Вот он о чём, понял Кай: хочет уверить его, что Корона Сида бессильна, да ещё претендует на то, что его пребывание на планете естественно, значит, естественны и эффекты перерождающего воздействия на людей. Но, разумеется, это-то и неправда…

«Можно подумать, естественно пребывание здесь колонистов! — крикнул, теряя терпение, Ляяноборец. — Может, уместнее их удалять отсюда, а не меня, демонического старожила»… — В этих словах Кай услышал уже нотку страха. То есть, боится Короны эр-мангалийский демон. Очень боится сей демон аутентичный и автохтонный. И апелляция к справедливости — тоже примета страха.

«Да, — молвил Кай, — ты и правда местный; тебя вызвал сюда не договор с венценосцем Раденом. Да, у тебя нет другого мира, кроме Эр-Мангали. Ты здесь издавна жил, угнетаемый Асмодеем. Но ведь это не значит, что властью Короны Сида я тебя не смогу удалить отсюда в первый попавшийся дальний мирок, допускающий телепортацию».

И удалил его. Быстро, гораздо быстрей разговора. В три шага. Лишь отворил наугад мобильный портал в неизвестный мир, да надвинулся этим порталом на Фа-Иф-Ляяна, да закрыл его снова.

После, войдя всей командой в Свободный Содом, вдруг обнаружили: этот Содом свободен от жителей.

Встретили их лишь долговязые трупы перерожденцев. Может быть, жизнью своей эти тела до сих пор были обязаны демону Фа-Иф-Ляяну.

или Всепланетная гигиена — процесс не бесконечный

Песнь героическая, поныне бытующая на Малом Ардарике,

возводимая к местному провидческому первоисточнику

(исполняется самыми разными голосами)

1

…Тем же, кто хочет подробностей, расскажу о подробностях.

И зашёл Гильденстерн, и друзья его тоже зашли — то есть, Бенито, Сантьяго и Честер — в бывший колониальный посёлок, именно в тот, что звался Свободный Содом. И, когда заходили, то размышляли сперва о том, что им придётся делать с перерожденцами.

«Так и оставить — как-то слегка несолидно, — считал Сантьяго.

Честер его поддержал: «Ибо все эти бывшие люди — суть, во-первых, последствие демонического влияния, во-вторых, предпосылка для новых перерождений».

«Но и убить их, — отметил Бенито, — вроде бы не за что. Не палачи мы для них. Это не наш подход».

«Надо бы в ссылку отправить, — Кай обнаружил выход. — В ссылку куда-нибудь с Эр-Мангали. Смешно?».

«Нет, почти не смешно, — оценил Бенито Родригес, — но по опыту знаю: ссылка вряд ли когда помогала решить проблему. Нас вот тоже сослали на Эр-Мангали власти Альянса. Думали власти списать нас уже со счетов».

«Ладно, — сказал Гильденстерн, — я признаю половинчатость этой меры. Было бы, в общем, вернее перевоспитывать перерожденцев и создавать предпосылки, чтоб стали они людьми. Но воспитание, как нам известно, требует времени. Есть у нас время? Я полагаю, не столько. Так что сейчас ограничусь их отправкой в какой-нибудь мир. К Фа-Иф-Ляяну, или куда подальше».

Так они думали, так они рассуждали, но при заходе в посёлок нашли только трупы перерожденцев, и ни в каком из них больше не теплилась жизнь. Трупы лежали на площади и на улицах. Мирно лежали, без драматических поз. Будто бы шли, упали да тихо умерли. Те, что в домах, даже не падали, а сидели.

«Понял! — вскричал Гильденстерн. — Они были уже мертвы. Только демон их жизнь поддерживал! А как только Фа-Иф-Ляян был исторгнут с Эр-Мангали, тут-то их ложная жизнь и прекратилась».

«Ложная, факт, — проговорил Сантьяго, — но лишились её они всё-таки несколько раньше. Все эти трупы очень уже несвежие. Так воссмердеть за полчасика невозможно».

«Нет, и такое бывает, — сказал Гильденстерн. — Вспомним хотя бы традицию зомбификации. Давние трупы, лишившись подпитки, разлагаются с ускорением». — Очень хотелось, чтобы всё было понятно (если понятно, так можно уже уходить).

Так и ушли бы, но только Бенито спросил: «Что, не прочешем посёлок?». — Пришлось прочёсывать. В поисках, ну, не осталось ли где живого.

И нашли. Между прочим, не перерожденца. Встретился им их хороший знакомый Рамирес. Он бродил по дворцу Мэри Бастинды Сью и искал в нём её саму — между множества тел — разлагающихся, сидоморфных. Он бродил и скорбел, но ни в ком не сумел узнать.

От Рамиреса — в нём оставалось немного разума — все и узнали, что перерожденцы сгинули не сейчас, а лежали вот так же с недельку назад, когда он подошёл к Содому.

С тех-то пор он и ищет возлюбленную — и надеется, что не найдёт. Ибо так, не найдя, может верить, что Мэри Бастинда выжила.

Странное чувство любовь. Странное место Содом. Встреча того и другого приводит людей к нелепостям.

2

Уходя из Содома, за спиной наблюдали зарево. Это Рамирес взялся-таки за ум. Начал сжигать сидоморфные трупы — те, что, как видел он, не похожи на Мэри Сью. Как сожжёт их — и воздух в посёлке очистит, и, быть может, от поисков освободится — ведь ходил же, смотрел по второму десятку раз, а как трупов не станет, придёт, наконец, к катарсису.

Хорошо, что герою нельзя так прилипнуть к прошлому. Отрешившись от всех посторонних мыслей, он спешил уже к месту, где должен был встретить шестого демона — демона воздуха, вознесённого ввысь над бездной.

3

С демоном воздуха Кай Гильденстерн быстро достиг взаимного понимания. Стоило только взойти на скалу над воздушной бездной, как летучий воздушник сгустился пред ним в антропоморфную тучу. И по-сидски сказал: «Ты, я так понял, желаешь теперь аннулировать договор?». «Да, — Кай ответил, — желаю». — «Я, в общем-то, так и думал. Договор этот глупый тебе ничего не даёт. Он защищает одного только демона на период экспансии в Эр-Мангали».

Кай удивился: с чего бы сия откровенность. Впрочем, и ранее он замечал, что договоры меж Рабеном и стихийниками так составлены, что запрещают Короне Сида прогонять демонические отродья, а каких-либо преимуществ не добавляют.

«Аннулировать?» — «Да». — «Никаких проблем». — Демон извлёк из тучной своей фигуры документ на каком-то эфемерном носителе, дунул туда что есть силы холодным ветром; документ разлетелся клочками мельчайшими; Кай не успел ничего рассмотреть, что там было написано — как и доселе ни разу не успевал. Некогда вчитываться, когда надо скорее рвать, чтобы Корона могла закрывать порталы.

Он и сейчас повелел бы Короне сразу свернуть телепортер в стихийно-воздущный мир, но демон воздуха оказался быстрее. Мощным ударом ураганного ветра сдул он героя, стоявшего смело над бездной — и повлёк его вниз, за собой, шквалистым завихрением подчинённых ему мощных воздушных масс.

Кай подумал в полёте: неужели конец? Но, на счастье его, он не встретил немедленно дна, очутившись в воздушной бездне. Только полёт, только ветра свист. Только испуг ожидаемого удара. И громыхающий хохот от демонической облачно-тучной фигуры: «Что, венценосец, забыл о гарантиях безопасности?!» — Кай и правда об этих гарантиях демона Рабену… Ну, не сказать, чтобы точно «забыл», но не знал никогда и ни разу о них не подумал.

Хорошо, что хоть времени в долгом полёте оказалось достаточно. Гильденстерн сориентировался: «Где я сейчас? Вероятно, в воздушном мире». Обретя же ориентиры, смог оттолкнуться от них, чтобы наметить спасительный план. Быстро раскрыл под собою портал, уводящий из мира воздушного в мир посторонний, где хоть воздух и был, но не только один лишь воздух, и, что главное, не было никакого падения: встал он на твёрдую почву, дающую время поразмыслить о главном.

Хорошо, думал Кай, что к воздушнику он не привёл с собой вместе товарищей по команде. Сам-то он спасся благодаря Короне, а спасти хоть кого-то другого, несомого вихрями меж облаков — и для Короны задача почти безнадёжная. Кай здесь один. Значит, и план его будет не таким уж и сложным. Надо, во-первых, вернуться в воздушный мирок, но не в самую глубь его, откуда на силу спасся, а в начало, к порталу, раскрытому там, на Эр-Мангали. Сделать это возможно, перемещая свой новый портал (новосодзанный) относительно мира воздушного, благо, понятно, куда его надо двигать: всё же падение Кая имело вектор… Далее, уж во-вторых, порталы придётся вывернуть. То есть, ему надо будет свой последний портал пронести в мир планеты Эр-Мангали сквозь широченный портал мира воздушного. В-третьих, закрыть, наконец, воздушный портал. Ну и последний, в-четвёртых, закрыть за ненадобностью.