— Ладно. Предательство — дело житейское. Сбудется — переживём. Только бы нам на «Маджестике» не заблудиться в главном.

или Один ум хорошо, а авторитет надёжнее

1

Гаррису-то было известно, куда лететь. Но понимал: поосторожнее бы с информированием, чтоб не создать искусственных ситуаций, выглядящих наподобие настоящих, но не совпавших с предсказанными, маскирующих несовпадение.

Так вот и с численностью команды. Что сложилось бы нового, если б отвергли Дельгадо лишь потому, что команда уже собралась и дополнительные участники в предсказание не укладываются? Может, Сизиф и пытался бы так смухлевать, но не Экклезиаст. Он понимает, что эсхатология так не работает. Он прозревает за мелочами истину.

А в мелочах… Пусть Сизиф соревнуется в них с Клапациусом!

2

Кстати, о численности.

Гаррис был должен признать… В общем-то, недостаточно двенадцати человек на такой огромный дредноут. Если хоть всем по нему разбрестись — всё равно, как необитаемый. Чтобы толково использовать это пространство, надо его ограничить и прочертить по нему основные, понятные всем маршруты.

Первым особую трудность, связанную с величиной дредноута, осознал Гильденстерн — на середине пути от входного люка до рубки:

— Слишком здесь много разноуровневых коридоров. Всё это так затруднительно сделать нашим.

Да, в ту пору дорогу до рубки представлял лишь один Эстебан. Даже Альварес (казалось бы, космогатор!) пребывал в замешательстве лишь от того, что никогда не бывал на звездолётах такого типа и поколения.

Здесь ведь не крейсер «Антарес», а целый линейный корабль — штука, сложнее порядка на три-четыре. И не имперский, а принадлежащий Альянсу и в своё время хорошо засекреченный. Хорошо, Эстебан умудрился когда-то на таком побывать — приглашали его по программе сотрудничества.

После, когда уж добрались до рубки, в каковую впустил их подкапитан Дельгадо, Гаррис, как мудрый связист, очень старательно просканировал все помещения, чтоб убедиться, что в них не припрятана никакая засада. Жаль, что на Юрбурге при задержании у него отобрали коммуникатор, а при побеге вернуть его случая не было. Действовал он через систему связи «Маджестика» — и обнаружил она «не для средних умов», а вернее сказать, предназначена не для единственного связиста, а для синхронной работы большого подразделения.

Корабельные линии голосвязи были настолько разветвлены, что казалось немыслимым все их проконтролировать в параллельном режиме, а последовательный просмотр отнял времени чуть ли не больше, чем подготовка линкора к старту — а ведь и так называемый «быстрый старт» на дредноуте, как обнаружил весьма озадаченный Эстебан, был сопряжён с преодолением целой кучи запретов системы и череды аварийных сигналов на главном пульте.

На таком звездолёте очень легко потеряться. И не только в системах управления или связи, но и в пространстве физическом.

Именно Гаррис не дал Эстебану всех непричастных спровадить из рубки на время старта.

— Погодите! — потребовал он, прикрываясь провидческим авторитетом, хоть опирался не на видения, а на сизифовский здравый смысл. — Стоит сейчас разбрестись в лабиринте чужих коридоров — тут уж блуждать будем долго, не менее суток!..

— Я ж тут давно, я ж ориентируюсь! — протестовал Дельгадо. — Я и другим покажу, как им куда пройти.

Гаррис, однако, явил непреклонность, чем не обрадовал ни Эстебана с Дельгадо, ни всех других. Ну, потому что Бенито и Кай собирались уже навестить сверхсекретные документы в адмиральской каюте, а Сантьяго и Честер — осмотреть арсенал, доктор Гонсалес давно порывался выйти, чтобы искать неизвестно где спрятанный медотсек, да и Трентон направился было посмотреть что-нибудь интересное по своей инженерной части.

Для непонятливых пришлось пояснить:

— Этот корабль нам не оставит свободного времени. Слишком велик, и нас на нём слишком мало.

— Нет ли возможности как-то его уменьшить, — пошутил Бенито Родригес.

— Этим-то я и займусь, — пообещал ему Гаррис.

3

Он и правда уменьшил огромный «Маджестик», как только мог. Ну, не физически сжал всё избыточное пространство, но основательно упростил функционально. Сразу же после сканирования (и старта) стал отключать и блокировать лишние сектора и отсеки.

В том, что тут лишнее, а где ключевые позиции, разобраться ему помогал перебежчик Дельгадо — по понятным причинам, на здешнем дредноуте ориентировавшийся лучше всех. Если б не он, то пришлось бы тогда отрывать, а верней, ожидать компетентного Эстебана, ведь уж его-то, единственного пилота, не оторвёшь от рулей и панелей индикации хода полёта — ни в один из важнейших периодов — то есть в предстартовый, в собственно стартовый, да и в постстартовый тоже.

В самом начале веры подкапитану Дельгадо было немного, ведь его переход на другую сторону выглядел недостаточно мотивированным. Но его уверение, что на «Маджестике» было лишь четверо офицеров, подтвердило сканирование помещений. Ну а в процесс оптимизации звездолётных пространств парень включился активно, инициативно. То есть, не стал саботажничать, а реально помог. Очень хотел заработать очки в своей новой команде. На любые вопросы Гарриса отвечал очень точно и по существу, даже сам предложил оптимальный проект, как расставить людей по линкору.

Этот проект был предельно логичен, опирался на специальные знания орудийца Дельгадо и восполнял актуальный дефицит компетентности собранной Каем команды в тактике боя с применением корабельных орудий.

(Помнится, крейсер «Антарес» был как-то раз из-за сходной проблемы абсолютно лишён возможности внятно отстреливаться! Ведь Рамирес, единственный выживший его бортовой стрелок, и в тот раз не был принят в команду, да и теперь так и остался на Эр-Мангали, в Свободном Содоме).

Так что теперь подкапитан Дельгадо словно бы доброй судьбой был им послан на восполнение. И, что не менее важно, на усиление прочих людей в команде. То, что ответил он Гаррису, меньше всего напоминало усыпление бдительности. Наоборот, задирало повыше планку:

— Самое главное, — сообщил перебежчик с большой убеждённостью, — всех, кого можно, определить к основным орудиям.

— Сколько там нужно людей? — насторожился было Родригес. Видно, вопрос о количестве был для него проверочным.

— Шесть человек — минимальная смена, — сказал Дельгадо.

— А оптимальная?

— Ну, как обычно, пятьсот.

Да уж, помыслилось Гаррису, им-то уж точно не светит обеспечить оптимальную численность. И минимальную тоже, ведь всех за орудия не посадишь. Но хоть бы какую-то — надо…

А что надо, в том Гаррис уверен. Ибо «Маджестику» точно придётся отстреливаться. Что до сих пор не пришлось — так им попросту повезло. Старт прошёл гладко — космодром не ударил из всех орудий, да и близ Юрбурга их перехватывать и догонять оказалось некому. Ни на Камарге, ни на всех лунах Парадиза и Плюмбума не нашлось подходящего корабля, а уж на Юрбурге был лишь один даже из неподходящих — колониальный транспортник «Бетельгейзе», корабль-памятник.

Но впереди — ожидаются всё же битвы. И новейшей команде линкора предстоит в них себя показать, как сыгравшемуся оркестру. Или не показать — и такое возможно тоже.

— Но ведь смена, приставленная к орудиям, очевидно, должна и владеть ими в совершенстве. Мало выбрать каких-нибудь шесть человек и усадить за ракетные установки и гравипушки.

— Я обучу их, — пообещал Дельгадо.

В старое время одной этой фразы бы было довольно, чтоб обеспечить любому из бортовых стрелков высшую меру на Трибунале военного флота Галактического Альянса.

Впрочем, Дельгадо и так заработал не менее трёх высших мер.