенито, — а начнём чуть попозже.

— Через пару часов, — предложил Том Трентон. — Я как раз подготовлю мобильные голоэкраны, чтобы опять не искать стационарные по коридорам. Это нам здорово сэкономит время. — Трентон старался, как мог, выполнить функции Гарриса: не как провидца, так хоть как связиста.

— Думаю, пару часов, — сладко зевнул Сантьяго, — не сыграют особенной роли. — Вот для него-то могут как раз и сыграть.

— Благо, теперешний счёт понесённых потерь явно не в пользу сидян, — произнёс Альварес. — Тех полегло аж двенадцать, а нас лишь двенадцать было. — Для чего это сказано? Чтобы себя успокоить.

Так-то он прав. Десятерых из проникших на «Маджестик» сидян одолел в одиночку Сантьяго, а ещё по одному уничтожили Онодэра и Честер. Ну а противник? Как будто двоих: Гильденстерна и подкапитана Дельгадо.

Правда, Кай Гильденстерн — как непременно подтвердил бы провидец Гаррис — далеко не «один из двенадцати», он серьёзнейшая потеря.

Правда, и Гаррис не подтвердит — ибо находится в коме уже с неделю… Да и Сантьяго: что же случилось с ним? Вроде, храбрится, но выглядит так, словно Джой Гаррис как раз накануне комы.

В общем, из строя их выведено не двое. Ибо к пропавшим без вести надо добавить ещё провидца и занятого им врача. И, вероятно, Сантьяго: его добудиться теперь непросто. Стало быть, пятеро? Собственно, да.

— Эй, Сантьяго, проснись! — на сей раз попытался будить Альварес.

Нет, не проснулся. И не похоже на баловство.

— Верно, придётся теперь и его в медотсек к Гонсалесу, — проговорил Эстебан. — Надо звонить ему и перечислить симптомы.