Ладно. Тем лучше. Чем меньше желающих, тем уверенней Кай.

— Значит, никто не запишется? Жаль, очень жаль!

И вдруг сзади слова:

— Эссенхельд! Очень рад был вас здесь увидеть!

7

Обернулся затравленно. Имя-то с Эр-Мангали.

Надо же: это Эрнандес из Нового Джерихона. Рядом — куда же без них — и парочка вышибал. Но в состоянии относительного покоя.

— Не ожидал меня встретить? Прикинь: я теперь совладелец большой ресторанной сети!

— Вот как? Не знал. Так теперь «Два земных слона»…

— Да, — ухмыльнулся Эрнандес, — я здесь хозяин. Можно на пару слов? Ну, на тему твоих предложений.

Отошли в кабинет ресторатора, расположенный рядом. Кай угадал:

— Ты хотел бы, чтобы я перестал здесь смущать посетителей?

— Да, — веско молвил Эрнандес, — и не только здесь. Я ж говорю, разветвлённая сеть. Их убытки — мои убытки. Что ты хочешь за это?

— В смысле?

— Ну, за то, что сейчас остановишься?

— Видишь ли, — Кай чуть замялся, — я выполняю указание Лоренцера.

— Это да… Аргумент, — Эрнандес вздохнул. — Но послушай! Обязательно ли, чтобы ты проводил эту всю пропаганду реально, вслух. Может быть, мы могли бы договориться? Я бы сказал всем барменам и официантам, будто бы ты уже приходил. Только, молю, не отпугивай посетителей!

— Что ж, — Каю пришлось нарочито замедлить темп своей речи. — Надо подумать над этим твоим предложением.

или Ждите нас в Магеллановом Облаке:

исполняют Беньямин Родригес, Честер Хардерн, Джой Гаррис, Кай Гильденстерн и Сантьяго да Ферра. Accelerando vario

1

Эр-Мангали

Как интересно: Бенито послали в разведку. Проще сказать, послали на верную смерть. По причине того, что в окопе она недостаточно верная. В местности, занятой неприятелем, будет всяко вернее.

А прилетит за ним Лопес, расспросит ребяток: «Родригеса здесь не видели?». Те ответят: «В разведку ушёл. Как особо отважный».

Шли вчетвером. Над людьми командиром поставлен был Валентино — новый сержант специально оговорил. Понимал уж поди, что Бенито чего накомандует.

Рядом с людьми также летели роботы. Шараобразные штучки с подвижными лучемётами. Сэвидж привёз их в самый последний раз, всесте с сержантом по имени Коллинз.

Эти штуковины, как всех заверил сержант, чудо-оружие против поганых башен. В чём это чудо, подумал тогда Бенито, раз лучемёты далеко не самые мощные? Но, что с башней не справится, то таки может зато дисциплинировать четверых людей-дезертиров.

Видимо, так. Ведь от людей эти роботы полностью автономны. Действуют по каким-то своим программам, иди знай, по каким.

К позитивным же сторонам ситуации Бенито бы мог отнести лишь одно: интересно, конечно же, что там, за горизонтом. Так интересно, что сам бы пошёл, посмотрел. Но без пары летучих роботов и троих дезертиров.

К роботом, кстати, и спутники отнеслись без доверия.

— Может, их кончим? — промолвил Фаринг. — Скажем, что так и было.

— Я тебе кончу, придурок! — возмутился в ответ «командир» Валентино. — Я же за них отвечаю!

— Ты и за нас отвечаешь, урод! — напомнил Суарес.

— Ну так и думай, — стоял на своём Валентино, — что нам поделать, если зайдём далеко, и отовсюду заявятся башни Сида, да начнут почём зря палить!

— Мне говорили, — сказал Суарес, — сидские башни часто стоят в неактивном таком состоянии…

— Это если везёт! Ну а если будут активны? Это что же получится, нам вчетвером придётся от них отбиваться. А двух роботов, что могли бы помочь в перестрелке, ты предлагаешь прикончить!

— Могут помочь, — сказал Фаринг, — могут и помешать.

— Всё может быть, — в копилку их реплик бросил Родригес. Не пришло ещё время на что-то претендовать.

За грядою холмов, откуда показывались башни Сида, было всё так же пусто и выжжено, как и на местности прямо перед окопами.

— И нигде, — огорчился Суарес, — ни единственной брошенной башни. А говорили, сидяне бросали их почём зря.

— Да, — подтвердил Валентино, — я тоже слышал.

— Дальше, что ли идём?

— А чего нам здесь ждать?

— Может быть, ночью мимо окопа назад прорвёмся?

— Парни, эй! Не при этих летучих тварях!

— Я ж говорил: прикончим, и дело с концом.

— А ты знаешь, куда они передают картинку?

Нет, уж такого не знал никто. Лишь Бенито слегка сомневался, что эти роботы могут на Эр-Мангали что-то куда-нибудь передавать. Здесь же такие проблемы и с внешней, и с внутренней связью. Только Н-связь — лишь одна и работает. Зомбифицируя толпы живых существ.

— Дальше идём! Я за вас отвечаю! — зверел Валентино.

— Ладно-ладно. Встаём-встаём.

Башня, что ли? Да нет. Примерещилось на горизонте.

2

19-я луна Парадиза

Честеру стало совсем трудновато молиться. Да и не удивительно: гневается Господь. После всего, что его именем натворил демонический «теневик»…

С Пауком поединок — это было всего лишь начало. Дальше-то круче. Дальше-то и пошло…

Первым делом — привратники Паука. Головорезы, которые Митча, О’Райли и Честера к нему пропустили. Что с ними сделалось — то же самое, вообще-то. «Теневик» Чеса Хардерна — вовсе не кладезь воображения. Он схватил их обоих за горло, приподнял высоко на обеих весьма удлинённых руках. Парни не сильно, но всё-таки удивились. Почему-то считали, что с демоном накоротке лишь один Паук, а Паука они знали по Эр-Мангали и (напрасно, конечно) надеялись на снисхождение.

Правый из удивлённых парней удавился беззвучно. Левый пытался чем-то умаслить Честера. Громко мычал, правда не очень членораздельно, зато знаками ясно показывал, что отныне готов служить уже Честеру лично.

Но зачем это Честеру? Разумеется, незачем. А, чтоб сладить с алчущим демоном, если он уж кого-нибудь закогтил — это надо иметь очень твёрдую волю. Где же взять её, коли Господь от тебя отворачивается?

В общем, хрустнули позвонки и у второго привратника — и он тоже обмяк. Вот кровавых фонтанов «теневику» Честер сумел не позволить. Ибо не надо глумиться над трупами гуманоидов! Да к тому же людскими словами не передать, до чего от энергий убийства его тошнило…

По истреблении Паука и привратников Честер остался один на один с теневиком в опустевшем замке.

Тех же, которые провожали до самой спальни — Оливер с Джошем — лютой погибели временно избежали. Ведь Паук им сказал проводить О’Райли (то ли до катера, то ли подольше — Честер уже не помнил).

Кстати, подумалось, надо бы их догнать!

Точно! Ведь мерзкий Паук — он куда посылал О’Райли? На Ардарик. Определённо же на Ардарик. Он сказал: «Никакого „Антареса“ более быть не должно. И людей. Никого, кто находится там!». А О’Райли, позор космопола, на то отвечал: «Слушаюсь, шеф. Будет сделано, шеф».

Новые смерти? Его воротило, но очень надо. Перехватить, уничтожить, не дать никому долететь. Ладно, Честер, он, вроде, теперь человек пропащий, но Гонсалес, Альварес, Гаррис и Эстебан — эти люди пока не замазаны гадостной скверной. И они для чего-то нужны… Гаррис точно сказал, что нужны. Без особых подробностей, ведь голова-то раскалывалась.

Выйдя из замка паучьего, Честер начал спускаться по вырубленным ступеням. Крутизна впечатляла — подниматься ещё легко.

Громкий вороний грай послышался с одинокого дерева.

— Птица, заткнись! — повелел ей Честер.

Вот так сразу заткнётся!

Не успел и подумать, как к дереву протянулась конечность теневика. С возмущением птица в последний раз громко каркнула и затихла.

И её задушил. Даже нет — раздавил с металлическим хрустом. Из тушки вороны посыпались механические детали. Всё-таки птица была искусственной.