- Не-не-не, дружочек. Сначала хочешь меня в крысу прикончить, а потом молчишь? Так не пойдёт.

- Если так желаешь, то пожалуйста. Я всё равно отныне пленник ещё неизвестно, на сколько сотен или даже тысяч лет, так почему бы и не поговорить?

У меня засосало под ложечкой от предчувствия раскрытия нехорошей тайны.

- Всё началось с того, что однажды один глупец решил, будто прижизненной славы ему недостаточно, а потому нужно совершить нечто уникальное, чтобы остаться в памяти людей навсегда, обретя своего рода бессмертие. И сама реальность пошла мне навстречу: когда-то я совсем как и ты был избран Защитником Планеты. Какое-то племя, не вспомню сейчас даже, как они себя называли, решили осквернить поток жизни, отчего получили смертный приговор по её воле. Я же его исполнил. А затем получил заслуженную награду – стал воистину легендой при жизни. Ты ведь уже знаешь, как именно появились те существа, которых называют Призывами? Так вот, я прошёл похожий путь. Только при этом я изначально был человеком. А потом… я просто устал за всё это время. Просто устал… быть.

- Бля-я-я-я-я… то есть… не говори, что…

- Да, всё так. Я пытался убить тебя, чтобы у Сефирота удалось задуманное им, и он таким образом освободил меня от бремени существования.

- Ё-моё… а как быть со всей этой чушью про честь и прочее?

- Для тебя чушь, а для меня это когда-то был смысл жизни.

- Так вот что ты тогда понял? Что если убьёшь меня, то сможешь сняться с дежурства? Оригинально, ничего не скажешь. А чего так плохо пытался тогда? Материи выдавал, учил и прочее?

- Я не более чем раб Планеты, и не могу противостоять её воле. Но в состоянии найти крохотную лазейку.

- М-да… Зря ты, конечно, мне это рассказал. Непредусмотрительно с твоей стороны.

- Ты не сможешь сделать нечто такое, что накажет меня больше бессмертной жизни, полной бессмысленного существования.

- Пока что. Но я могу подумать. И обязательно это сделаю. А ты жестоко потом пожалеешь о совершённой попытке, ибо такое не прощается.

- Мне плевать, человечек. Смотри только, чтобы внезапно сам не оказался на моём месте.

- О-о-о-о, не переживай, мне такого не надо – и своей жизни достаточно, бессмертие нафиг не сдалось. Так что давай, вываливай награду.

Голова Гильгамеша вместе с телом начали развеиваться, а бесконечная арена сменилась храмом и садом вокруг.

- Что за? – раздался одновременный разноголосый вопрос.

- О, не переживайте, я всего лишь поучаствовал в парочке смертельных боёв – ничего важного. Зато мы, наконец-то, закончили со всей этой призывательной мутью. Сейчас будут конфеты раздавать, распахивайте карманы пошире.

Мне на щеку легла тёплая ладошка, после чего порез болеть перестал.

- Опять ты… ладно, надеюсь, это было важно.

- Сейчас посмотрим, дорогая, сейчас посмотрим.

Перед нами появился Гильгамеш. Уже целый. И медленно встал на одно колено.

- Не буду говорить многого – ты этого недостоин. Просто возьми её и владей, ибо она теперь твоя по праву, – в его руке лежала ярко-красная Материя, переливающаяся малиновыми и золотыми пятнами.

- Ох, ё-моё… только не говори, что… – я замахал у лица ладонями.

- Мы, тринадцать столпов Планеты, вручаем власть тебе над нами, – за спиной Гильгамеша появились все двенадцать Призывов, а над ареной раздался мой счастливый визг. И да, я совсем не стеснялся.

- Знаете, народ, я когда Марлин купил первую в её жизни пластмассовую куклу, то она не так сильно радовалась, как он.

- АХА-ХА-ХА-ХА! И РАЗ! И ДВА! И ТРИ!

В кают-компании Хайвинда, направляющегося обратно в Вутай, собрались все члены команды и наблюдали, как их умный, смелый, прекрасный, но немного сумасшедший лидер заставлял отжиматься огромного металлического воина.

- Теперь вот, держи, – протягиваю Гильгамешу щётку, ведро и моющее средство, – все толчки на корабле твои. А когда возвратимся в поместье, то и там тоже.

Не сказав и слова, самурай отвернулся и потопал в сторону гальюна.

- Дорогой… мне столь много хочется сказать тебе, но сначала вопрос – не опасаешься ли ты того, что он из-за подобного отношения просто возьмёт и откажется выполнять твои приказы?

- Не опасаюсь, потому что точно знаю: если бы он был в состоянии, то уже бы давно сделал это. Но не может – Планета не даёт. Да и что касается отношения… ублюдок заслужил куда как большего, но я, добрая душа, останавливаюсь всего лишь на такой мелочи.

- И чем же?

- Всего-то хотел прикончить меня, чтобы Сефирот исполнил свой план и тем самым убил и его, окончив долгое и бессмысленное существование.

- Грм, там ещё трюм после Чадли так и не убрали.

- Я знал, что ты меня поймёшь, мой чёрный брат. Была ещё идея вилку ему вместо щётки и прочего дать, но, как уже сказал – я добрая душа.

- Спаси нас от участи познать то, что ты считаешь злом, – Рэд плюхнулся на живот и прикрыл лапами морду.

Только махаю на них рукой. За попытку меня прикончить отправить несостоявшегося убийцу всего лишь убирать туалеты – это воистину снисхождение. Хотя единственная причина, по которой Гильгамеш ещё жив – его невозможно убить, как и любого другого из Призывов. Так что остаётся лишь гадить по мелочи.

У нас было ещё три дня, которые следовало потратить на ремонт моего экзоскелета – он был сильно повреждён в бою с чугунным болваном, а также проверить систему управления, которую должен был изготовить в Окигаве Чадли. Количество войск, которое я нахапал по всей Планете, поставило нас перед очевидной проблемой: кто и как будет этим всем командовать? Перед ответом следовало определиться, а зачем армия вообще нужна? Для того, чтобы работать живой мишенью для Оружия. Но знать об этом армейцам определённо не следовало, так мне не нужно, чтобы они разбежались ещё до посадки на корабли.

Всем важным шишкам я поведал сказку про имевшуюся у Сефирота собственную армию. И это даже было практически правдой, только солдаты в ней необычные. Метров по шестьдесят-восемьдесят в высоту и способные линкор за секунду на дно пустить, да. Так что готовились вутайские вояки к обычной такой военной операции, а мне их подготовка не то чтобы была нужна. А вот возможность отправить толпу народа умирать именно туда, куда надо – уже была критически важна. Поэтому-то я и озадачил Чадли создать некое подобие АСУ – автоматизированной системы управления, все рычажки которой будут находиться на Хайвинде.

Андроид на это покивал и ответил, что особых проблем не будет, ведь нам не нужна была мгновенная реакция на поступившую команду, а потому можно будет обойтись имеющимся уровнем технологий и не придумывать при этом ничего принципиально нового. По большому счёту система будет состоять из множества компьютеров, установленных на каждом из кораблей и собирающих информацию о состоянии судна, впоследствии предающих её на борт Хайвинда, а также выданной каждому капитану по модернизированной рации, передающей не голосовые, а текстовые распоряжения, созданные командной вычислительной сетью на основе анализа поступивших от нас приказов.

Всё в итоге должно было для меня превратиться в некое подобие симулятора морского боя, где нужно будет отдавать команды своим силам на основе поступающей с кораблей данных. Игрушка, которая будет управлять тысячами жизней.

В Окигаве мы задержались на два следующих дня, принимая на борт Хайвинда блоки аппаратуры и ремонтируя броню. Перед отлётом в порт Рокет-Тауна мы заглянули в столицу, где я заимел один короткий разговор с Широ.

- Можешь пожелать мне удачи – все дела, наконец-то, закончены, а потому уже завтра мы выйдем в море по направлению к Северному континенту, – я уселся в гостевое кресло и закинул ноги на стол. Ничего не могу с собой поделать, уж слишком нравится доводить важных шишек до белого каления.

- Тогда лишь пожелаю вам успехов, – но Широ такой мелочью было не пронять.

- Я чего зашёл-то? Ни секунды не сомневаюсь, что ты только спишь и видишь, как бы так посподручнее спустить с меня шкуру. И учитывая, что мы оставляем в твоих лапах несколько весьма важных нам людей, то тебе может закрасться в голову крайне опасная, в первую очередь для тебя самого, мыслишка – поиграть в захват заложников или что-нибудь подобное. Погоди, я договорю, – взмахом руки прерываю собравшегося открыть рот Широ, – так вот. Мы сейчас уйдём, и ждёт нас всех, вообще всех, только два варианта – поражение, после чего ничто уже не будет иметь значения. И победа, после которой с триумфом прилетаем назад. Излишне говорить, что случится, если мы по возвращении узнаем как кто-то решил сыграть в игру с захватом заложников. Сечёшь, к чему я веду?