— Хорошо вам болтать! — истерически взвизгнул Фриц. Стало ясно, что дело уже серьёзно.

— Ладно, — Сантьяго, — не бойся — вытянем! Густав, хватай его за руку, я за другую!

Подскочили и ухватили. Помогло? Таки нет. Два человека не могли оттащить от портала увязшего Фрица. Ну, предположим, что Густав был чуть хиловат, но Сантьяго-то был в превосходной форме. Сила телепортации, неосторожно разбуженная мечтателем Фрицем, не отпускала свою добычу.

Мощный портал заглотил уже ноги Фрица, не собираясь на том останавливаться. Дальше — по пояс.

Сантьяго сказал:

— Нет, мы не сможем. Придётся тебя отпустить.

Фриц заорал:

— Чёртовы трусы, тащите меня отсюда!

С этим-то криком он и исчез в портале. Нет, чтобы попрощаться по-человечески.

10

Густав промолвил потерянно:

— Как же он там теперь?

— Не поверишь: не знаю!

— Вы говорили о планете Эр-Мангали…

Да, уж об этом-то можно сказать с полной определённостью:

— Если он там, то ему там плохо.

— А нельзя ли его как-то оттуда вытащить?

Очень хороший вопрос. Может быть, малость несвоевременный. Ибо тащили уже. Насколько могли, тащили.

— Я обещал, что искать его там не буду. Если сумеет вернуться назад — выпрыгнет сам из портала. А не сумеет — неужто сумеем мы?

— Вроде, всё так, — Густав замялся. — Но что мы теперь расскажем его родным? Да и на факультете… как объяснить, куда дели товарища?

Да уж, проблема. Объяснения на факультете.

— Значит, составишь объяснительную записку.

— Это понятно, но всё же… — Густав и сам был в недоумении, что же он хочет сказать. — Нет, ну понятно, что надо вернуться. Не пропадать же без вести… С Бьёрном, опять же, неплохо бы посоветоваться…

Что ж, пусть советуется. Сантьяго-то что с того?

С кем бы теперь посоветоваться Сантьяго? Вот, обнаружен портал с Эр-Мангали и обратно. Через него проникают в Юрбург хвандехвары и шпанки, но при этом войти в него легче, чем выйти назад. И ещё: и надеяться нечего, что находка портала теперь сохранится в тайне. Густав прямо сейчас озабочен, как всё рассказать. И расскажет, а дальше сюда прибудет полиция. И Сантьяго с тех пор сюда больше не подойти.

Нет, подойдёт и тогда. Но лишь с чёткой, осознанной целью, каковой оправдается риск. Эта цель… Как бы её осознать заранее? До того, как проблемы вокруг портала усугубит полиция.

— Подождём ещё, — предложил Сантьяго. — Может быть, твой приятель для начала решил прогуляться по той планете, чтобы только потом собираться назад. Что не разумно, но на него похоже.

— Да, Фриц такой, — подитвердил его мнение Густав. — Подождём, в самом деле. — Парню очень уж не хотелось отчитываться за потерю товарища.

Этак Сантьяго выиграл пару часов. Как их использовать? Надо бы на размышления. Хоть высока вероятность того, что додуматься ни до чего не удастся.

Но попробуем. Каю Сантьяго, наверное, нужен в Юрбурге. Но для чего? Чтобы, как только возникнет надобность, сопровождать его на Эр-Мангали.

Да? Не поможет ли встрече на Эр-Мангали этот самый портал?

Хех, нельзя исключить, но ведь вряд ли, вряд ли. Этот портал — до конца непонятно, куда ведёт. С его помощью легче не встретиться, а разминуться. Каю о чуде в пещере без конспирации не сообщишь, это займёт заведомо прорву времени.

Правда, Юрбург не Эр-Мангали, здесь работают разные виды мобильной связи. Но, опять же: любому известно, все каналы тотально прослушиваются и просматриваются — Кай потому и не стал прнименять никакой телекоммуникации — кроме связи с агентом Лоренцером через костюм.

Вот, подумал. Хватило минут двадцати, и идеи уже иссякли.

Коли так, надо просто оставить пещеру в покое. Выйти отсюда и попросту ждать новых вводных.

Так он думал.

А вот ситуация не оставалась прежней. Фриц не вернулся, Сантьяго и Густав оставались всё там же, вблизи портала. Но снаружи пещеры… Снаружи её назревали уже неприятности.

О последних ему возвестили мегафоны силовиков:

— Пещера окружена объединёнными силами полиции Юрбурга и военного космофлота Галактического Альянса! Всем, кто находится в ней, предлагаем сдаться!!!

или У Бога, у космоса, у себя, у рояля, у ясеня:

исполняет Кай Гильденстерн. Adagio moderato

1

Те четыре немаленьких ящика, что захламили гостиничный номер Трентона, в своё время уже побывали на Эр-Мангали. Были привезены после падения «Карантина» — и, между прочим, специально для Лоренцера. Правда, командировка Клапациуса-18 вышла совсем недолгой. Лоренцер вывез машину к себе на Камаргу, где и оставил её под присмотром Трентона. Под взаимным присмотром, сказал бы точнее Кай. Ибо Клапациус - это система не только лишь прогностическая, но и следящая, в том числе и за каждым, кто с нею работает.

Здесь, на Камарге, тема присмотра возникает всё вновь и вновь, а вот осматривать на планете практически нечего. Неинтересная, однотипная архитектура, предназначенная словно бы лишь для того, чтобы прятать агентов спецслужб Альянса в этой безликости.

Кай совершил по Камарге не более трёх пеших прогулок. Это к старому центру города, к новому центру города, к музею планетоведения. Старый центр от нового центра не отличался почти ничем, а музей подтвердил однотипность пейзажей и безликость застройки любых городов планеты.

А ещё на прогулках чуть ли не каждый встречный за Каем следил. Паранойя? Да если бы! Слишком навязчивое внимание со стороны незнакомых прохожих не оставляло пространства для бреда преследования.

Делать им нечего, как постоянно за ним присматривать? Но зачем же в таких количествах?

Кай догадался, зачем. Если разведка Альянса неоднородна, то различные подразделения просто вынуждены дублировать работу друг друга. Кто-то присматривает за Каем от имени Лоренцера. Что и логично, ведь здесь его «вотчина». Но ведь нельзя не присмотреть за Каем и агентам, направленным Фенбонгом, Саллименом и Гуггенбюллем — и другими, чьих менее звучных имён Кай не узнал или не запомнил.

Кай поневоле целыми днями сидел в той же самой гостинице «У Орландо», где никакие шпионы не докучали своей настырностью. Ну а чем ему было заняться в гостинице при космопорте — с видом на взлётное поле, откуда никто не взлетает?

Да, наносить визиты счастливцу Трентону.

Хех, разумеется, вовсе не Кай его осчастливил своими визитами. Но, с другой стороны, также не скажешь, будто визиты его Трентону были в тягость. Где-то там, в глубине души хромоногого инженера сохранялась идея о том, что безудержной радостью, обретаемой в присутствии умной машины, также важно делиться с другими людьми, а не то одичаешь.

2

Трентон счастлив, исполнен возвышенных чувств относительно собственной значимости. Старые-старые-старые предсказания Гарриса обернулись теперь машинными постсказаниями — пусть запоздалыми, но зато статистически выверенными, методологически точными. Это вот всё:

«…и мёртвецов победит, и щели в их царство закроет, и звезду их электрическую погасит, и будет неуязвим там, где другие полягут…

И прозреет надежды адских людей в Бабилоне адском.

И прозреет слабость адских людей в Джерихоне адском.

И прозреет страсти адских людей во Содоме адском.

И прозреет веру адских людей во Зеоне адском.

Будет мрачную тайну — печаль мертвецов обнаруживать»…

Всё это так «по-научному» перетолковалось, что никто из технических гениев человечества даже при полном желании не придерётся.

«К обстоятельствам так называемой героически-ориентированной активности принадлежит интеллектуальное проникновение в суть проблемы зомбификации (99,5%), конкретно-практическое воздействие на механизмы, лежащие под поверхностным слоем планетарной коры (98.3%), а заодно на стационарной орбите планеты (97,4%). Важным аспектом свершений сего субъекта будет отсутствие индикаторных меток, отображаемых на терминалах охранных систем при мониторинге входа в пространство конфликтных действий (99,9%).