— Вы-то откуда?..

— Мы знаем. Мы сами там были. Нас же поймали, очень хотели съесть. Многих поели, но мы вот втроём убежали. Но не туда побежали, совсем не туда, где Содом. И оказалось, не можем уже вернуться…

— А не пытались ли вы, — осведомился Кай Гильденстерн, — им рассказать, что вы люди, а не животные?

— Мы говорили, но это зверьё не желало слушать.

— «Врёшь, — говорят, — ты животное, не человек. А если словом владеешь, так то ничего не значит. Вон, попугаи есть — тоже такие умные».

Ловко те люди перерожденцев-то срезали! Так им и надо, сидоподобным тварям. Ибо сидяне — те же животные, правда. Значит, и перерожденцы почти животные. И не такие уж и каннибалы их поедают. Сам я не стал бы, но и запрещать не след. Может быть, люди проголодались в засаде. Может, им нечего было себе сварить. Видят — сидянин, а он — человеческим голосом! Что, отпустить его? Нет уж, пускай накормит!

Я не сказал это вслух. Понимал, что никто не оценит смелость. Шельмовать каннибалов — это у нас в крови. А Гильденстерну-вегану они будто красная тряпка.

— Кажется, — он произнёс, — я начинаю догадываться, где они выросли, эти наследники логова злого Проглота. Знаю луну одной из планет возле Юрбурга. Там вот таких мародёров хоть пруд пруди…

Много он знает, начальничек экспедиции. С кем он знакомство водил, что о всяческой дряни так много знает?

или Трансгуманизм окаянный, будь он неладен

1

Сырое либретто

(сырые данные от Клапациуса-18, Томас Трентон совсем обленился)

Маршрут экспедиции с необходимостью упирался в туннель, контролируемый мародёрами, каковой с 90%-ным успехом преодолевался на пути в Свободный Содом.

В данном посёлке Гильденстерну предстояло осуществить наблюдение и анализ с углублённой рефлексией над текущим этапом поселковой истории, связанном с доминированием перерожденцев (92,1%). Также ему предстояло попробовать разыскать в Свободном Содоме сидянина Фа-Иф-Ляяна (83,5%) и добиться его объяснений последних событий и трансформаций (41,7%). На основе полученных данных К.Гильденстерну должно было прояснить, остаётся ли ныне Свободный Содом прежним терранским посёлком (хоть и с отдельными культурно-демографическими патологиями) — 30%, либо являет собой зону «малого мира», одержимого демонической патологией в общеглобальном контексте эсхатологии Эр-Мангали — 70%.

2

Первый голос в истолковательной полифонии

(бас преспокойный от Фредерика Мак-Кру)

Четверо мародёров? Подумаешь, сила! Но для изнеженных перерожденцев Содома и один мародёр оказался бы сущим бедствием. Эти бывшие люди стали такими слабыми!

Случай с несчастным их вездеходом, атакованным сразу на выезде из туннеля, как по мне, был не в меру губителен для пассажиров, а пленение ужаснуло с большим перехлёстом доктора Хойла и двоих его спутников, доведя их почти что до полусмерти — вплоть до столь необычного в перерожденской культуре нежелания меж собою совокупляться.

(Так-то они — Гильденстерн мне рассказывал — не расплетаются даже для сна и приёма пищи; Барбер тоже на нечто подобное намекал).

Им повезло повстречать экспедицию. Факт, повезло. Потому что для нас никакая была не преграда четверо тех отморозков.

Эти типы считали — они как Проглот? Просчитались.

— Будем сносить их, — решил Гильденстерн без раздумий. Он глядел на ствол дерева, будто случайно уроненный на дорогу аккурат перед зевом пещеры Проглота. Ясно, сносить. Если и тут не пройдёшь…

Я поддержал:

— Всю засаду одним ударом.

— Быстро сработаем, — пообещал брат Джек.

Без напряжения. Ну потому что ведь плёвый совсем вопрос. Нас было больше, чем типов в засаде. И, в отличии от вырожденцев-перерожденцев, мы-то были решительны, вооружены и умелы.

И к тому же нам было надо самим пройти. То есть, имелась и личная вовлечённость, не один альтруизм.

Долго не думали — взяли бандитов на внезапность и скорость. Ну и послали вперёд человека-приманку.

Первым шёл Дик с обледенелой своей катаной. Выглядел так, как обычно — нездоровым, простуженным. Добрый был шанс, что поэтому и нападут, не сочтя его сильным противником.

Так и случилось — напали вдвоём из-за дерева. Мордовороты, здоровяки. Кстати, одетые в форму, почти что как у Альянса, но с другими нашивками. Надо же — не Альянс…

Первого Дик зарубил охлаждённой катаной. Чисто, одним лишь ударом, как я и пообещал.

А вот второго прикончил Джек. Дистанционно — телекинезом.

Стало быть, двое остались (всего-то их было четверо!).

Мы — к пещере Проглота, где эти жлобы обитали. Только лишь в этот момент они стали по нам палить. Оперативно закрывшись силовыми щитами, мы подступали всё ближе. Я пару раз даже стрельнул из плазмогана.

Но и только-то. Дик применил телекинез по тому негодяю, что показался в проёме пещеры.

Оставался последний. Мы его не особенно видели, но, закрывшись щитами, определяли, откуда бьёт.

Брандт его первый приметил и укокошил длиннейшей очередью.

Собственно, всё. Только было и дела.

Лёгкой победе мы почти все порадовались. И лишь Макконнелл один засомневался по обыкновению:

— Точно ли нам было так уж критично спасать этих недолюдей? — Оглядел он перерожденцев с демонстративным презрением.

— Перелюдей! — Гильденстерн его тут же поправил. — Ведь они, как-никак, миновали людскую стадию. Не «не дошли».

Да, можно вволю поумничать, когда всё позади. Главное, что не в самом же процессе боя.

Мы осмотрели тела разбойников — из того интереса, если вдруг надо кого добить. Не понадобилось — отработали мы идеально. Кстати, всмотревшись в того, кого Дик рубанул катаной, я обнаружил: какой-то он заледенелый. Будто частица мороза из-под Джерихона поселилась теперь у поваленного ствола.

Хэмфри тоже заметил:

— Ничего себе! Отчего здесь весь этот иней?

Я бы сказал, что от Дика с его катаной, но подумал: к чему обострять? И без того же понятно, что с Диком не всё так ладно. Так ведь было неладно и прежде той встречи с ледовиком. Этот их непонятный телекинез — с Джеком на пару — тоже не мог же не насторожить… Но ведь это, ну правда, не повод ещё, чтоб всем этим не пользоваться. Ведь зеонские братцы по-прежнему самые сильные среди нас.

Так я думал, а сам продолжал изучать обстановку. Ну, на месте разбоя, чинимого четырьмя. Невдалеке от пещеры нашёл ещё свежую яму. В ней лежало с десяток трупов на самых разных стадиях разложения.

— Ну, хотя бы не каннибалы! — заглянул туда вместе со мной любопытный Хэмфри.

— Не каннибалы? Так почему все тела исключительно человеческие? Ни одного долговязого в этой яме…

— Может, и не было их, — предположил Хэмфри Флойд.

Тут доктор Хойл на него аж обиделся. Волком взглянул:

— Как же нас не было? Нас было семеро в вездеходе! Там, в глубине, — Хойл кивнул на пещеру, — нас варили и ели по одному. Мы втроём лишь сбежали, а четверо наших товарищей… — Голос его задушили его же рыдания.

И подтвердилось. При осмотре глубин пещеры мы обнаружили: во-первых, огромный чан; во-вторых, стол с разделочными ножами; в-третьих, целую груду всяких костей — проваренных и обглоданных. И в основном, разумеется, сидских — не считая какого-нибудь затесавшегося ксенолося да парочки толстобрюхов. Было там больше, чем с четырёх костяков, очевидно больше. Будто на сидской диете сидели все эти четверо. Или там не на сидской — на перерожденческой.

— Зря их убили. Полезные были люди, — сказал Макконнелл. Хоть и ёжился сам от вида всех этих костей. Для того говорил, чтобы после, в докладе комиссии, подтверждать свою ненависть к Сиду и любовь к Альянсу. Знаем таких хитрецов — уж не раз проходили.