Ну и верно: прибились новые люди. В основном, конечно, шестёрки. Из фигур покруче - Паука покинул мутный Эрнандес, объявил:

- Я теперь с тобой.

Оказалось, поверил в пророчество, с коим подсуетился Гаррис. Получалось по сказанному им, что Эрнандес получит посёлок. Нет, не сразу, а лишь тогда, когда Флорес вырастет выше всех на планете. Да, пока что не вырос, Эрнандес-то в курсе, но, говорит, определиться решил заранее. Посёлков на Эр-Мангали не так уж и много, на поздних его друзей их навряд ли хватит. Ну а ранние ласточки будут в приоритете.

Флорес не стал разубеждать беднягу. Показалось, его решение – это тоже важная вешка. За которую даже посёлок можно отдать, когда их под его властью соберётся достаточно много.

Свита Флореса достигла двадцати человек и застыла на мёртвой точке. На его молчаливый вопрос Грэди с усмешкой напомнил:

- Тебя всё ещё ждут в борделе.

- Эта дурочка Хани?

- Нет, не только она. Все.

Оказалось, Милашка Хани ему сделала такой пиар, что её соработницы словно с цепи сорвались в смутной надежде что-нибудь с ним пережить.

Что, опять? Но ведь Флорес уже зарёкся! Правда, когда зарекался, ещё не имел всей полноты информации. Он не знал, что Хани поправится. Он не знал, что прослыть хорошим любовником окажется так нетрудно. Он не знал, наконец, что стать уголовным тузом, это дело вполне подъёмное. Только надо подтверждать половую силу, как без устали повторял Грэди. Вовремя её подтверждать.

И в последний миг того, что зовётся вовремя, Флорес обратился-таки в храм порока. В этот раз он выбрал не Хани. Высмотрел, чтоб выглядела покрепче. И сказал счастливой избраннице:

- Хочешь то же пережить, что и Хани? Всё зависит от тебя, дорогая.

Ну а дальше то же по кругу. Снова пережил постыдную неспособность и, сгорая от отвращенья, имитировал с той же бездарностью сексуальную страсть. Снова заунывная ложь, снова единенье двух шлюх в интересной актёрской игре, кто глупей соврёт. Снова идиотская вера шлюхи в свою удачу, а затем его дурацкая вера в свои половые силы, подогретая слезами с исступлённым «благодарю». Снова, и снова, и снова…

Где же эпицентр этой лжи, кто подскажет? Где-то там, где стремление Флореса к власти кому-то выгодно. Где-то там, где на свиты тузов ищут противовесы.

Когда всех перебрал по разу, то пошёл по второму кругу, вроде как турецкий султан, только султан подотчётный, как бывает при демократии.

Путь во власть оказался тернистым, и ведь в нём не одна постель. Целая площадь вымощена постелями, а виновна в том воровская демократия Эр-Мангали. В ней ты для признанья обязан полюбить и смочь всякую шлюху. В ней лелеешь лживую шлюху в самом себе. Ту, что точит поедом деревянного человека, разверзает чёрные дупла смерти. В дупла те вселилась подлая дрянь. А могла бы выйти честной дриадой.

1

От рогов, которые я тебе наставлю, твоя убогая черепушка расколется на меленькие кусочки! Ибо нечего!!!

Уж каким уродом был Сиси Добсон, как его, козла, «дочурка» под конец презирала, но её же «муженёчек» Джо Клинтвуд – он пробил даже это утлое днище. Кто он таков, этот скаредный импотент Джо, чтобы столько о себе навоображать? Да кусок дерьма, вот он кто по правде таков! И всегда таким был. Самодовольное душистое дерьмецо Джо.

Что он предал своего благодетеля – ну то такое. (Надо же было когда-то и Добсону упокоиться. Стареньким он был, её «папашка», из последних силёнок развлекался с ней в карантине). Но надул же и Мэри Бастинду Сью, крепко надул! Взял, женился на ней под шумок, якобы во спасение от мстительных заговорщиков и голодной черни. А на самом деле? Добсоново наследство к рукам прибрал! Где-то же прослышал, стервец, по своим каналам, что большую часть состояния Добсон отпишет не жене, а любовнице – тут же и сделал стойку, жадная задница!

А потом похвалялся, - нет, чтоб заткнуться в тряпочку! Ему, как и любому куску дерьма, ещё и самоутвердиться надо! Мол, гляди, сучка, как тебя я ловко провёл. А-а, повелась!

Зря хвалился! Мэри Бастинда, как вышла замуж, тут же решила и отомстить. С несколькими шахтёрами. Это сделать было несложно, но почему-то откладывала. То ли чего-то боялась, то ли ждала, когда обидится по-настоящему. Ну так вот, сегодня обиделась. Не на что-нибудь, просто так. Просто взяла и решила, что с неё наконец-то хватит!

Пришла по адреску, что ей дал Джон Грэди. Глядь, а там подпольный публичный дом с отпадным крутым интерьером в неказистой с виду хибаре. Не простая дешёвая грязь с вечно затраханными сифилитичками, а настоящее элитное заведение, с высококлассными девочками, что берут не количеством, а качеством. И те двое парней, что его держали, знали своё дело. Грэди ж не лох какой, чтобы посылать её на помойку!

Кен и Барни – вот как звали парней - полушутя предложили у них подработать. Ей? Да ну без проблем: ведь отдаться можно всегда, дело приятное, почему бы и не за деньги? Но она им сказала веско:

- Парни, я ваш клиент. Я пришла получить удовольствие, а не его дарить. Есть у вас пара крепких самцов?

Ну, с самцами у них, конечно, вышла заминка. Всё-таки их заведение пока не было рассчитано на клиентов-женщин. Троих нежных и няшных юнцов с голубыми озёрами во взгляде она забраковала с ходу.

- Мне нужны жеребцы: крепкие, мускулистые, активные.

И всей мимикой, жестами, позой изобразила скуку.

Барни с Кеном тревожно заспорили, засуетилось, и это ей даже польстило. Да, с такими запросами на рудной планете Эр-Мангали – лишь одна она. Но пусть привыкают. Она к ним теперь надолго!

Как итог, Барни выскочил звать шахтёров, ну кого там сможет уговорить, ну а Кен – тот остался с нею, и всё время, что Барни бегал, удовлетворял её лично. За счёт заведения. Был старателен, мил и вполне неслаб. Ей и правда понравилось.

А вот те, кого Барни привёл, понравились меньше. Трое шахтёров, наскоро умытые и причёсанные. Сложены не то, чтобы совсем как Гераклы, но выглядели бодро и пахли – ну, по-мужски. Прежде, чем за неё приняться, вежливо так поклонились. Но смотрели жадно, с энтузиазмом. Не только за заработком пришли, но и её хотели. Мышцы, где надо, бугрились, натягивали ткань, обещали горячий вечер. Мэри Бастинда многое предвкушала…

А потом все трое с досаднейшей быстротой сдулись. Что-то, конечно, смогли, но не столько, как обещали. Все лихие победы в самом начале, но затем – беспробудная дохлая вялость. Короче, раздразнили её в целом неплохо, но потом впечатление смазалось.

Мэри Бастинда дама не робкая, не смолчала. И любовников пристыдила, и Барни с Кеном указала на серьёзную недотяжку:

- Слабосильные у вас шахтёры, совсем не выносливые. В общем, вы молодцы, что быстро нашли, но как-то, по-моему, плохо искали.

Барни признал свой промах, но в оправданье сказал:

- Очень жаль, но они теперь уже все такие… - и развёл руками.

- Что, так много работают?

- Нет. Дело в питании.

Ответ её озадачил:

- А что с ним не так?

- Шкафы Оломэ, - Барни при упоминании даже зубами скрипнул. – Дешёвая пища. Все шахтёры питаются только из них, это беда для нас.

- В чём беда?

- Там ведь в пищу кладут добавки, которые нельзя отключить, а они угнетают влечения… Кто поел, тому секса не хочется. Специальная разработка Альянса для таких трудовых планет, как наша.

- Ничего себе поворот! Это что ж получается, Клинтвуд… - ей от возмущения в этот миг не хватило слов.

Кен с понимающей улыбкой поддакнул:

- Да, ваш муж был инициатором внедрения этой технологии на Эр-Мангали.

Вот расчетливая скотина! Будто знал, что Мэри Бастинда Сью будет ему жёстко мстить. Будто безошибочно угадал способ…

Ну да, угадал и знал. И мерзавец сделал всё для того, чтоб испортить любимой жене удовольствие от мести!